2 сентября 2017

Левая статичность Германии

Руслан КОСТЮК, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ

Германия относится к числу достаточно консервативных на европейском пространстве стран / Фото автора 

Меньше месяца остаётся до федеральных законодательных выборов в ФРГ. Опросы общественного мнения дают пальму первенства правоцентристскому блоку Христианско-демократического союза (ХДС) и баварского Христианско-социального союза (ХСС). Однако левые и левоцентристские силы не готовы сложить оружие и используют предвыборную кампанию, чтобы изменить общественные настроения.

Все опросы общественного мнения подтверждают определённую статичность избирательной базы левых сил ФРГ, равно как и сложившееся в последние годы соотношение сил внутри левого спектра. Всё-таки Германия относится к числу достаточно консервативных на европейском пространстве стран — в том, что относится к электоральным предпочтениям избирателей. Очень редко, когда на политической сцене появляется новичок, способный пройти препоны на пути в Бундестаг (в этом году в данном амплуа выступает правопопулистская «Альтернатива для Германии» — АДГ), или кто-то выпадает из «парламентской обоймы», как случилось в 2013 году с либералами — свободными демократами.

Динамизм кампании СДПГ, поначалу связывавшийся наблюдателями с личностью кандидата в канцлеры 62-летнего экс-председателя Европейского парламента Мартина Шульца ныне сошёл на нет

После воссоединения Германии левый спектр этой ведущей в Европейском Союза (ЕС) страны, можно сказать, поделён между тремя партиями — Социал-демократической партией Германии (СДПГ), радикальными социалистами (ныне партией «Левой») и экологистами — «Союзом-90 — Зелёными». Судя по всему, выборы в Бундестаг-2017 лишь подтвердят этот факт, как и то обстоятельство, что социал-демократы на много опережают по политическому потенциалу своих соперников по левому флангу.

Как подчеркнула в разговоре со мной в Берлине одна из лидеров левого крыла СДПГ, берлинский земельный депутат Юлкер Радзвилл, «Социал-демократическая партия, даже несмотря на отступления и неудачи¸ продолжает оставаться мощным полюсом для той части германского общества, которое выступает за большую справедливость и подлинно социальное государство». Однако на фоне общего ослабления европейской социал-демократии, затронувшего, пожалуй, все регионы современной Европы, ФРГ вовсе не служит исключением. Когда-то, во времена Вилли Брандта, например, СДПГ получала на федеральных выборах набрали свыше 40% голосов. На последних парламентских выборах четыре года назад СДПГ довольствовалась лишь 25,7% голосов.

Все опросы общественного мнения подтверждают определённую статичность избирательной базы левых сил ФРГ.

Конечно, социал-демократы остаются народной партией, они участвуют в правительствах различных земель, среди бургомистров крупных городов (Берлин, Мюнхен) немало их представителей. Но участие на протяжении последних четырёх лет в качестве младшего партнёра ХДС/ХСС в правительстве «Большой коалиции» не снискало политических лавров германским социал-демократам.

Пожалуй, случай более чем банальный в «батарее» подобных «больших коалиций» в странах Западной Европы, в рамках которых левоцентристам доводилось играть второстепенную роль. Представители Фонда Фридриха Эберта, с которыми у нас была встреча в Берлине, пытались меня убедить в том, что в 2013 году у их партии просто не было другого выхода, как образовать с христианскими демократами «Большую коалицию». На само же деле, альтернативный выбор имелся. Опция, которая вряд ли повторится в сентябре 2017 года. Я имею в виду наличие в Бундестаге арифметического левого большинства СДПГ, «Левых» и «зелёных».

Лидер парламентской фракции Левой партии ФРГ Сара Вагенкнехт

В нынешней предвыборной кампании СДПГ делает ставку на социальную тематику, призывая, в частности, добиваться снижения налогов для лиц со скромными доходами и бороться против перспективы снижения пенсий. Однако динамизм кампании СДПГ, поначалу связывавшийся наблюдателями с личностью кандидата в канцлеры 62-летнего экс-председателя Европейского парламента Мартина Шульца ныне сошёл на нет. Опросы дают эсдекам 23-24% голосов, тогда как блоку ХДС/ХСС на 15 пунктов больше. При таком раскладе единственное, на что реально может вновь рассчитывать СДПГ — это на повторение «Большой коалиции»; и опять же в качестве младшего правительственного партнёра. Связано это обстоятельство не только с объективным рейтингом самих социал-демократов, но и с тем, что другие партии левого спектра также, по большому счёту, если сравнивать ситуацию с 2013 годом, остаются «при своих», но на сей раз в Бундестаг должны вернуться свободные демократы и впервые проникнуть АДГ. Это, с одной стороны, сделает арифметическое большинство в нижней палате германского парламента уже точно не левым, а, с другой, даст блоку, ведомому Ангелой Меркель, более широкую возможность сделать выбор в пользу нового правительственного партнёра или партнёров.

Самой главной политической интригой предстоящих федеральных выборов является вопрос, кто же получит «бронзу» германского политического олимпа. Среди четырёх претендентов на третье место, которым разные опросы общественного мнения обещают по восемь, иногда девять пунктов каждому, присутствуют и две представляющие левый фланг партии — собственно «Левые» и экологисты.

После воссоединения Германии левый спектр этой ведущей в Европейском Союза (ЕС) страны, можно сказать, поделён между тремя партиями — Социал-демократической партией Германии (СДПГ), радикальными социалистами (ныне партией «Левой») и экологистами — «Союзом-90 — Зелёными».

Как заметил в разговоре со мной заместитель пресс-секретаря парламентской фракции «Левых» Ханно Харнисш, «у нас есть прекрасные шансы вновь получить третье место». В сентябре 2013 года Левая партия уже получила общее третье место, набрав 8,6% и немного опередив «Союз-90 — Зелёных», набравших тогда 7,3% голосов. Однако, очевидно, что и те, и другие, скорее всего, потеряют в количестве мандатов в Бундестаге. Бывший глава фракции «Левых» в Бундестаге, ныне председатель Партии европейских левых Грегор Гизи утверждает, что у его партии уже сложилась устойчивая электоральная база (прежде всего, конечно, в восточных землях), которой импонирует «радикальная и наступательная стратегия немецких “Левых” в социальной сфере».

На сентябрьские выборы эта политическая сила идёт с такими предложениями, как повышение минимальной заработной платы (в том числе через индексацию почасовой ставки) и установление базового материального обеспечения для безработных, немного превышающего сумму в 1000 евро в месяц. Но «Левые» стараются привлечь избирателей не только традиционно сильной для них социальной тематикой.

Хорошо известно, что в ФРГ эта партия известна своими пацифистскими позициями. «Левые» оппонируют перспективе общей европейской армии, они не согласны с планами повышения военных статей бюджета, эта партия активно выступает против следования внешней политики Берлина в фарватере американских интересов. Наконец, как отмечает левосоциалистический историк Стефан Боллингер, «сегодня это единственная парламентская партия, открыто выступающая за роспуск НАТО».

На что реально может вновь рассчитывать СДПГ — это на повторение «Большой коалиции»

Когда-то на антивоенных настроения в Западной Германии строила свои кампании партия «Зелёных». Сегодня по многим позициям во внутри- и внешнеполитической сферах немецкие экологисты скорее близки к центристскому направлению. Но, как бы то ни было, всё-таки исторически «Союз-90 — Зелёные» относятся к левому политическому спектру. Эта партия также борется за статус третьей политической силы Германии. Среди инициатив, с которыми экологисты выходят на осенние федеральные выборы, сегодня уже, конечно же, практически на найти радикальных идей в международной области. Если не относить к ним, например, милую сердцу «зелёных» идею единой федеративной Европы.

Что же касается внутренних дел, то, как обычно, экологисты на первый план выводят правозащитные темы. Речь идёт о требовании установления юридически равноправного «брака для всех», усиления федеральной и земельной поддержки миграции, расширения прав и возможностей беженцев. Не забыта, конечно же, и собственно «зелёная повестка»: экологисты требуют увеличения финансирования на различные программы защиты климата, выступают за полное прекращение производства электроэнергии из каменного угля.

Немецкие собеседники, как левые политики, так и эксперты, с которыми мне удалось в последней декаде августа побеседовать в Берлине, хором признавали, что «стагнационное» состояние левых и левоцентристских сил Германии (в 2013 году на федеральных выборах они сообща около 43% голосов, сегодня многие опросы пророчат им совместно порядка 40 пунктов) связано, в частности, с тем, что в своей реальной политике ХДС под руководством госпожи Меркель в значительной степени «социал-демократизировался». Ведь если ХДС/ХСС может надеяться получить в процентном отношении почти тот же результат, что три парламентские левые партии вместе взятые, это, очевидно, возможно только в ситуации, когда христианских демократов поддерживают широкие слои населения, относящиеся в том числе к собственно народному электорату.

В такой ситуации, каковы бы ни были результаты германских парламентских выборов 24 сентября, уже сегодня очевидно, что после них левым и левоцентристским силам ФРГ просто необходимо будет произвести критическое переосмысление своей прошлой деятельности, если они, в самом деле, надеются на качественное усиление позиций в немецком обществе.

Санкт-Петербург-Берлин-Санкт-Петербург