30 июля 2018

Дмитрий ЖВАНИЯ. Коррозия дружбы

«Вы дружили?»

«Смотря, что понимать под дружбой. Если совместные барбекю, то да — мы дружили».

Это — диалог из шведского детектива про комиссара Винтера, который я недавно скачал и посмотрел. А действительно: что понимать под дружбой в наши дни? Размышляя над этим вопросом, я пришёл к заключению, что чаще всего это — «совместные барбекю».

Раньше, в молодости, мне приходилось довольно часто переезжать. Дети были, а своей квартиры — нет. Вот и снимали. Чтобы сэкономить, я заказывал фургоны без грузчиков, прося помочь друзей. И те соглашались, не раздумывая. А если меня кто-нибудь из друзей просил поучаствовать в какой-то силовой работе (перестановка мебели или переезд), я тоже всегда находил время на это. Сейчас же я не рискую кого-нибудь из друзей напрягать — в прямом и переносном смыслах. Мне такая мысль даже в голову не придёт! Да и друзья вряд ли будут напрягаться. Или сами найдут повод отказать в помощи, а если не сами, так жёны подскажут. Да и не хочется сейчас быть обязанным. Легче заплатить тем же грузчикам, чем потом благодарить друзей и чувствовать себя немного виноватым перед их «вторыми половинами» — выдернул из семейного гнезда! Отвлёк от дел. Я понимаю, что дружба интеллигентных людей проявляется не погрузке и разгрузке. Но всё же я немного тоскую по тем временам, когда мог вот так вот просто обратиться к друзьям за помощью. Наверное, возраст даёт о себе знать. Или дружбу разъедает какая-то коррозия?

Что понимать под дружбой в наши дни? Размышляя над этим вопросом, я пришёл к заключению, что чаще всего это — «совместные барбекю»

О дружбе размышляли ещё античные философы. Вот, например, Демокрит подсказывает: «Не родственные связи создают друзей, но общность интересов». То, что друзья отличаются от родственников — это понятно и без Демокрита. Но что такое — «общность интересов»? Что должно объединять людей, чтобы между ними завязалась дружба? В чём смысл этого слова — глагола «дружить»?

Вряд ли общие интересы в бизнесе способны породить дружеские отношения. В основе дружбы должны лежать некие общие экзистенциальные мотивы. Невозможно себе представить, чтобы человек, который на первый план в жизни ставит материальное преуспеяние, дружил с «нищебродом», для которого главное в жизни — интеллектуальное или творческое раскрытие. Я вообще сомневаюсь, что мещане способны искренне дружить. Они «дружат» со своими машинами, дачами, квартирами, доходами. С другими людьми они, как правило, мерятся размерами преуспеяния и успеха.

Невозможно себе представить, чтобы человек, который на первый план в жизни ставит материальное преуспеяние, дружил с «нищебродом», для которого главное в жизни — интеллектуальное или творческое раскрытие.

Что собой являла дружба в былые времена, известно. Вспомним Александра Герцена и Николая Огарёва. Они дружили всю жизнь. «Мы воспитали друг друга, — писал Огарёв. — Это первое чувство моё — Дружба. Она дала мне глубокую душу, из которой я мог черпать мысль как из океана». То, что Герцен и Огарёв имели общие интересы, мы знаем со школьной скамьи. Маркс и Энгельс, наверное, тоже были большими друзьями. А вот с кем дружил Ленин? Людей, с которыми он имел «общность интересов», было немало. У него бала целая партия соратников — товарищей. Но друзей он не имел. Видимо, тяжёл был Ильич в общении.

Дружба — самое высокое человеческое чувство. Как утверждают авторы словарей — «одно из самых нравственных». В любом другом чувстве кроется корысть, а в дружбе нет. Ведь мы дружим не для того, чтобы продлить свой род, получить сексуальное удовольствие, обогатиться или просто приятно провести время. В русском языке есть слово «приятель». Наши исследователи предлагают отличать приятельские отношения от дружбы. Приятель — тот, с кем приятно. Приятно съездить на пикник, сходить в кино, порыбачить, выпить вина, поболтать о кино и книгах. А друг — это другое. Связь с другом гораздо глубже, чем с приятелем. Я не большой знаток иностранных языков, но вроде в ведущих европейских языках слова «приятель» нет. Например, в итальянском, который ближе всего к латыни — матери всех европейских языков, «приятный человек» (uomo piacevole) — это не тот, кого мы называем приятелем.

В любом другом чувстве кроется корысть, а в дружбе нет. Ведь мы дружим не для того, чтобы продлить свой род, получить сексуальное удовольствие, обогатиться или просто приятно провести время.

«Настоящий друг везде, верен в счастье и в беде; грусть твоя его тревожит, ты не спишь – он спать не может, и во всём без дальних слов, он помочь тебе готов», — писал Уильям Шекспир. В литературе полно примеров настоящей дружбы. «Три мушкетёра» Александра Дюма (отца), «Три товарища» Эриха Марии Ремарка… Да список огромный. Как и список кинопроизведений. Очень много размышлял о дружбе режиссёр и сценарист Жозе Джованни, в том числе в фильме «Клан марсельцев» (1972). Но всё это в далёком прошлом. Кто сейчас продаст свой любимый автомобиль, чтобы добыть деньги на лечение женщины друга, как это сделал герой романа «Три товарища» Отто Кестер? Кто нынче отправится в узилище, чтобы вызволить из него друга, как это сделал герой «Клана марсельцев»? Речь об этом. Я вот сомневаюсь, что смог бы поступить так же. И не потому, что я эгоист. Просто я понимаю, что и за меня никто не станет жертвовать своей шкурой.

Многие, кто пишет о дружбе, ссылаются на немца Фердинанда Тённиса. Он разглядел в дружбе проявление общинности. Общине, доказывал Тённис, противостоит Общество, основанное на рациональном расчёте и разделении труда. И люди в обществе постепенно отказываются от общинности, в том числе от дружбы. Я бы не стал отождествлять дружеское чувство с обычаем взаимопомощи, на котором зиждилась община как социальный институт. Но совершенно точно то, что дружба убивается современным обществом, в котором не поощряется солидарность. В лучшем случае, она сводится к приятельским отношениям — к совместным барбекю, походам на футбол и вечерним посиделкам. Никто за друга не будет рисковать своей жизнью, как герои Ремарка или Джованни, ибо — своя рубашка ближе к телу, дружба дружбой, а табачок — врозь…

Современный мир, как верно заметил французский писатель Мишель Уэльбек, — это глобальный супермаркет, где всё продаётся и всё покупается. В том числе — приятели для досуга. У бедного — одни приятели, у богатого — другие. Но дружба — не товар. «У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей», — Антуан де Сент-Экзюпери, который исчез в небе задолго до победы общества потребления и спектакля. Можно себе представить, что бы он написал сейчас!

Женщины выходят на первый план. А любой рост имеет свои болезни. И болезни, вызванные ростом влияния женщин, поразили дружбу с её духом авантюры.

Я понимаю, что вызову недовольство феминисток тем, что возложу вину за коррозию дружбы и на женщин. Мне совсем не хочется сейчас рассуждать на тему, есть женская дружба или нет. По моим наблюдениям — есть. Но женщины очень ревнивы к друзьям их избранников. «Когда один из друзей женится, то дружбе конец, навсегда конец. Ревнивая любовь женщины, подозрительная, беспокойная и плотская любовь, не терпит прямодушной, бодрой привязанности, той доверчивой привязанности и ума и сердца, какая существует между двумя друзьями-мужчинами», — сокрушался во второй половине XIX века французский писатель Ги де Мопассан, автор «Милого друга».

В европейском обществе XIX века доминировали мужчины. Конечно, богатые женщины позволяли себе вольности, как некоторые героини Мопассана, но эти вольности были своего рода тайной местью властителям-мужчинам. Сейчас ситуация совершенно иная. Женщины выходят на первый план. А любой рост имеет свои болезни. И болезни, вызванные ростом влияния женщин, поразили дружбу с её духом авантюры. Дружить семьями нельзя — можно приятельствовать: ходить друг к другу в гости, вместе отдыхать. Проще говоря, пребывать в зоне комфорта, в котором мы все, без всякого сомнения, нуждаемся. Но в этой буржуазной, мещанской размеренности совсем нет порыва дружбы.

В России ситуация усугубляется ещё и тем, что наши мужчины в большинстве своём побаиваются женщин, ведь их воспитывали бабушки, мамы, тёти. По наблюдениям русского мыслителя Евгения Головина, русские мужчины «боятся собственных мыслей, бандитов, начальников, “общественного мнения”, деньгососущих и деньгодающих пауков, но пуще всего они боятся женщин». Женщина, чувствуя в мужской дружбе опасность для семьи и её собственного комфорта, делает всё, чтобы оставить её избранника без друзей. Глупые женщины ставят своим мужчинам ультиматум: «Выбирай: я или они», а те, что поумней, исподволь разбавляют терпкое вино дружбы до состояния безобидного приятельства.

Я всё это написал не для того, чтобы показать себя «последним рыцарем благородной дружбы». Просто решил порефлексировать. И пусть мои друзья не обижаются. Но всё же нельзя не признать больным общество, в котором размывается самое бескорыстное человеческое чувство. Словом, и здесь нужна консервативная революция… Смайл.