20 мая 2018

Неволя ради пущей охоты

Алиса ЯМ, Санкт-Петербург

Повсеместное издевательство над животными — становится новым российским «брендом». В стране не затихает вой боли бедных животных: кого медленно замучили мальчики и девочки, снимая видео для «шок-контента», кого не забрали с дачи, кого просто оставили на улице — надоели деткам. Но это не всё. Воздух сотрясается от криков невообразимой боли диких животных, которых истязают в притравочных станциях. И всё ради того, чтобы те, кто вообразил себя «новыми боярами», могли с удовольствием поохотиться.

Бойни в тихих местах

Бойни устраивают в гаражных кооперативах, на землях частного сектора, на садовых участках и в зонах жилых массивов. У лисиц, енотов, медведей вырывают когти и зубы, морят голодом, обкалывают транквилизаторами, чтобы они не могли сопротивляться, а затем отдают на расправу охотничьим псам. Лишённое защиты животное собаки рвут на части, а если оно пытает вырваться, то «люди» его держат — держат, пока ему отрывают хвост, лапы, прокусывают глаза… Зверь кричит в агонии, испытывая неимоверные муки… И, как правило, всё это делается легально. Живодёрни называются испытательно- тренировочными станциями (ИТС), или коротко — притравками.

В притравках творится в них запредельная жестокость.

На сайте «Центра прав защиты животных Вита» можно ознакомиться с реальными фото- и видеоматериалами, где зафиксировано то, что происходит в притравках. А творится в них запредельная жестокость. Так, на одном из видео собаки терзают лис с плотно замотанной пастью, рвут барсуков, кабана и даже кошку. Пытка сопровождается истошными криками терзаемых животных и хохотом людей. Все видео и тексты нотариально заверены Центром «Вита», чтобы исключить обвинения в фальсификации.

Притравочные станции чувствуют себя в России очень вольготно. И знаете — почему? Потому что зло ВСЕГДА действенно! И его поддерживают. Этот бизнес прибылен. Плюс — в любой структуре есть высокопоставленные любители охоты, которые его в случае чего, защитят.

В тексте невозможно передать смертный вой боли и страха жертв кровавого разгула любителей охоты. А животные — они живые. Как и мы с вами. И им всегда больно и страшно. Но каждый новый день их тащат на пытки, тащат те, кто живёт среди нас!

А закон только шёпотом

ИТС официально разрешены, а их деятельность регулируют «Росохотрыболовсоюз» и Федерация охотничьего собаководства. Но, по данным Центра защиты животных «Вита», разрешения на отлов животных с целью использования в качестве моделей для натравки никто не выдаёт, разрешения на содержание животных с этой же целью никто не выдаёт тоже. Эксперты «Виты» отмечают, что существование притравочных станций является нарушением нескольких законов РФ, в том числе статьи 245 Уголовного Кодекса РФ («Жестокое обращение с животными»), статьи 137 Гражданского Кодекса РФ «Животные»), ФЗ «О животном мире», ФЗ «Об охоте», ФЗ «О ветеринарии», ФЗ «О защите животных от жестокого обращения» и других. И тем не менее, по данным защитников животных, в России действует порядка двухсот легальных ИТС и около четырёх тысяч нелегальных станций. Борьба с ними ведётся ни один год. Проблема обсуждается на телевидении, зоозащитники собирают подписи под петициями с требованием их закрытия. Безрезультатно. Кровавая вакханалия продолжается.

Лишённое защиты животное собаки рвут на части, а если оно пытает вырваться, то «люди» его держат — держат, пока ему отрывают хвост, лапы, прокусывают глаза… Зверь кричит в агонии, испытывая неимоверные муки…

В декабре 2017 года, в Государственной думе прошло рассмотрение закона, запрещающего контактные притравки. Авторами инициативы выступили председатель нижней палаты парламента Вячеслав Володин, первый вице-спикер Иван Мельников (КПРФ), вице-спикеры Ольга Тимофеева («Единая Россия») и Ольга Епифанова («Справедливая Россия») и другие депутаты. Вынесшая на рассмотрение проект группа утверждала, что подобный закон есть в семидесяти странах. Несмотря на то, что законопроект о полном запрете контактной притравки предлагала такая авторитетная группа, его отклонили сразу. Мотивировка? Её озвучил заместитель председателя профильного комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Владимир Лебедев, который не скрывает своего увлечения охотой. В разговоре с корреспондентом «Коммерсанта» он заявил, что закон «убьёт охотничье собаководство» и, по меньшей мере, в 60 субъектах РФ выступают против него. По мнению Лебедева, этим законом можно «обидеть пятимиллионную часть лояльного государству общества». Член Совета Федерации от исполнительной власти Крыма Ольга Ковитиди заявила, что «принять такой закон – значит, уничтожить охотничью отрасль». А первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по экономической политике Сергей Калашников посетовал на то, что, одобряя закон о защите животных, Совет Федерации «идёт в одном тренде» с охраной прав сексуальных меньшинств и «прочих таких законов».

Новый, одобренный в 2018 году в Государственной Думе, закон против ИТС оказался фикцией. Если быть более точным, то правки по притравкам вносились в закон «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов». Почему он не заработал? Во-первых, правки, внесённые в закон, вводят запрет на физический контакт между охотничьей собакой и диким животным в случае, если это животное каким-либо образом сковано в своих движениях. Для обучения собаки необходимо устанавливать специальные ограждающие конструкции: сетки и т.д. На деле это означает, что в вольер на медведя, у которого предварительно вырвали зубы и когти, или пристегнутого к дереву длинной цепью, но неограниченного в передвижении, можно спустить свору собак. Формально это не противоречит букве закона. Во-вторых, «новые нормы фактически не запрещают продолжать готовить охотничьих собак с использованием лисиц, барсуков и енотов», пояснил председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас.

Так же в Комитете по конституционному законодательству рассказали «Ъ», «что поправки всё равно не будут работать, потому что сам закон “Об охоте” не распространяется на диких животных, содержащихся в неволе. Содержание животных в неволе и использование их для обучения охотничьих собак не является нарушением закона “Об охоте”». А жертвами притравочных станций, как правило, становятся именно дикие животные.

Если это всё просто обобщить, то получается, что контактная притравка теперь в некотором роде даже узаконена. В нынешнем варианте закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов» «закреплённые охотничьи угодья» стали просто «охотничьими угодьями», «собаки охотничьих пород» стали любыми «собаками, используемыми при осуществлении охоты», ограждающие конструкции между собакой и животным теперь будут использоваться «в условиях искусственного ограничения свободы движения таких животных», а не во всех ситуациях, чёткости между категориями «воля», «неволя», «полуволя» так же нет.

Многие эксперты-кинологи России считают 90% собак, ставших чемпионами притравок, абсолютно непригодными на охоте. Получается, что притравки — просто развлечение…

В интервью изданию «Коммерсант» депутат Государственной думы РФ Анатолий Грешневиков назвал новый закон «бессмысленным» и сообщил, что голосовал против него. «Считаю, что закон разрешил притравку не только на притравочных станциях, а во всех охотничьих угодьях».

Надо принять Закон о полном запрещении притравочных станций, во всяком случае том виде, в котором они разрешены и функционируют сейчас! Есть же, в конце концов, европейский опыт. В Европе контактные тренировки запрещены, либо проводятся с использованием методов, исключающих травмирование животных, например, через стекло.

Защитники ИТС оправдывают их существование необходимостью «тренировки» охотничьих навыков собак. Но, по мнению экспертов Центра «Вита», это — абсолютно несостоятельный «аргумент», ибо «рафинированное пространство никогда не научит собаку ориентироваться на местности и создаёт иллюзию лёгкой добычи». Именно поэтому многие эксперты-кинологи России считают 90% собак, ставших чемпионами притравок, абсолютно непригодными на охоте. Получается, что притравки — просто развлечение… Во всяком случае, именно как «развлечение» классифицирует притравки Минэкономразвития (28.07.2016) в ответе на депутатский запрос, в котором был использован код ОКВЭД «9272» — «Прочая деятельность по организации отдыха и развлечений…».

Повторюсь, эта кровавая деятельность категорически запрещена в семидесяти странах, а у нас она процветает. У нас это — развлечение, а значит — бизнес. Одни реализуют свои садистский комплекс или комплекс личной неполноценности, а другие зарабатывают на этом деньги. Есть спрос — есть предложения!

Как жили, так и будем жить?

Узаконенное насилие против животных неизбежно обернётся ростом садизма и преступности. Если можно мучить бессловесное животное, почему нельзя замучить человека, тем более беззащитного? Владельцы притравок, сотрудники этих живодерен, поставщики новых жертв, те, кто приводит туда своих животных, что они могут дать своим отпрыскам? Кем они их воспитают? Давайте откроем глаза и признаем, что у нас есть серьёзная и существующая при попустительстве государства проблема жестокости над животными. Надо признать: на самом высоком уровне существует живодёрское лобби, в которое входят все эти «новые бояре», любители охоты…

Кровавая деятельность категорически запрещена в семидесяти странах, а у нас она процветает. У нас это — развлечение, а значит — бизнес. Одни реализуют свои садистский комплекс или комплекс личной неполноценности, а другие зарабатывают на этом деньги.

«Ад пуст — все демоны сюда слетелись», — обронил герой шекспировской «Бури». Демоны среди нас. Подростки забили насмерть бомжа, девочки умерщвляли кошек и собак, выкалывая им глаза, мальчики играли котёнком в бейсбол, школьник расстрелял одноклассников. Это — наш народ. Мы так гордимся своей великой русской душой: милосердной, праведной, сострадательной, глубокой и духовной. Народ России, где твоя душа?

Известный поэт Эдуард Асадов написал рвущее душу стихотворение о притравках. Оно называется «Яшка».

Учебно-егерский пункт в Мытищах,
В еловой роще, не виден глазу.
И всё же долго его не ищут.
Едва лишь спросишь — покажут сразу.

Ещё бы! Ведь там не тихие пташки,
Тут место весёлое, даже слишком.
Здесь травят собак на косматого мишку
И на лису — глазастого Яшку.

Их кормят и держат отнюдь не зря,
На них тренируют охотничьих псов,
Они, как здесь острят егеря,
«Учебные шкуры» для их зубов!

Ночь для Яшки всего дороже:
В сарае тихо, покой и жизнь…
Он может вздремнуть, подкрепиться может,
Он знает, что ночью не потревожат,
А солнце встанет — тогда держись!

Егерь лапищей Яшку сгребёт
И вынесет на заре из сарая,
Туда, где толпа возбуждённо ждёт
И рвутся собаки, визжа и лая.

Брошенный в нору, Яшка сжимается.
Слыша, как рядом, у двух ракит,
Лайки, рыча, на медведя кидаются,
А он, сопя, от них отбивается
И только цепью своей гремит.

И всё же, всё же ему, косолапому,
Полегче. Ведь — силища… Отмахнётся…
Яшка в глину упёрся лапами
И весь подобрался: сейчас начнётся.

И впрямь: уж галдят, окружая нору,
Мужчины и дамы в плащах и шляпах,
Дети при мамах, дети при папах,
А с ними, лисий учуя запах,
Фоксы и таксы — рычащей сворой.

Лихие «охотники» и «охотницы»,
Ружья-то в руках не державшие даже,
О пёсьем дипломе сейчас заботятся,
Орут и азартно зонтами машут.

Интеллигентные вроде люди!
Ну где же облик ваш человечий?
— Поставят «четвёрку», — слышатся речи, —
Если пёс лису покалечит.
— А если задушит, «пятёрка» будет!

Двадцать собак и хозяев двадцать
Рвутся в азарте и дышат тяжко.
И все они, все они — двадцать и двадцать
На одного небольшого Яшку!

Собаки? Собаки не виноваты!
Здесь люди… А впрочем, какие люди?!
И Яшка стоит, как стоят солдаты,
Он знает, пощады не жди. Не будет!

Одна за другой вползают собаки,
Одна за другой, одна за другой…
И Яшка катается с ними в драке,
Израненный, вновь встречает атаки
И бьётся отчаянно, как герой!

А сверху, через стеклянную крышу, —
Десятки пылающих лиц и глаз,
Как в Древнем Риме, страстями дышат:
— Грызи, Меркурий! Смелее! Фас!

Ну, кажется, всё… Доконали вроде!..
И тут звенящий мальчиший крик:
— Не смейте! Хватит! Назад, уроды! —
И хохот: — Видать, сробел ученик!

Егерь Яшкину шею потрогал,
Смыл кровь… — Вроде дышит ещё — молодец!
Предшественник твой протянул немного.
Ты дольше послужишь. Живуч, стервец!

День помутневший в овраг сползает,
Небо зажглось светляками ночными,
Они надо всеми равно сияют,
Над добрыми душами и над злыми…

Лишь, может, чуть ласковей смотрят туда,
Где в старом сарае, при егерском доме,
Маленький Яшка спит на соломе,
Весь в шрамах от носа и до хвоста.

Ночь для Яшки всего дороже:
Он может двигаться, есть, дремать,
Он знает, что ночью не потревожат,
А утро придёт, не прийти не может,
Но лучше про утро не вспоминать!

Всё будет снова — и лай и топот,
И деться некуда — стой! Дерись!
Пока однажды под свист и гогот
Не оборвётся Яшкина жизнь.

Сейчас он дремлет, глуша тоску…
Он — зверь. А звери не просят пощады…
Я знаю: браниться нельзя, не надо,
Но тут, хоть режьте меня, не могу!

И тем, кто забыл гуманность людей,
Кричу я, исполненный острой горечи:
— Довольно калечить души детей!
Не смейте мучить животных, сволочи!

Алиса ЯМ, Санкт — Петербург

Добавить комментарий