12 августа 2019

Дмитрий ЖВАНИЯ. Они играют на «баяне»

Дмитрий Жвания, автор документального романа «Путь хунвейбина»

То, что вчера казалось верхом «креатива», сегодня воспринимается, как «баян» (бородатый приём). Вот Оля Мисик, 17-летняя девочка с Конституцией России, перед цепью ОМОНа — самый настоящий «баян». Но этот «баян» всё ещё играет, воодушевляя аудиторию.

Меня, как и почти всех тех, кто участвовал в леворадикальном движении в конце 80-х — начале 90-х годов, вдохновляли образы парижского мая-1968, в том числе — хрупкая девушка в юбке выше колена швыряет булыжник. Но либералы — законники. Точнее: им важно показать, что законы они не нарушают, а, наоборот, защищают. Какой булыжник? Вы что?! Конституция!

Одновременно либералы, дабы мобилизовать людей, делают акцент на этическом мотиве сопротивления. Не на социальном, классовом или национальном. На этическом! Они всё время предлагают бороться за что-то честное. Чаще всего — «за честные выборы». В России этот посыл созвучен с диссидентским заклинанием «Жить не по лжи». И тот, кто не откликается на их призыв, рискует прослыть нечестным человеком.

А ещё либералы испытывают патологическое пристрастие к уродливой формулировке «узник совести». Чьей совести узник? Если своей, то почему – узник? А если чужой, то это не слишком достойно. Термин, введённый в оборот британским правозащитником Питером Биненсоном в 60-е годы прошлого века, “prisoner of conscience”, можно перевести на русский и как «заключённый совести». Но нет! «Заключённый» — не то. Уголовщина какая-то. «Узник» порождает совсем другой ассоциативный ряд: темница, неволя и орёл с мечтой о свободе. А бороться, жить не по лжи, его заставляет ни что иное, как совесть.

Культовое фото, сделанное в 1989-м: Пекин, худой мужчина с авоськами в руках стоит перед танковой колонной, которая движется на площадь Тяньаньмэнь, где собрались мятежные студенты

Сегодня либеральные СМИ всё меньше производят смыслов, а всё больше создают картинки. Грустная девочка сидит перед цепью ОМОНа с синей брошюрой Конституции… ОМОН (или Росгвардия) набрасывается на беззащитных людей: один ехал на велосипеде — повалили и отдубасили дубинкой, другой сидел на скамейке — схватили и понесли, третий фотографировал — сбили с ног и избили… Эффект от сравнения милой мирной интеллигентного вида девушки с тупым насилием силовиков очевиден.

От гуляющего по Сети запечатлённого на фото няшного московского протеста уже подташнивает… Все эти блондинки перед ОМОНом, младенцы на фоне шагающих ног в берцах, целующиеся перед полицейскими шеренгами парочки…

Однако режиссёры нынешнего московского протеста, а это люди, нанятые системными, а не уличными либералами, ничего нового не придумали. Они применяют старые приёмы. Давно отработанные. Культовое фото, сделанное в 1989-м: Пекин, худой мужчина с авоськами в руках стоит перед танковой колонной, которая движется на площадь Тяньаньмэнь, где собрались мятежные студенты. В начале 2014 года Сеть облетели кадры из Киева: замёрзшая девчушка сидит перед цепью бойцов «Беркута». Потом эти снимки группа «Ляпис Трубецкой» использовала в «неофициальном» клипе на песню «Воины света, воины добра». Похожие картинки, только с худосочными пареньками перед полицейскими шеренгами, приходят сегодня из бунтующего Гонконга. И вот Оля Мисик в Москве сидит по-турецки с брошюрой Конституции. Но она не одна такая креативная. От гуляющего по Сети запечатлённого на фото няшного московского протеста уже подташнивает… Все эти блондинки перед ОМОНом, младенцы на фоне шагающих ног в берцах, целующиеся перед полицейскими шеренгами парочки…

Эти образы призваны не только продемонстрировать противостояние духовной и моральной силы протестующих и тупой грубой силы государства, но и подчеркнуть, за кого молодость, а значит — за кем будущее.

В начале 2014 года Сеть облетели кадры из Киева: замёрзшая девчушка сидит перед цепью бойцов «Беркута»

Так что Оля Мисик с Конституцией — это «баян». Но этот «баян» играет, всё ещё воодушевляя наивные души. О юной москвичке (а точнее — жительнице Воскресенска, где в конце 80-х жили «люберы» — лютые враги «неформалов») рассказали все ведущие западные СМИ и наши либеральные пропагандисты. Девочка получила свои часы, а то и дни, славы. Хайпанула. И его — этот её хайп — либеральные пропагандисты навязывают политизированной аудитории.

Либералы, дабы мобилизовать людей, делают акцент на этическом мотиве сопротивления. Не на социальном, классовом или национальном. На этическом! Они всё время предлагают бороться за что-то честное.

Мисик кто-то надоумил? Не исключено. Но скорее всего это её самодеятельность. Во времена, когда пуще другого ценится хайп, такой «креатив» сам находит своего исполнителя.  Девочка выступила, а её выступление раскрутили.

При этом действия силовиков, конечно, возмущают. Нельзя колотить дубинкой человека за то, что он ехал на велосипеде, фотографировал или листал смартфон, сидя на скамейке. ОМОН (или Росгвардия) делают подарки отличные либеральным пропагандистам и всем тем, кто заказал этот протест. В итоге формируется необходимый им образный ряд: с одной стороны — мирный, если не милый, протест next generation, желающего жить не по лжи в свободной стране, и грубый государственный произвол — с другой.

В Гонконге перед полицейскими шеренгами усаживаются худосочные пареньки

Я много лет провёл в рядах радикального сопротивления. Я участвовал во множестве акций, в том числе против полицейского произвола. Меня трудно обвинить в сотрудничестве с системой. Но осуждая полицейское насилие против граждан, нынешние московские протесты я не поддерживаю, видя, а точнее – ощущая, их искусственный характер. Всё это политическая технология, запущенная вовсе не Яшиным, Гудковым и Соболь (они лишь исполнители), а либеральной частью элиты, чьи бизнес-интересы ущемляют антироссийские санкции и т.д. Да и запуск разговоров о «политической турбулентности при транзите власти» – это тоже политическая технология. О какой турбулентности речь, если до транзита власти, если он вообще состоится, ещё пять лет? Турбулентность должны вызвать именно разговоры о турбулентности, а продемонстрировать её наивным людям призваны нынешние протесты.

Если постоянно слушать «Эхо Москвы», то скорее рано, чем поздно начнёшь верить в то, что Гудков, Яшин и Соболь – ум, честь и совесть нашей эпохи.

«Допускай!»… А почему допустить должны исключительно «независимых кандидатов» из числа либералов, которые вовсе никакие не независимые, а весьма ангажированные, а не шесть выдвиженцев партии «Родина», например, которым, как и «независимым», отказали в регистрации кандидатами в депутаты Мосгордумы? Выдвиженцы «Родины» стали жертвами бюрократического крючкотворства… Нет, понятно: если постоянно слушать «Эхо Москвы», то скорее рано, чем поздно начнёшь верить в то, что Гудков, Яшин и Соболь – ум, честь и совесть нашей эпохи. Но если всё же приглушить звук этого радио и задуматься? Сбор подписей – архаичный механизм, чреватый бюрократическим произволом при регистрации кандидатов в депутаты. Но если вы решили играть в напёрстки с системой, то не кричите потом об обмане.

Оля Мисик с Конституцией – это «баян». Но этот «баян» играет, всё ещё воодушевляя наивные души

А ещё меня раздражает хамство и наглость либералов. Они стаей набрасываются на тех, кто позволил себе даже не осудить их, а просто не поддержать. Недавний пример — музыкант Владимир Шахрин, который подвергся травле после того, как выступил на концерте, организованном мэрией Москвы в день, когда либералы призвали к прогулке по московским бульварам — 3 августа. И надо было слышать, как Шахрина поносили 5 августа в утреннем эфире «Эха Москвы». Рок-н-ролл он не считает музыкой протеста, не осудил действия «Росгвардии», тех, кто вышел на бульвары, с народом не соотносит, да и вообще он примитивный человек – думает желудком, полагая, что поддержки заслуживает лишь только тот протест, который вызван задержками зарплаты. А он же ещё и за строительство храма в родном Екатеринбурге. Вообще клейма негде ставить!

Власть потратила немалые деньги на создание «наших», «местных», «молодых гвардий», «юнармий», потрафляла каким-то «казакам», преследуя и подавляя при этом искренних патриотов – и что в итоге?

Если человек не с ними, не с нашими доморощенными либералами, не с теми, кто, по их мнению, несёт доброе и честное, то он с режимом – вот немудрящая и лживая дилемма, навязываемая всеми этими эхами. Они вырядились в воздушные тоги «совести нации» и красуются перед воображаемым зеркалом – обществом. И надо признать: часть общества всё же их поддерживает. Причём не только демшиза, проверенная временем, но и молодёжь.

И в этой связи у меня большие претензии к власти. Как нужно было править, чтобы вновь ожили все эти банальные, совершенно не вдохновляющие, по сути – мещанские и предательские, либеральные идеи в молодёжной среде? Власть потратила немалые деньги на создание «наших», «местных», «молодых гвардий», «юнармий», потрафляла каким-то «казакам», преследуя и подавляя при этом искренних патриотов – и что в итоге? Создали корпус карьеристов. Но кто выйдет защищать её, и даже не её (судьба власти – её дело), а само российское государство, когда политическая турбулентность перестанет быть спекулятивным словосочетанием?