13 февраля 2016

«Мы можем» между популизмом и прагматизмом

Цикл статей «Тайна мадридского двора-2016» / Часть вторая

Руслан КОСТЮК, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ

Выборы 20 декабря привели к серьёзному изменению соотношения сил не только в рамках всей испанской политики, но и внутри левого движения южноевропейского королевства. Если «Объединённые левые» (ОЛ) стали главной жертвой этого декабрьского голосования, то основным бенефициаром, безусловно, оказалась самая молодая левая партия, сумевшая пройти в испанский парламент. Речь идёт о феномене партии «Подемос» («Мы можем»), которая в этом январе отметила всего лишь два года своего существования.

Не имеющая никакого парламентского представительства партия на выборах 20 декабря сумела получить поддержку почти 5,2 млн испанцев. Набрав на выборах в нижнюю палату парламента почти 20,7% голосов

Не имеющая никакого парламентского представительства партия на выборах 20 декабря сумела получить поддержку почти 5,2 млн испанцев. Набрав на выборах в нижнюю палату парламента почти 20,7% голосов

«Подемос», казалось, совершил невозможное. Не имеющая никакого парламентского представительства партия на выборах 20 декабря сумела получить поддержку почти 5,2 млн испанцев. Набрав на выборах в нижнюю палату парламента почти 20,7% голосов, «Подемос» финишировал после консерваторов и социалистов «бронзовым призёром», проведя в Конгресс депутатов 69 представителей, а в Сенат — 23 человека.

Конечно, ещё год назад опросы давали новорождённому субъекту испанской политики первое место с рейтингом 27-28%, но согласимся: для любой влиятельной западноевропейской страны результат новичка в 20% является огромным успехом. Тем более, это относится к Испании, где ещё недавно «большая политика» находилась исключительно в руках народной партии и социалистов.Однако на сей раз обе главные партии королевства с трудом сумели сохранить поддержку только у чуть более половины активных избирателей.
И прежде всего это случилось в силу феномена «Подемос», молнией ворвавшегося в общественно-политическую жизнь страны.

В двух автономных сообществах Испании — в Стране басков и Каталонии «Подемос» занял по результатам голосования первое место. В этих регионах, а также в Валенсианском сообществе и в Галисии дерзкий новичок получил поддержку более четверти активных избирателей. По мнению каталонского профессора Жозепа Марии Антентас, именно «успешное соединение сил “Подемос” и местных альтернативных левых движений в периферийных регионах стало генератором этого успеха».

Безусловно, резкий скачок «Подемос» также является результатом системного кризиса, в котором сегодня находится испанское общество. Но всё дело в том, что именно «Подемос», а не, скажем, Объединённые левые сумел всерьёз поколебать многолетнюю гегемонию Испанской социалистической рабочей партии. Почему?

Безусловно, здесь мы можем говорить о наступающем, даже агрессивном стиле молодой партии, призывающей «вырвать Испанию из-под власти олигархии» и решительно демократизировать политическую и экономическую жизнь страны, осуществить радикальные социальные реформы «в интересах тех, кто внизу».

Не забудем при этом и то, что лидеры «Подемос» во главе с 37-летним Пабло Иглесиасом, Генеральным секретарём этой партии, прекрасно разбираются в вопросах политической коммуникации. Как отмечает директор Обсерватории испанской внешней политики Висенте Паласио, «Подемос — это партия Интернета и социальных сетей». Но в то же время сегодня, «Подемос» — это подлинно народная партия, с десятками тысяч активистов, сотнями тысяч симпатизирующих и пятью миллионами избирателей. И именно «Подемос» смог как никто другой умело воспользоваться кризисом традиционных левых партий — коммунистов и ОЛ, а также ИСРП.

 Хайме Пастор - далёкие 60-е годы участвовал в вооружённой борьбе с франкизмом в составе Фронта народного освобождения. Многие годы он со своей организацией неотроцкистской ориентации он входил в состав ОЛ, а в 2014-м его движение «Антикапиталисты» стало одним из соорганизаторов «Подемос»

Хайме Пастор участвовал в вооружённой борьбе с франкизмом в составе Фронта народного освобождения. Многие годы со своей организацией неотроцкистской ориентации он входил в состав Объединённых левых, а в 2014-м его движение «Антикапиталисты» стало одним из соорганизаторов «Подемос»

Очень сложно говорить об идеологической нише «Подемос» —  она весьма широка. Там есть и те, кого относят к критическим марксистам, и левые социалисты, и радикальные экологисты. Очевидно, что в целом руководящая команда Иглесиаса разделяет левопопулистскую идеологию, вписывающуюся в парадигму «социализма XXI века».

Но в «Подемос» представлены разные люди. Так, в начале февраля во время пребывания в Мадриде я познакомился с одним из основателей партии, членом её Гражданского комитета Хайме Пастором. Это очень интересный человек, профессор, ему 69 лет, он ещё в далёкие 60-е годы участвовал в вооружённой борьбе с франкизмом в составе Фронта народного освобождения. Многие годы со своей организацией неотроцкистской ориентации он входил в состав ОЛ, а в 2014-м его движение «Антикапиталисты» стало одним из соорганизаторов «Подемос».

Таким образом, «Подемос» является весьма «многомерным» движением, хотя, с точки зрения самого Хайме Пастора, руководящая команда Иглесиаса не всегда принимает в расчёт плюралистическую сущность молодой партии. Возможно, и в этом тоже выражается популизм лидирующего ядра этой партии. Впрочем, и разговор с Пастором, и общение с представителями ИСРП дают мне основание говорить о том, что искусные политологи (как тот же Иглесиас), стоящие у истоков «Подемос», умеют очень ловко совмещать популизм и … прагматизм.

Когда такая задача стояла, вся пропаганда «Подемос» была обращена против ИСРП как политического оппонента, «защищающего интересы узкой касты и олигархии». Но когда стало ясно, что социалистов обойти не удалось и без них ни о каком левом правительстве даже мечтать не возможно, лидеры «Подемос» быстро «сменили стиль». Не в прямом смысле слова: Иглесиас и его талантливые молодые друзья и сегодня приходят в Генеральные Кортесы в футболках и пуловерах. Но в то же время сейчас они призывают к созданию «правительства прогресса и изменений», требуя при этом для своей партии ключевые должности: пост вице-премьера для самого генсека, а также должности министров иностранных дел, обороны и юстиции.

Вариант левого правительства сегодня выглядит вероятным, хотя у левых и нет большинства в нижней палате парламента. Если этот вариант пройдёт, двухлетняя партия будет играть в кабинете весьма важную роль. А если нет (скажем, ИСРП согласится с «народниками» на большую коалицию) — и это не беда для «Подемоса». В таком случае «младенец» превратится в самую сильную оппозиционную партию в парламенте.

Мадрид — Санкт-Петербург

Читайте другие статьи цикла «Тайны мадридского двора»:

Руслан КОСТЮК. ИСРП: станут ли проигравшие победителями?

Руслан КОСТЮК. Левые республиканцы Каталонии — твёрдые сепаратисты

Руслан КОСТЮК. «Объединённых левых» Испании разобщило поражение

Читайте также:

Жан-Жак КУРЛЯНДСКИ: «Испанские социалисты всё ещё расплачиваются за “политику строгости”»

Пабло БЮСТИНДЮЙ: «Испания, и не только она, нуждается в левой партии нового типа»