14 июня 2013

Поль ЛАФАРГ. Капиталистические молитвы

Французский  марксист, зять Карла Маркса Поль Лафарг (1842-1911) был весьма оригинальным пропагандистом марксизма

Французский социалист Поль Лафарг (1842-1911) был весьма оригинальным пропагандистом марксизма

Капиталистические молитвы

1. Отче наш.

Капитал, отче наш, иже еси на земли; бог всемогущий, изменяющий русла рек, буравящий горы; ты, разделяющий материки и объединяющий народы, созидатель товаров и источник жизни, повелевающий царями и подданными, предпринимателями и рабочими, — да установится царство твоё на всей земле.
Дай нам много покупателей на сей день, принимающих товары наши, как хорошие, так и скверные.
Дай нам нищих рабочих, без сопротивления готовых на всякий труд и довольствующихся самой низкой заработной платой.
И ниспошли нам дураков, верящих нашим рекламам.
Сделай так, чтобы наши должники полностью выплачивали нам свои долги (1) и чтобы банки учитывали наши векселя.
Отврати от нас навсегда врата Мазасской долговой тюрьмы и избави нас от банкротства.
И доход даруй нам во веки веков.
Аминь.

2. Credo (2)

Верую в Капитал, вседержителя материи и духа.
Верую в барыш, всезаконнейшего сына его, и в кредит, духа святого, который от него родился и которому совместно с ним поклоняются.
Верую в золото и в серебро, которые после чистки на монетном дворе, плавки в тигле и чеканки жомом появляются на свет в виде законной монеты. Будучи слишком тяжеловесными, они, обойдя из рук в руки всю землю, спускаются в кладовые банков, а их место занимают воскресшие бумажные деньги.
Верую в пятипроцентную ренту, равно как в четырёхпроцентную и трёхпроцентную, и в подлинную котировку ценных бумаг.
Верую в Большую книгу государственных долгов, которая гарантирует Капитал от торгового и промышленного риска, а также от изнашивания.
Верую в частную собственность, продукт чужого труда, и незыблемость её во веки веков.
Верую в необходимость нищеты, поставщицы наёмных рабочих и матери сверхурочного труда.
Верую в вечное существование наёмного труда, снимающего с рабочего заботу о собственности.
Верую в удлинение рабочего дня, в сокращение заработной платы, а также в фальсификацию продуктов.
Верую в священный догмат: дёшево покупать, дорого продавать и точно также верую в вечные принципы нашей святой церкви, официальной политической экономии.
Аминь.

В памфлете "Религия капитала" Поль Лафарг высмеивает обожествление капитала

В памфлете «Религия капитала» Поль Лафарг высмеивает обожествление капитала

3. Радуйся!
(Радуйся, нищета!)

Радуйся, нищета, покоряющая и разоряющая трудящихся, голодом раздирающая их нутро, мучительница неутомимая, обрекающая за ломоть хлеба продавать свободу свою и жизнь, подавляющая дух возмущения, осуждающая производителей, их жён и детей на каторжные работы в капиталистических острогах, — радуйся, нищета, дева благодатная! Дева непорочная, зачинающая капиталистическую прибыль, грозная владычица, предающая нам униженный класс наёмных рабочих, — благословенна будь.
Матерь блаженная, сверхурочным трудом плодовитая, родительница ренты, не отвращай своего заботливого взора от нас и наших близких.
Аминь.

4. Поклонение золоту

Золото, чудодейственный товар, в себе воплотивший все остальные товары.
Золото, товар первородный, в который претворяются все другие товары.
Бог, измеряющий все вещи.
Ты, совершеннейшее, идеальнейшее воплощение бога-Капитала;
Ты, самый благородный, самый великолепный из элементов природы.
Ты, не знающий ни плесени, ни разложения, ни ржавчины;
Золото, товар не изменяющийся, пламенный цветок, луч сияющий, сверкающее солнце; вечно девственный металл, — ты, который, будучи извлечён из недр земли, первоматери всех вещей, возвращаешься, чтобы зарыться вдали от белого света, в кованые сундуки ростовщиков и кладовые банков, и который из глубины хранилищ, где ты покоишься, передаешь силу свою жалкой и ничтожной бумажке, которая удваивает и удесятеряет ценность твою.
Мёртвое золото, ворочающее вселенной,— пред твоим сверкающим величием живые века преклоняют колени и смиренно поклоняются тебе.
Даруй божественную милость твою верным слугам твоим, которые взывают к тебе и которые за обладание тобой приносят в жертву честь и добродетель, уважение мужчин, любовь желанной женщины и собственных детей и не останавливаются даже перед презрением к самим себе.

* * *

Золото, верховный властитель, непобедимый, извечный победитель, — внемли нашим, молитвам.
Созидатель городов и разрушитель государств.
Полярная звезда морали; Золото, — ты, расценивающее совесть людей.
Ты, диктующее народам законы, сгибающее под своё иго пап и королей, — услышь наши молитвы.
Ты, научающее учёного фальсифицировать науку, — ты, заставляющее мать торговать невинностью своего дитяти,— ты, принуждающее свободного человека покориться рабству мастерской, — услышь наши молитвы.
Ты, покупающее постановления судей и голосования депутатов,— услышь наши молитвы.
Ты, что производишь плоды и цветы, доселе неведомые природе,
Ты, что сеешь пороки и добродетели,
Ты, что порождаешь роскошь и искусства, — услышь наши мотивы.
Ты, что удлиняешь бесполезные годы тунеядцев и сокращаешь дни трудящихся, услышь наши молитвы;
Ты, что улыбкой озаряешь колыбель капиталиста и ещё в чреве матери поражаешь пролетария, услышь наши молитвы.

***

Деньги - истинная религия капиталистического общества

Деньги — истинная религия капиталистического общества

Золото, неутомимый странник, с радостью принимающий клевету и мошенничество, — исполни желания наши.
Толкователь всех языков,
Искусный посредник,
Неотразимый обольститель,
Мера людей и вещей, — исполни желания наши,
Вестник мира и сеятель раздоров,
отпускающий праздность и сверхурочный труд,
Союзник добродетели и разврата, — исполни желания наши.
Бог убеждающий, дающий слух глухим и развязывающий языки немым, — исполни желания наши.
Золото, проклинаемое и призываемое в бесчисленных молитвах, почитаемое капиталистами и любимое куртизанками, — исполни желания наши.
Сеятель бедствий и благ,
Горе и радость людей,
Исцеление для больных и бальзам для мук, — исполни желания наши.
Ты, что околдовываешь мир и мутишь человеческий рассудок,
Ты, что красотой наделяешь уродов и грацией — неуклюжих,
Источник всеобщего уважения, в разряд добродетели возводящий бесчестие и позор, почётом покрывающий воровство и проституцию, — исполни желания наши.
Ты, что окружаешь трусость славой, предназначенной для мужества,
Ты, что безобразно воздаёшь почести, присущие красоте,
Ты, что в дар дряхлости несёшь любовь, принадлежащую только молодости,
Зловредный чародей, — исполни желания наши.
Демон, распространяющий убийства и сеющий безумие, — исполни желания наши.
Факел, озаряющий пути жизни,
Проводник и защитник и благодать капиталистов, — исполни желания наши.

* * *

Золото, царь славы, солнце справедливости,
Золото, мощь и радость жизни, золото прославляемое, — приди к нам.
Золото, милостивое к капиталисту и грозное в отношении к рабочему, — приди к нам.
Зеркало наслаждений,
Ты, что даруешь тунеядцу плоды труда, — приди к нам.
Ты, что наполняешь кладовые и амбары тех, кто не обрабатывает землю, не возделывает виноградников, не пашет и не жнёт, — приди к нам.
Ты, что мясом и рыбой кормишь тех, кто не пасет стада, кто не вступает в бой с морскими бурями, — приди к нам.
Ты, мощь, знание и разум капиталиста, — приди к нам.
Ты, добродетель и слава, красота и честь капиталиста, — приди к нам.
О, приди к нам, соблазнительное золото, заветная мечта, начало к конец всякого действия, всякого помысла, всякого чувства капиталиста.
Аминь.

Глава VI. Плач Иова-Ротшильда, капиталиста

"Верую в Капитал, вседержителя материи и духа. Верую в барыш, всезаконнейшего сына его, и в кредит, духа святого, который от него родился и которому совместно с ним поклоняются"

«Верую в Капитал, вседержителя материи и духа.
Верую в барыш, всезаконнейшего сына его, и в кредит, духа святого, который от него родился и которому совместно с ним поклоняются»

Капитал, господь мой и властитель, за что отверг ты меня? Какой грех совершил я, что ты низверг меня с высоты богатства и попираешь тяжестью суровой нужды?

Разве не жил я согласно твоему закону? И поступки мои разве не были честны и праведны? Разве могу я упрекнуть себя в том, что когда-либо работал? Разве не брал я от жизни все наслаждения, на которые давали мне право мои деньги и мои вожделения? Разве, не заставлял я работать денно и нощно мужчин, женщин и детей, работать, сколько хватало сил — и даже сверх их сил? Разве я когда-либо платил им больше голодной заработной платы? И разве хоть раз растрогался я при виде нищеты и отчаяния моих рабочих?

Капитал, господь мой, я фальсифицировал товары, которые я продавал, нисколько не интересуясь тем, что ими я отравлял потребителей. Я обирал дураков, которые попадались на удочку моих реклам.

Я жил только затем, чтобы наслаждаться и богатеть. И ты благословил моё безупречное поведение и мою похвальную жизнь, даровав мне женщин, детей, лошадей и слуг, все телесные наслаждения и все радости тщеславия.

И вот я лишился всего, всего и стал негодным отбросом.

Мои конкуренты радуются моему разорению, а мои друзья отворачиваются от меня. Они отказываются даже давать мне бесполезные советы, даже не попрекают меня, — они просто меня не замечают. Мои любовницы обдают меня грязью, проносясь в экипажах, купленных на мои деньги.

Нищета смыкается надо мной и, подобно тюремным стенам, отрезывает меня от остального человечества. Я одинок, и мрак во мне и вокруг меня.

Моя жена, которой не на что покупать белила и румяна, ходит предо мной во всём своём безобразии. Мой сын, воспитанный так, чтобы ничего не делать, даже не понимает — идиот! — всей глубины постигшего меня бедствия. Из глаз моей дочери, словно из двух фонтанов, текут ручьи слёз при воспоминании об упущенных ею выгодных браках.

Но что представляет собою горе моих близких наряду с постигшим меня несчастьем! Там, где я прежде повелевал как господин, меня теперь выгоняют, когда я предлагаю свои услуги в качестве служащего!

В моей конуре — зловонье и грязь. Моё тело, изболевшееся от жёсткой постели, искусанное клопами и отвратительными насекомыми, не имеет больше покоя. Мой мозг не знает больше дающего забвение сна.

О, как счастливы они, несчастные, никогда не знавшие ничего, кроме бедности и грязи! Они представления не имеют об изящном, о прекрасном. Их огрубевшей коже и отупевшим чувствам неведомо отвращение.

Зачем дал ты мне вкусить счастья? Неужели только для того, чтобы оставить воспоминание о нём, более жгучее, чем карточный долг?

Лучше было бы мне, о господи, родиться в бедности, чем быть обречённым теперь гнить в нищете, после того как я вырос в богатстве.

Что способен я делать, чтобы снискивать себе хлеб насущный?

Разве могут владеть инструментом эти руки, привыкшие носить одни только перстни, привыкшие ворочать одними только кредитными билетами? Мой мозг, который думал лишь о том, как бы увильнуть от работы, как бы отдохнуть от тягот богатства, разогнать скуку праздности и преодолеть отвращение от пресыщенности, не способен сосредоточиться настолько, чтобы заняться копированием писем и подсчетом цифр.

Но мыслимо ли, господи, чтобы ты так ужасно покарал человека, который ни разу не нарушил твоих велений? Это дурно, несправедливо, безнравственно, что я лишаюсь богатства, которое другие с таким тяжким трудом накопили для меня.
Капиталисты, братья мои, при виде бедствия, постигшего меня, будут знать, что милость твоя капризна, что даруешь ты ее без основания и отнимаешь без всяких причин.

Кто захочет тогда веровать в тебя?

Какой капиталист будет настолько отважен, настолько безрассуден, чтобы принять твой закон, изнежиться в лени, удовольствиях и праздности, если будущее так ненадёжно, так мрачно, если малейшее колебание на бирже сметает самые солидные состояния, если ничто не прочно, если сегодняшний богач может назавтра оказаться нищим?

При виде моего унижения проклянут тебя люди, о бог-Капитал! Они станут отрицать твою мощь, взирая на глубину моего падения, они станут отвергать милости твои.

Во имя славы своей верни мне моё прежнее положение, подними меня из бездны моего унижения, ибо сердце моё наливается желчью и слова ненависти и проклятия жгут мои уста.

Бог безжалостный, тупоголовый, слепой, остерегайся того, чтобы богачи не раскрыли, наконец, глаза свои и не увидели, что беспечные, несознающие бредут они на краю пропасти. Трепещи, чтобы не засыпали они тобой эту пропасть, чтобы не объединились они с коммунистами, чтобы уничтожить тебя!

Но какое я сотворил богохульство! Великий бог, прости мне сии нечестивые и неосторожные слова.

Ты — властелин, ты распределяешь блага независимо от заслуг и отнимаешь их независимо от вины, ты действуешь по своему произволению и ведаешь, что творишь.

Ты изничтожаешь меня для моего же блага, ты испытываешь меня для моей же пользы.

О господь, кроткий и милостивый, ниспошли на меня благодать свою. Ты — справедливость, и если ты меня караешь, — значит я совершил, не ведая того, какой-нибудь проступок.

О, господь, «ели ты вернёшь мне богатство моё, я приношу обет ещё более строго исполнять закон твой. Я стану ещё больше, ещё жестче эксплуатировать моих наёмных рабочих, ещё хитрее обманывать потребителей, ещё решительнее обкрадывать всяких дураков.

Я покорен тебе, как покорен пёс стегающему его хозяину. Я — твоя вещь. Да свершится воля твоя.

Сноски:

1. Христианский «Отче наш», составленный нищими и бродягами для обременённых долгами бедняков, просит у бога прощения долгов: «dimite nobis debita nostra»—гласит латинский текст. Но когда обратились в христианскую веру собственники и ростовщики, отцы церкви фальсифицировали первоначальный текст и бессовестно перевели слово «debita» словами «грехи», «обиды». Тертуллиан, учёный богослов и богатый землевладелец, имевший, вероятно, денежные обязательства на множество лиц, написал сочинение об «Отче наш» и разъяснил, что слово «долги» следует понимать в смысле «грехи», единственные долги, подлежащие у христиан отпущению. Религия Капитала, ушедшая в этом отношении дальше, чем католическая религия, потребовала полной уплаты долгов, ибо кредит есть, душа капиталистических сделок.

2. Символ веры.
Предыдущие главы памфлета «Религия Капитала»:
Поль ЛАФАРГ. Катехизис трудящихся

Поль ЛАФАРГ. Екклезиаст, или Книга капиталиста