1 декабря 2015

Андрей ПЕСОЦКИЙ. Уместно сказать: «сегодня я – дальнобойщик»

Pesotskiy-megafon2Акции протеста, устраиваемые дальнобойщиками, вызывают в народе (в целом) понимание и сочувствие. Однако есть и другая точка зрения, проталкиваемая, в том числе, официозом — дескать, в многих развитых странах (около 60) ремонт дорог оплачивают именно водители большегрузов, которые наносят основной ущерб дорожному покрытию, поэтому вводимая система сбора средств якобы является справедливой и прогрессивной. Попробуем разобраться.

Во-первых, стоит отметить, что вводимый властью сбор денег через «Платон» — это один из трёх путей финансирования ремонта дорог. Имея возможность решить проблему за счёт государства (первый путь) или за счёт крупного бизнеса (второй путь), власть решилась на сбор средств за счёт народа (третий путь). Отброшены такие варианты, как сокращение госрасходов на имиджевые проекты, возврат резервных фондов из банков США, повышенные налоги для сверхбогатых, законодательное закрепление за естественными монополиями обязанности платить в дорожный фонд. Вместо этого оброком в очередной раз облагается наиболее уязвимая по сравнению с государством и крупным бизнесом часть общества, находящаяся внизу социальной пирамиды — население России.

Протест водителей большегрузов — это не только решение узкокорпоративных бизнес-задач транспортных компаний, а сопротивление общему повышению цен на продукты и другие товары, которое произойдёт из-за «платоновских» сборов. Дальнобойщики по сути отстаивают интересы большинства, стоят за всех нас

Протест водителей большегрузов — это не только решение узкокорпоративных бизнес-задач транспортных компаний, а сопротивление общему повышению цен на продукты и другие товары, которое произойдёт из-за «платоновских» сборов. Дальнобойщики по сути отстаивают интересы большинства, стоят за всех нас

Во-вторых, бюджетные средства, уже выделяемые на ремонт дорог, весьма значительны, при этом сфера дорожного строительства является одной из самых коррумпированных. Облагая водителей грузовиков тройном платой (наряду с транспортным налогом и акцизами на бензин), власть не рассматривает такой вариант решения проблемы, как систематическая борьба с коррупцией и контроль за распределением уже имеющихся финансовых ресурсов.

Ввод платных шоссейных магистралей, оплачиваемых теми, кто эти дороги разрушает (большегрузным транспортом), — это мера, подразумевающая существование устойчивой прослойки малого и среднего бизнеса, финансово состоятельной и способной нести дополнительные расходы. В России этой «средней» прослойки по сути нет: общество, подвергнутое вопиющему имущественному расслоению, чётко делится на верхи и низы, на людей, обладающих влиянием и деньгами, и тех, чьи доходы в десятки, сотни и даже тысячи раз меньше средств, получаемых власть имущими. Основная масса компаний, занимающихся автомобильными перевозками — это низы, а верхи — это структура Игоря Ротенберга, имеющего прямую выгоду от сложившейся ситуации.

В-третьих, нужно учитывать социальный контекст, в котором осуществляется запуск системы «Платон». По сути он укладывается в рамки осуществляемого правительством постепенного перехода ранее общедоступных благ в коммерческие — вводится платное образование, платная медицина; теперь и дороги становятся платными. Государство с каждым годом всё более сбрасывает с себя обязательства перед народом, не считая нужным в прежнем объеме обеспечивать базовые потребности людей, оставляя их наедине со своими трудностями.

Стоит понимать, что протест водителей большегрузов — это не только решение узкокорпоративных бизнес-задач транспортных компаний, а сопротивление общему повышению цен на продукты и другие товары, которое произойдёт из-за «платоновских» сборов. Дальнобойщики по сути отстаивают интересы большинства, стоят за всех нас, поэтому это как раз тот случай, когда уместно сказать: «сегодня я — дальнобойщик».

Источник