15 марта 2011

Вадим СЕМЕНКОВ: Обучение – вот путь к свободе

Марина РАБЖАЕВА, Вадим СЕМЕНКОВ

Вадим Семенков

Кандидат философских наук Вадим Семенков

Высказывание о том, что образование – это путь к свободе, без всякого сомнения, очень красиво. Но оно может восприниматься всерьёз только при наличии определенной аргументации. Бесспорный и очевидный смысл получения образования в нашем мире – построение карьеры. Все остальные смыслы — вторичны и производны от него.

Карьера и успех, конечно, не одно и то же. Успех – это удел немногих, а карьера – это то, что происходит со всеми, это поэтапный процесс повышения социального статуса. В современных европеизированных обществах карьера обусловлена овладением профессиональной компетенцией, что предполагает получение высшего образования.

Чему учат в школе

Да, имеет смысл указать на банальную вещь, что у школы и вуза — разные задачи. Задача школы – сформировать социально ответственного индивида. Основной смысл и цель школьного образования — обучение навыкам и ценностям существующего общества. Происходит это обучение не только и не столько через овладение признанного (в данном обществе и в данное время) важным и значимым фиксированным набором изучаемых предметов, но, прежде всего, через передачу и усвоение ценностей в рамках так называемого скрытого учебного плана. Это понятие ввёл в современную социологию Иван Иллич, придерживавшийся, как известно, левых взглядов.

Задача школы – сформировать социально ответственного индивида. Основной смысл и цель школьного образования — обучение навыкам и ценностям существующего общества

Задача школы – сформировать социально ответственного индивида. Основной смысл и цель школьного образования — обучение навыкам и ценностям существующего общества

В книге «Освобождение от школ» (Deschooling Society) Иллич указал на то, что вся система школьного обучения построена на приучении ребёнка к жизни в рамках системы социального контроля, на вырабатывании у ребёнка навыков конформизма и подчинения авторитету. Именно в школе, в рамках пресловутой скрытой школьной программы, ребёнок на практике узнаёт не только, что такое социальное неравенство, но и определяет своё место (место своей семьи) в существующей в обществе социальной иерархии. Именно в школе ребёнок начинает чётко осознавать свою принадлежность к тому или иному социальному классу. Это происходит на практике: через сравнение возможностей своей семьи с семьями одноклассников, ребят из другой школы. В школе ребёнок учится жить и выживать в условиях социального неравенства. По мнению Иллича,  «скрытый учебный план служит одинаково для бедных и богатых ритуалом инициирования в общество, ориентированное на увеличение потребления».

Именно скрытый учебный план, по мысли Иллича, через дисциплинарные меры воздействия (жёсткая иерархия, строгая урочная система, разделение на классы, пресловутая злая училка, кабинет директора, отлучение от школы, и так далее) воспитывает в каждом последующем поколении пассивность и некритичное восприятие существующего социального порядка. И именно в школе ребёнок научается обязательности, пунктуальности, дисциплине, послушанию, усердию  — самым востребованным навыкам в управляемой и конформной среде наёмных работников. Не случайно система обязательного школьного образования возникает в процессе индустриализации обществ.

Чему учат в вузе

Если смысл и цель школьного образования — обучение навыкам и ценностям существующего общества (школы с этими задачами, в общем-то, справляются), то задача высшего образования иная — формирование профессионально компетентного специалиста, способного по окончании вуза встроиться в существующий рынок труда. Уже поэтому, говоря об образовании, нужно всякий раз чётко оговаривать, о чём идёт речь, о школьном или вузовском образовании. Но, говоря о высшем образовании, надо так же иметь в виду достаточно очевидную вещь: образование получают не только с целью получения профессиональных знаний, но и с целью получения социального статуса.

Образование получают не только с целью получения профессиональных знаний, но и с целью получения социального статуса

Таким образом, любой студент решает двуединую задачу. И если для одного студента на первом месте может стоять получение профессиональных знаний (как правило, это удел мотивированных или делом, или карьерой), то для другого  — первоочередным становится получение социального статуса. Поэтому высшее образование – это и корочка об окончании института, и набор необходимых знаний и навыков. И то и другое, причём практически в равной степени, определяют того или иного человека как образованного. Определяют в буквальном смысле слова: есть у человека пресловутая «корочка» – он получает допуск к определённым рабочим местам и должностям, а если нет этой самой «корочки», то пропуск к этим местам закрыт. И фактические профессиональные знания, навыки и умения не помогут индивиду получить эти должности (редкие исключения лишь подтверждают общее правило).

Дело в том, что по ходу получения высшего образования индивид не только овладевает теми или иными знаниями, но и формирует навык к интеллектуальной работе. Поэтому-то скотоводы из нигерийской деревни, хотя и владеют тремя-четырьмя местными языками, образованными людьми считаться никак не могут, ибо у них этого навыка нет.

Систематическая интеллектуальная работа не только формирует культурный капитал индивида (под культурным капиталом здесь понимается вся та совокупность знаний, навыков, умений, а также всевозможных дипломов и сертификатов, востребованных на рынке труда), но и предполагает обретение признания, как у широкой аудитории, так и собственно в профессиональном сообществе. И если для одних людей принципиально важно признание у широкой аудитории, и это признание выражается в тиражах книг, заполненных залах, высоких гонорарах, то есть в том, что называется коммерческим успехом, то для других — более важно получать признание в сообществе коллег. Такие люди ориентированы на получение учёных степеней, званий, мест в президиуме, индекса цитируемости своих работ.

Всё это, в конечном счёте, воплощается в символическом капитале. И вышеуказанные степени, звания и награды являются сигналами и коллегам, и всем остальным, что у этого человека искомый навык интеллектуальной работы сформирован. Атрибуты признания (степени, звания) являются той «одежкой, по которой встречают» профессионала. Без этих атрибутов коммуникация в поле образованных людей невозможна. Можно, конечно, игнорировать эти правила и фыркать по поводу получения учёного звания или защиты докторской диссертации.Но такие жесты указывают только на то, что данный скептик просто не способен к систематизированному интеллектуальному усилию.

Образование и обучение

Однако помимо понятия «образование» существует понятие «обучение». Они взаимосвязаны, но это далеко не одно и то же. Образование — это структурно упорядоченное взаимодействие, в ходе которого согласовываются между собой и приобретение знания, и приобретение статуса. В ходе этого упорядоченного (институализированного) взаимодействия обеспечивается социализация в том или ином профессиональном сообществе. Обучение же — это некий способ активности, причём намеренной, сознательной активности, которая предпринимается с целью научиться чему-то конкретному.

Помимо понятия «образование» существует понятие «обучение». Они взаимосвязаны, но это далеко не одно и то же. Образование — это структурно упорядоченное взаимодействие, в ходе которого согласовываются между собой и приобретение знания, и приобретение статуса

Помимо понятия «образование» существует понятие «обучение». Они взаимосвязаны, но это далеко не одно и то же. Образование — это структурно упорядоченное взаимодействие, в ходе которого согласовываются между собой и приобретение знания, и приобретение статуса

Так, сейчас немало людей, получив образование, продолжают учиться. Мы входим в эпоху, где традиционная модель профессионального образования перестаёт удовлетворять. Человек, проживающий всю жизнь в рамках одной профессии, выглядит всё архаичней. Людям часто приходится, если не менять профессию, то, по крайней мере, варьировать свою специализацию, что предполагает едва ли не перманентное обучение и переобучение. Уже поэтому получение высшего образования не означает процесс прекращения обучения.

Но фокус в том, что способность к обучению формируется в ходе получения высшего образования. Если высшее образование даёт статус, то способность к обучению определяет рамки для профессионального манёвра. Таким образом, именно широта маневра, зависимая от обучаемости, и определяют степень свободы человека. Поэтому если образование – это путь к карьере, то обучаемость (обучение) – это путь к свободе.

Можно согласиться с Никой Дубровской в том, что «по-настоящему образованный человек  — это человек, способный самостоятельно определять значение слов свобода и благосостояние». И исходя из хрестоматийного деления свободы на «свободу от» и «свободу для», обучение ценно тем, что формирует «свободу для». Это не только свобода для творчества, хотя императив творчества становится востребованным во все больших профессиональных областях, но и свобода в отношении правил социального общежития, тех самых правил, обучать которым призвана, прежде всего, школа.

Свободы без правил не бывает, и здесь следует вспомнить следующую классификацию: есть люди, нарушающие правила, есть люди соблюдающие правила, а есть те, кто правила устанавливает. А последняя способность дана далеко не каждому.

Читайте также:

Ника ДУБРОВСКАЯ: Образование — это путь к свободе

Дмитрий ЖВАНИЯ. Образование – это форма бытия

  • http://nika.x-31.com nikadubrovsky

    Не очень понятен смысл этого текста, так как постоянно сам себе противоречит.
    Скажем,
    1) Задача школы – сформировать социально ответственного индивида.

    утверждается в первой его части.

    Дальше приводится мнение Ивана Иллича, доказавшего, что школа формирует зависимого и социально инертного индивидуума.

    2) Дальше объясняется, что институт формирует «специалиста для рынка труда».
    В обоих случаях, описывается механизм насилия над личностью.
    И вдруг откуда не возьмись, появляется вот этот абзац,

    «Дело в том, что по ходу получения высшего образования индивид не только овладевает теми или иными знаниями, но и формирует навык к интеллектуальной работе. Поэтому-то скотоводы из нигерийской деревни, хотя и владеют тремя-четырьмя местными языками, образованными людьми считаться никак не могут, ибо у них этого навыка нет.»

    Думаю, что это кульминация статьи.

    Откуда такие выводы?
    Кого имеют в виду авторы статьи?
    Может быть советских академиков? или функционеров союза художников?
    или кого?
    откуда такой знание жизни «пастухов нигерийских деревень»?

    В результате, начиная цитированием прогрессивного И.Илиича, авторы скатываются в конце текста до банального повторения инструкции в затрапезном провинциальном ВУЗЕ.

    Наверное, стоит им напомнить, что ни один из пионеров IT индустрии, особенно наиболее успешные ее представители, начиная от Била Гейтса и кончая Стивом Джобсом, не закончили института, который по мнению авторов статьи «формирует навыки интеллектуальной работы» и «дает доступ к профессиональной деятельности».

    Глубокомысленное завершение статьи:
    «Свободы без правил не бывает, и здесь следует вспомнить следующую классификацию: есть люди, нарушающие правила, есть люди соблюдающие правила, а есть те, кто правила устанавливает. А последняя способность дана далеко не каждому.» —
    кажется мне одновременно безвкусным и бессмысленным.
    Кого именно авторы имеют в виду ?
    и зачем все это?