12 июля 2011

Людмила МАРДЕР: «Будем надеяться, что мы не откажемся от бесплатного образования»

Елена ШУЛЬГИНА

Родители и педагоги сейчас взбудоражены планами властей по реформированию средней и старшей школы. Платные уроки, возможность для старшеклассников самим выбирать себе предметы, отказ от некоторых предметов в пользу воспитания гражданственности – все это пугает родителей и не нравится педагогам. А что думает о планах реформы средней школы директор одной из самых известных школ Петербурга Второй гимназии Александра I Людмила Маратовна Мардер?

— Людмила Маратовна, как вы относитесь к планам реформирования средней школы?

директор одной из самых известных школ Петербурга Второй гимназии Александра I Людмила Маратовна Мардер

директор одной из самых известных школ Петербурга Второй гимназии Александра I Людмила Маратовна Мардер

— К разумным реформам я отношусь положительно. Сейчас в российском обществе есть некая неудовлетворенность результатами  современного среднего образования. Эта  неудовлетворенность базируется на тех исследованиях, которые проводят в разных странах мира. В этих исследованиях российское образование занимает не очень хорошие позиции. Но с другой стороны, у России  есть победы на международных олимпиадах для школьников.  Значит, наше математическое образование, образование по физике,  естественно-научное образование — они достойные. Ведь наши школьники занимают призовые места на международных олимпиадах из года в год. И студенты потом продолжают эти традиции, тоже успешно выступают на международных олимпиадах.

Меняется общество, меняется время. Конечно, школа тоже должна меняться в этом  русле. Если  внимательно читать  документы, в которых сформулированы основные принципы реформы школы, то станет ясно, что общество не удовлетворено результатами среднего образования. Но прежде чем что-то реформировать, нужно сначала сформулировать некий заказ государства. А этого пока нет. Например, в документах речь идёт о перегрузках школьников.   А некоторые  родители считают, что их дети мало загружены.  Выработаны ли позиции, по которым общество сегодня критикует школу? Если это выработано, то тогда имеет смысл вводить некие изменения,  проводить некие реформы.

Когда мы говорим о федеральных образовательных стандартах, то речь идёт о том, что должно измениться содержание образования, должен произойти  некий отбор содержания, которое соответствует сегодняшним требованиям.  Интенсивной жизни, потоку информации, который обрушивается сегодня на людей.  Нужно научить детей справляться с этим потоком информации. Всё знать  сегодня невозможно. Но нужно иметь представление о том,  где можно получить эти знания. Это не сегодняшняя задача. Многие школы и многие учителя уже давно над этим работают. Я помню, как несколько  десятилетий тому назад в школе очень активно  разрабатывались методики самообразования детей. Во всех кабинетах висели стенды «Учись учиться». Сегодня новые стандарты образования придуманы таким образом, что ребёнка надо научить добывать знания и потом уметь их использовать.

Санкт-Петербургская Губернская гимназия была основана 7 сентября 1805 года по указу  Александра I

Я – учитель физики. Иногда мы со своими учениками решаем задачу и на математических преобразованиях  спотыкаемся. Кабинет физики на первом этаже, а кабинет математики на втором. Я иногда говорю ребятам: «Вы что, спускаясь со второго этажа на первый, все свои знания из головы выкидываете?» Эта связь между предметами  составляет для детей серьезную трудность. Как те знания, что они изучили на биологии, перенести  на физику? Как знания по физике перенести на какой-то другой предмет? Современные образовательные стандарты делают на этом упор. Если ты получил знания на одном предмете, ты должен ими воспользоваться  в любой другой предметной области.

Кстати, в международных исследованиях наши дети спотыкаются не на фактических знаниях, а на умении проанализировать, обобщить и перенести свои знания на другую область.  Вот этого навыка у нас действительно не хватает. Мы очень долго учили воспроизводить  информацию, знания, умения.

Теперь предполагается, что мы будем  учить их размышлять, переносить свои знания на другую предметную область. Но что они делают на ЕГЭ? Воспроизводят. Ребенку надо объяснить — почему надо делать так, ради какой великой цели нужно так учиться? Если он этого не понимает, он этого не делает. А  на экзамене всё равно идёт воспроизводство знаний, мы даже не слушаем нигде его рассуждения. Он пишет  одно эссе на русском языке и одно на литературе. Но этого мало! Стандарты  пока ещё не введены в старшую школу, это предполагается сделать к двадцатому году. Пока  что начинается   эксперимент. Так вводились новые стандарты в начальной школе.  Мы являемся школой-лабораторией по отработке стандартов в начальной школе, два года жили в эксперименте. Учителя готовились,  смотрели учебники,  критиковали. И только с сентября этого года первые классы вступают в эти обязательные стандарты.

В объяснительной записке к образовательным стандартам старшей школы всё замечательно, кроме одного. Там написано, что сейчас в старшей школе 18-21 предмет, а вот я по нашему  учебному плану насчитала всего 14 предметов. Не знаю, какие планы смотрели разработчики, ну может в каких-то и имеется 21 предмет.  В объяснительной записке говорится, что в старшей школе  очень много предметов и ребятам сложно сосредоточить своё внимание на каких-то конкретных предметах. И второе — там написано, что такой поток предметов, которые надо знать  хорошо, является предпосылкой для репетиторства. Я вообще считаю, что о репетиторстве  говорить не надо и нельзя школу связывать с репетиторством.

2-ю гимназию закончили Н. Н. Миклухо-Маклай, Е. А. Мравинский, А. Ф. Кони, А. А. Брянцев и многие другие известные деятели науки и искусства

В новых стандартах не сказано,  что в старшей школе ребёнок будет изучать только  ОБЖ, новый предмет «Россия в мире», заниматься физкультурой и проектной деятельностью.  Новые стандарты предполагают, что в  каждой предметной области ребёнок выбирает предметы из шести предметных областей и уровень, на котором он будет их изучать. Можно выбрать базовый и повышенный уровень.  Повышенный уровень предполагает, что предмету уделяется больше часов и программа его изучения будет более расширенной.  Базовый уровень — это  государственный минимум, необходимый для того, чтобы  получить аттестат. Мы в нашей гимназии  уже давно так работаем.  Когда наша школа переходила в статус гимназии, мы поняли, что интересы у детей разные.

К старшим классам у большинства детей сформировались свои  предпочтения  и планы поступления в вуз. Надо было  создать условия для того, чтобы они эти планы  реализовали. Поэтому мы вводили индивидуальные образовательные маршруты. Это позволяло по-разному определять учебные часы, но в конечном итоге, мы были завязаны на максимально допустимые 36 часов. У кого-то математики было 4 часа, (это государственный минимум), а у кого-то, кто шёл в технические вузы,  было семь часов.  У кого-то было четыре часа иностранного языка,  как это требует углубленное изучение иностранных языков, а у тех, кто шёл на филфак,  было семь часов. Мы делаем такое перераспределение часов и считаем, что это правильно.

Новые образовательные стандарты предлагают интегрированные предметы. Пока что школа к этому не готова. Просто нет специалистов по интегрированным предметам. Проще всего дело обстоит с русской словесностью. Учитель русского языка и литературы получает такое образование.  А вот учителя естествознания, который бы объединил в себе знания по физике, химии и биологии, найти сложно. Или учителя, который бы знал географию и историю — это большая редкость. Для того чтобы реализовать то, что написано в новых федеральных образовательных стандартах,  надо подготовить  документы, учебники  и очень серьезно подготовить педагогическую общественность.

— Оправдана ли замена предметов общеобразовательного цикла на уроки  «гражданственности»?

2-я гимназия — 1913 год

— Если говорить о старшеклассниках, то воспитывать гражданственность уже поздно. В нашей гимназии мы занимаемся этим со второго класса. В начальной школе есть предмет «Окружающий мир», в него включён раздел «Я и мой мир», куда входят элементы гражданственности, элементы изучения страны и города с позиций гражданственности, семьи и школы. С шестого класса преподается право, в седьмом-восьмом классе -социальная практика, в десятом-одиннадцатом — обществознание. В Петербурге эта программа давно введена, и мы по ней тоже работаем. Если говорить честно, то гражданственность формируется не на уроках. Или не только на уроках.

Я как учитель физики рассказываю о русских учёных и их замечательных открытиях,  о том, какие препятствия им приходилось преодолевать и почему иногда наши учёные не звучат как первооткрыватели. То же самое происходит на уроках литературы и истории. Но главное — это систематическая внеклассная работа  начиная с первого класса. Все наши дети проходят через акцию  «От сердца к сердцу». У нас есть подшефные детские дома, есть социальный дом. Мы выращиваем  цветы, а потом сажаем их в День Победы. День снятия Блокады Ленинграда — это святой день для всей гимназии. Мы приглашаем к себе ветеранов и выезжаем на экскурсии. Не существует  такого предмета, на котором можно было бы воспитывать гражданина. Этим должна заниматься вся система работы школы. Это невозможно делать в отрыве от семьи. Если в школе говорят одно, а в семье совсем другое- то результат будет нулевой. Никакой предмет, введенный в старших классах, этого не воспитает.

— Кто, по-вашему, будет платить за необязательные предметы в средней школе?

Участники 6-й всероссийской педагогической конференции

— Пока что никто не говорит, что они будут оплачиваться из родительского кармана.  Министр образования и президент говорят о бесплатности образования. Почему мы говорим тогда о какой-то платности? В старших классах гарантируется 36 часов  бесплатного образования. С этого года вводят третий час физкультуры. Значит, получается уже 37 часов. Во многих школах уже введены платные образовательные услуги, изучаются иностранные языки. Причём массово, когда весь класс обязательно изучает. А у нас нет платных предметов.

Всё что касается учебного плана, мы обеспечиваем как государственное учреждение бесплатно. Я очень хочу верить в то, что государство будет придерживаться своих заверений в том, что образование останется бесплатным. Об этом  говорит первое лицо государства. Как можно обмануть  всю страну? Можно  ли говорить о том, достаточно ли этого образования или недостаточно?

Когда мы входили в статус гимназии в 1990 году, у нас был учебный план на 42 часа в неделю. Там была и философия, и психология общения, и логика. И мы считали, что всё это помогает нашим детям развиваться, учиться. Потом план стали сокращать. И жёстко выступил Роспотребнадзор, медики. Они утверждали, что дети выходят из школы больными, и надо сократить учебный план. Была установлена максимально допустимая нагрузка, в старших классах это 36 часов. Я считаю, что сохранить здоровье ребёнка можно тогда, когда он очень  много успеет сделать в школе. И на дом ему останется только очень небольшое домашнее задание. А если программа по истории сформирована таким образом, что они за урок должны изучить материал трёх параграфов, то мы не сохраняем их здоровье. Мы перекладываем школьную нагрузку на дом. К сожалению, не только школа портит здоровье. К нам приходит только пятнадцать процентов абсолютно здоровых первоклассников. Здоровье детей — это глобальная проблема, проблема государства.  Поэтому будем надеяться, что мы не откажемся от бесплатного образования.

— Прислушивается ли государство к педагогической общественности, которая сейчас активно обсуждает планируемую реформу?

— Думаю, что да. Иногда мы какие-то вещи обсуждаем  внутри коллектива. Не пишем, не говорим, не выступаем. Но мне кажется, что приостановка принятия образовательного стандарта из-за выступлений учителей говорит о том, что государство к нам прислушивается. Я слышу разные мнения о ЕГЭ. Экзамен меняется, контрольно-измерительные материалы стали лучше. Об этом говорят наши учителя, которые проверяют ЕГЭ в качестве экспертов. Значит, к мнению педагогической общественности прислушиваются.

— Что вы думаете об идее закрытия педагогических вузов? Учителей планируется готовить на краткосрочных курсах.

Так во 2-й гимназии отмечали День знаний

— Эффективность педагогических вузов сегодня оставляет желать лучшего. В этом году в школы пришло 700 с чем-то молодых учителей. Хорошо бы ещё узнать, сколько это в процентном отношении от всех выпускников Герценовского университета. В школу приходят выпускники педагогических вузов,  приходят выпускники университетов, и в школу приходят выпускники других вузов. Особенно этот процесс был массовым в перестроечные годы, когда научно-исследовательские институты закрывались, люди шли переучиваться.  Кто-то прижился в школе, кто-то ушёл из школы. Они переучивались в нашей Академии постдипломного образования. Из тех, кто пришёл тогда, есть лучшие учителя, чем некоторые с профессиональным образованием.  У нас нет профессионального отбора в педвузы. И поэтому не факт, что из педвуза приходит настоящий учитель, и  что из технического вуза придет непрофессионал. Важны две вещи — ты должен быть предан детям, любить их такими, какие они есть. Разные, счастливые, несчастные, умные, не очень способные.

Надо любить всех.  И знать предмет, который ты преподаёшь. Любить — этому не научишь,  а предмету можно научить. Методику, конечно, надо знать, хотя это приходит  с опытом.  Этому можно научиться в нашей Академии постдипломного образования. Я не отказываюсь от учителей, которые не заканчивали Герценовский, но хотят работать. Им можно помочь, их можно научить. У нас в гимназии таких много. В нашем законодательстве не сказано, что выпускник педагогического вуза должен отработать три года в школе  по распределению. Я поддерживаю идею о том, чтобы лучшие студенты педвуза получали гранты на несколько лет. Это бы заинтересовало их, а после двух-трех лет в школе школьный человек в ней остаётся. А если человек уйдет, значит, он не школьный человек. Но сейчас иногда уходят из-за того, что на 10 тысяч не прожить.

Мне бы очень не хотелось  слышать какую-то  поверхностную критику реформы.  Хочется, чтобы люди, которые говорят и пишут об этом, не будоражили общественное мнение, а сначала посмотрели документы, и посмотрели опыт школ. Мы проводим Всероссийские конференции гимназий, и я знаю опыт коллег со всей России. Многие уже идут по этому пути, они сами вышли на него. И достигают хороших результатов.  Невозможно отказаться от каких-то предметов, у ребёнка должно быть право поменять вуз. Любой нормальный человек это понимает. Поэтому когда стали говорить о четырёх-пяти предметах, я стала говорить, что это бред, надо просто внимательно почитать документы. Поднялась буря, авторам  стандартов пришлось всё хорошо расписать. Так что от этой бури была ощутимая польза. Но нельзя так будоражить и нервировать родителей,  они не понимают, что происходит.  Мы собирали конференцию и объясняли, что это за образовательные стандарты, как они проходят сейчас  апробацию. Для родителя нет ничего ценнее, чем судьба ребёнка, и умный родитель понимает, что судьба во многом связана с образованием.