14 октября 2012

Филипп МАРЛЬЕР: «Социал-демократия сегодня – объективный союзник неолиберальных правых»

Руслан КОСТЮК

Левый политолог, доктор политических и социальных наук, профессор Лондонского Университетского колледжа Филипп Марльер

Настоящее международной социал-демократии не может не интересовать людей левых взглядов в современной России. Мы стараемся уделять данной тематике должное внимание, выслушивая при этом и точку зрения европейских политиков и политологов.

Наш сегодняшний собеседник – известный в Европе левый политолог, доктор политических и социальных наук, профессор Лондонского Университетского колледжа Филипп Марльер. Он около двадцати лет состоявший в рядах французской Социалистической партии. Ф. Марльер — автор или соавтор таких научных работ, как «Социал-демократические партии в Европейском Союзе», «Третий путь в тупике: Критическое эссе о новом лейборизме и Тони Блэре» и «Покорённая социал-демократия. Блэристский путь».

 Руслан Костюк: Дорогой коллега, я хотел бы начать с личного и одновременно психологического вопроса. Я знаю, что Вы сами долгое время были членом французской Социалистической партии. Для человека твёрдых антикапиталистических убеждений, комфортно ли сегодня быть членом социал-демократических партий в Западной Европе?

Филипп Марльер: Нет, это даже всё более и более некомфортная ситуация для искренних социалистических активистов — то есть тех, кто ставит свою радикальную реформистскую борьбу на службу революционным целям — развиваться в социал-демократических формациях. Эти формации даже не выступают больше в пользу реформизма, имеющего целью уравновесить «изъяны капитализма», не пытаются перераспределить богатства. Они прекратили использовать рычаг парламентаризма, чтобы вырывать у Капитала политические и экономические победы в пользу рабочего класса.

Эд Милибенд, лидер британской Лейбористской партии, только что анонсировал свою программу: «Спасти капитализм!»

Эд Милибенд, лидер британской Лейбористской партии, только что анонсировал свою программу: «Спасти капитализм!»

Сегодня социал-демократия является объективным союзником неолиберальных и реакционных правых сил. Я не говорю о том, что социал-демократия смешивается с правой.  Я думаю, что отличия между правой и этой левой, сопровождающей капитализм, всё более и более тонки, всё менее и менее видимы для публики. Социал-демократия, например, Франсуа Олланд во Франции, проводит «строгую» политику (строгость плюс власть) в интересах финансового капитализма. Когда она в оппозиции, она одобряет эту политику.

Эд Милибенд, лидер британской Лейбористской партии, только что анонсировал свою программу: «Спасти капитализм!» Следовательно, не удивительно, что более чем век спустя после Карла Маркса, Льва Троцкого или Розы Люксембург всё большее число социалистических активистов делает выбор – покинуть социал-демократические партии. Оскар Лафонтен в Германии и Жан-Люк Меланшон ушли. Я равным образом сделал этот выбор, что было, впрочем, необходимостью, поскольку я желал бороться в формации, полностью повёрнутой на антикапиталистическую борьбу.

Р. К.: Многие как левые, так и правые наблюдатели констатируют глубокий кризис международной социал-демократии. Если обобщить, каковы основные черты этого кризиса?

Ф. М.: Можно было говорить о кризисе в 80-е и 90-е годы. Тогда социал-демократия была зажата в тиски между, с одной стороны, дискурсом, ценностями и целями против капиталистического господства и, с другой стороны, практикой, всё более и более идущей в согласии с неолиберализмом. Неолиберализмом не столько как идеологией, сколько как практикой, которая имеет целью ликвидировать одну за другой всякую форму коллективного сопротивления коммерциализации природных благ и человеческой деятельности. Эта практика претендует на то, чтобы обрабатывать дух и тело (габитус, словами социолога Пьера Бурдьё); разоружить индивидов, рассматривая их более не как критических граждан, а как послушных потребителей. Социал-демократы ослабляли это грязное дело.

Тони Блэр сказал свои социал-демократическим друзьям, что быть большим капиталистом, чем капиталисты, не представляет акт измены, но адекватный способ «модернизировать» социал-демократию

Тони Блэр сказал свои социал-демократическим друзьям, что быть большим капиталистом, чем капиталисты, не представляет акт измены, но адекватный способ «модернизировать» социал-демократию

Известны сменяющие друг друга отступления находившихся у власти французских социалистов: в 1982-м (строгость), в 1986-м и 1992-м (Единый Европейский Акт и Маастрихтский договор), затем между 1997 и 2005 годами (многочисленные приватизации). Всякий раз, всякое отступление переживалось меньшинством социалистов как предательство их идеалов. Потом появился Тони Блэр. Он сказал свои социал-демократическим друзьям, что быть большим капиталистом, чем капиталисты, не представляет акт измены, но адекватный способ «модернизировать» социал-демократию. Сегодня нет больше нечистой совести. Французские социалисты у власти готовы проголосовать в парламенте за европейский фискальный договор, который надевает железный ошейник строгости на французскую экономику и накоротко замыкает независимость парламента. Левые социалисты молчат по своей немощи, но также и потому, что некоторые из их кадров сделали выбор в пользу карьеризма.

Р. К.. Негативные последствия социаллиберальной гегемонии перед нами: Партия европейских социалистов, ослабленная в Европарламенте и почти невидимая в Европейской Комиссии, потеря социалдемократами власти во многих странах Европы, в особенности – судьба ПАСОК. Но социал-либеральное направление всё ещё господствует в европейской социал-демократии, на Западе, как на Востоке. Почему?

Ф. М.: Социал-либеральное направление блэритстского типа повсюду у руля в социал-демократии, просто потому, что идеи, которые оно несёт, находятся в широком большинстве в этих партиях. Нужно знать о том, что социология членов и элит всё более и более однородна. Типичным кадром социалистической партии является теперь не преподаватель или работник общественной службы, а высокопоставленный руководящий работник, оснащённый экономическим культурным капиталом. Идеология здесь, если она имеет место, — это благонамеренный абстрактный гуманизм, который не воспринимает то, что ещё существует пролетариат или что мелкие средние классы находятся на пути пауперизации. Всё идёт к чрезмерной важности, придаваемой социетальным тематикам и к отсутствию интереса по отношению к вопросам экономического доминирования и распределения богатств.

Р. К.: В 1990-е годы политологи часто противопоставляли «линию Блэра-Шрёдера» «линии Жоспена». Но сегодня, если анализировать состав Совета Министров Франции, превосходство социал-либеральных политиков очевидно. Тогда кто в Европе наших дней может ассоциироваться с тенденцией классического социал-демократического реформизма?

Ф. М.: В 1997 году Лионель Жоспен умело обозначил своё отличие от Блэра. «Я являюсь новым социалистом», говорил он. Но речь шла только об ораторском отличии. В правительственной практике Жоспен и Блэр совместно проводили одну и ту же политику. Сегодня во французской Социалистической партии более даже не предпринимают «речевые меры предосторожности». В делах, а также в манере говорить, правительство Жан-Марка Эйро во Франции является наиболее правым в истории социалистических правительств: Мосоквиси, Вальс, Каузак, Сапен Лё Дриан являются аутентичными блэристами, находящимися на ключевых постах правительства.

Сегодня во французской Социалистической партии более даже не предпринимают «речевые меры предосторожности». В делах, а также в манере говорить, правительство Эйро во Франции является наиболее правым в истории социалистических правительств

Р. К.: В своё время открыто радикальные течения были достаточно активны в социалистических и социал-демократических партиях Европы (в Германии, Франции, Великобритании). Какое место, на Ваш взгляд, занимают ныне левые социалисты в европейском социал-демократическом движении? И я уточню: имеет ли смысл для них – политический, идеологический – оставаться в этих партиях?

Ф. М.: Левые крылья социал-демократии занимают сегодня незначительное место в социал-демократии. Они никоим образом не имеют веса в социал-демократических руководствах или правительствах. Или их кадры и активисты примкнули к социал-либеральному лагерю (Испания, Греция, Италия), или же они истощены и ослаблены в результате постоянных выходов из партий (Франция и Германия). Они являются идеологически высушенными, двигаются «без руля и ветрил». Члены этих левых течений, которые проводили кампанию за «нет» Европейскому конституционному договору в 2005-м, сегодня нам говорят, что нужно проголосовать за европейский фискальный договор. Поймите, кто сможет!

Р. К.: И последний вопрос. В 80-е годы при Вилли Брандте социалдемократия боролась за «новый международный экономический порядок». В наше время мы видим, что социал-демократические правительства, как правило, осуществляют свою внешнюю политику в рамках неолиберальной парадигмы. Но тогда что можно сказать о видении международных отношений со стороны социалистов?

Ф. М.: Не существует больше «социал-демократического видения» мира. Чтобы быть понятым, я сказал бы, что его нет больше после убийства Жана Жореса в июле 1914 года. Социал-демократы поддерживают – очевидно, искренним образом, — но в действительности лицемерно и расчётливо – Европейский Союз, который сделался наиболее крупным международным институтом в эстафете дискредитированных неолиберальных политик. По всему остальному, нет социал-демократической политики на Среднем Востоке, в Палестине или Латинской Америке. Социал-демократы держат курс, установленный Соединёнными Штатами Америки. Вспомним, в 2003 год. Жак Ширак, всего лишь жалкий голлист, противостоял Бушу-младшему, неоконсервативному президенту в его преступной и незаконной войне в Ираке. А на стороне Буша находился Тони Блэр, символ и вдохновитель этой новой социал-демократии.