3 августа 2015

Дмитрий ЖИГАЛОВ. Программа «200 мечетей»?

Программа «200 храмов», или кто будет ходить в пустующие церкви?

Jigalov3-1Программа РПЦ по застройке скверов и парков Москвы культовыми сооружениями уже вызвала протесты москвичей. Она вызывает вопросы, как с точки зрения законодательства, так и по сути своей: людям не понятно, зачем нужны новые храмы, если существующие не наполняются прихожанами.

Вряд ли москвичи будут посещать храм, построенный на, возможно, единственном зелёном пяточке в их районе, да ещё и против их воли. Или всё те же организованные на деньги РПЦ объединения условно верующих будут колесить по Москве в каждый из 200 церквей, лишь бы они не пустовали? Почему храмы строятся именно в Москве, а не восстанавливаются те, что находятся в плачевном состоянии? Например, в деревне Кикино Дмитровского района Московской области есть такая церковь. Там и прихожане потенциальные есть, пусть их и немного.

Может быть, ответ заключается в том, что пустующие церкви могут быть переоборудованы в мечети? Как на Западе! «Факты превращения методистских, лютеранских и католических церквей в мечети, имевшие место в последние годы в Берлине, Дортмунде и Мёнхенгландбахе ярко свидетельствуют о стремительном росте ислама в Германии, — отмечают эксперты. —  Последний случай связан с церковью Капернаум, расположенной в районе Horn в центре 2-го по величине города Германии (речь идёт о Гамбурге — прим. SN). Церковь была признана культурным наследием города, но закрыта с 2002 году из-за финансовой несостоятельности прихода и уменьшения числа прихожан. Здание церкви и прилегающая 44-метровая башня с земельным участком были проданы в декабре 2012 года исламскому центруАль-Нур, который имеет около 600 членов, большинство из которых арабо-мусульмане — мигранты из стран Ближнего Востока и Северной Африки».

Манифестация против исламизации в Германии

Манифестация против исламизации в Германии

В 2013 году в английском городе Колбридж (графство Стаффордшир) католическую церковь Святого Петра купила мусульманская община. Причина та же — из-за необычайно низкой посещаемости прихожанами. И вот, что любопытно: «После того, как её (церковь Святого Петра — прим. SN) выставили на продажу, приобрести ее пытались многие коммерческие компании и другие религиозные общества, тем не менее католики выбрали в качестве покупателей именно мусульманскую общину».

Если строительство мечетей на традиционно занятых РПЦ территориях вызывает в российском обществе негативную реакцию, то строительство культовых христианских сооружений находит хоть какое-то одобрение. Поэтому в перспективе проще переоборудовать церковь в мечеть, чем сейчас, возводя столь необходимые мусульманам Москвы мечети, идти на конфликт с коренным населением.

Скажите — фантастика? Не думаю, что лет 30 назад русские предполагали, что на втором десятке XXI века в Москве их останется примерно половина от численности всего населения столицы. А что будет дальше? Замещение коренного населения несёт с собой замещение культуры и религии. Так, представитель архиепархии Бирмингема, которая распоряжалась церковью в Кобридже, заявил прямо: сделка с мусульманской общиной «отражает изменения в местном обществе».

И ещё лет через 30 на каком-нибудь районном референдуме жители Москвы решат, что мечеть им нужней существующего, но пустующего православного храма. И церковь будет переоборудована в мечеть. Обратных процессов в демографии пока не происходит и увеличение количества русских православных людей в обозримом будущем маловероятно.

Разрушенная православная  церковь в деревне Кикино, Дмитровского района, Московской области

Разрушенная православная церковь в деревне Кикино (Дмитровский  район  Московской области)

Стоит заметить, что количество людей — это не вопрос веры, а вопрос человеческой физиологии. Это когда, если утрировать, мальчики с девочками встречаются не для того, чтобы помолиться. И даже если мальчики с девочками встречаются регулярно, то не обязательно, что что-то из этого в перспективе получится.

Конечно, любой смышлёный в вопросах веры православный человек расскажет о том, что храм строится не столько для людей, сколько для Бога, для литургии и евхаристии, поэтому нет разницы пустует храм или нет. Но с другой стороны, если храм всё равно для Бога, то почему бы храмы не строить где-нибудь в тундре? Там и места много, можно 1200 храмов построить.

А ещё пустующий храм можно переделать под нужды какой нибудь коммерческой структуры, такая практика тоже существует на Западе, а при коммунизма в России церкви использовали, как угодно — даже бассейны в них делали и катки заливали.

Возможно, поэтому и застраивают свободные территории в Москве церквями, а не ремонтируют старые храмы, в той же деревне Кикино, например. В деревне и мечеть не для кого оборудовать, да и в плане торговли в перспективе не рентабельно.

Читайте также:

Дмитрий ЖВАНИЯ. Клерикализация – отвлекающий манёвр власти