20 января 2014

Илья ПОЛОНСКИЙ. Нелевые левые

Polonsky-ochealiКогда повелителя стерхов знали только в аппаратных кругах администрации старого президента, а интернетизация ещё не пронизала все слои многообразного российского общества, быть левым это почти на сто процентов означало быть коммунистом зюгановской или анпиловской окраски.

Конечно, где-то в столицах, а кое-где и в провинции встречались весельчаки-анархисты, последователи Льва Троцкого пытались определить правоту очередной тенденции, заметная левацкая составляющая была в НБП, которая включила в себя наиболее адекватную часть леваков, не желавших погружаться в реконструкторство, подражая анархистам или марксистам конца XIX — начала ХХ века. Но в целом среди тогдашней молодёжи не только левизна, но и политика как таковая не пользовалась особой популярностью.

В течение первого десятилетия нового XXI века ситуация коренным образом изменилась. Причём гораздо большую роль, чем все социально-экономические и политические проблемы и противоречия, в политизации общества сыграло распространение Интернета. Сегодня практически каждый социально активный гражданин пользуется Интернетом, большая часть имеет свои аккаунты в социальных сетях. А социальные сети — превосходная площадка для распространения любых политических взглядов и идеологий. Не зря спецслужбы и в России, и во многих других государствах столь обеспокоены проблемой контроля интернет-пространства — пресловутая «арабская весна» заставила бояться политических возможностей Интернета правящие элиты даже тех стран, которые сами и науськивали египетскую, ливийскую или сирийскую оппозицию.

Богатые пропагандистские возможности Интернета способствовали изрядной политизации российского общества. В том числе, и его «полевению». Тем более, что за первое десятилетие 2000-х выросло новое поколение граждан, не имевших антисоветских фобий, которые на протяжении всех девяностых годов активно навязывались обществу ельцинскими масс-медиа. Но изменились и сами «левые». Фактически в России именно в последнее десятилетие начался процесс активного распространения «левачества» европейского образца, по сути являющегося лишь радикально-молодёжным вариантом идеологии неолиберализма, на котором зиждется американский мировой порядок.

Евролеваки — авангард «Нового мирового порядка»

Джентльменский набор современных евролеваков, вне зависимости от их принадлежности к анархистским, троцкистским или «новолевым» группам и группишкам, без всякого стеснения повторяет господствующую в США и Западной Европе идеологию «толерантности и прав человека». Здесь и апология сексуальных меньшинств (да-да, от защиты некогда реально притесняемых гомосексуалистов евролеваки перешли к фактической пропаганде гей-активизма, когда флаги ЛГБТ-сообщества соседствуют с чёрными и красными знаменами — не потому, что последователи греческой любви вдруг поголовно полевели, а потому что евролеваки провозгласили их едва ли не новым революционным классом), и поддержка миграции из отсталых стран Азии и Африки в Европу, Северную Америку и Россию («мировая буржуазия» рукоплещет своим чернофлажным и краснофлажным ассистентам — ещё больше дешёвых рабов!), и постоянное выражение симпатий ливийским, египетским и сирийским «оппозиционерам», в действительности — исламистам, действующим по прямому наущению Саудовской Аравии и США против светских режимов, обеспечивавших своим гражданам если не безбедное, то, по крайней мере, более-менее сносное существование, в отличие от нынешней ситуации гражданской войны практически на всем Арабском Востоке.

 «Левачество» европейского образца - радикально-молодёжный вариант идеологии неолиберализма

«Левачество» европейского образца — радикально-молодёжный вариант идеологии неолиберализма

Реальные же интересы большинства трудового населения и в Европе, и в Америке, и в России для «леваков» давно перестали быть приоритетными. И это неудивительно. Современная «левизна» не является идеологией большинства. Если социалисты, коммунисты и анархисты прошлого ориентировались на трудовое большинство населения и провозглашали себя защитниками интересов рабочих и крестьян своих государств, то в центре внимания современных евролеваков — меньшинства. Идеология меньшинства — это и есть современное левачество.

«Левые» перестали быть левыми, подняв на щит по сути  буржуазную индивидуалистическую идею. Именно отказ от коллективистских принципов большинства, которые тысячелетиями сохранялись и охранялись в традиции практически всех народов мира, и переориентация на индивидуализм с его приоритетом прав человека над правами общества, превратили некогда боевых и опасных для мировой олигархии и плутократии левых в унылых либералов. Индивидуализм подразумевает выдвижение интересов одной отдельно взятой личности на первый план. Неважно, что личности может и не быть, а интересы могут сводиться к банальному желанию трахаться в зад на виду у всего города или безнаказанно продавать молодёжи наркотики — важно, что это «права человека» и их надобно защищать, воспитывая в обществе «толерантность».

Между тем, индивидуализация и атомизация — порождения мирового порядка, утверждаемого олигархатом. Одиночка-потребитель — идеальный человек современности: он потребляет больше, работает больше, не требует стабильности настолько сильно как человек, вписанный в многочисленную систему социальных связей. Ведь потребление, как писал Жан Бодрийяр, полностью подчиняет человека, попавшего в его сети, заставляет «играть по правилам».

Одиночка — это несчастный человек, обременённый многочисленными психологическими проблемами, для решения которых ему приходится обращаться не к семье или друзьям, а к коммерческому психологу. Не случайно в США и Западной Европе растёт спрос на услуги «друзей по вызову». Эти люди за определённую сумму приедут к вам домой и имитируют дружескую кампанию на ваш день рождения или другой праздник. Количество мужчин и женщин в самом продуктивном возрасте 25-35 лет, никогда не состоявших в браке, в современных США на 46% выше тех, кто связан брачными узами.

Неслучайно люди, инстинктивно противостоя атомизационным тенденциям, пытаются объединяться, создавать суррогаты социальных организаций — бум многочисленных субкультур, сектантство, всевозможные социальные движения, включая и самих же «леваков», есть, по Зигмунту Бауману, следствие поиска людьми тех групп, с которыми они смогут себя идентифицировать, так как традиционные социальные связи разрушаются и привычные сообщества родственников, соседей, земляков фактически перестают существовать.

Превращение леваков в общечеловеков-индивидуалистов — верх их деградации. Когда многие философы с мировым именем говорят о той опасности, которую несёт обществу индивидуализация и атомизация, разрыв традиционных социальных связей, когда даже малосведущему в социальной философии и социологии человеку становится ясно, что кавказцы, азиаты или африканцы выигрывают сравнение с современным Западом именно благодаря сохранению коллективистского духа, евролеваки продолжают ассистировать мировому капиталу. Не идут «вопреки», а плывут по течению. А точнее — в авангарде течения, выступая в роли провокаторов, тестируя общественное мнение и изучая реакцию социума. Это как у шпаны — мелкие и борзые малолетки выбегают из-за угла и нарываются, а за ними следует «тяжёлая артиллерия». Также и здесь — сначала «леваки» тестируют почву, потом включаются либеральные масс-медиа, а там начинает работать и связка «олигархи-государства».

Фрики на службе олигархата

Образ левака в современном мире всё в большей степени становится фриковым. Но современный левацкий фрик — это фрик продуманный, действующий с одной стороны эпатажно и якобы «революционно», но с другой стороны — полностью интегрированный в Систему. Выходки левацкого фрика отвратительны и непонятны подавляющему большинству населения любой страны. Но большинство левацкого фрика не интересует. Его задача — вызвать брожение наиболее продвинутой части общества: молодых интеллигентов, студентов, людей искусства — так называемых «креаклов». Человека может иметь престижный диплом, степень кандидата, хорошую беловоротничковую работу, но адекватная оценка ситуации у него отсутствует. И его сознание формируется под влиянием масс-медиа, культивируемых ими установок и стереотипов. Особенно если эти стереотипы псевдопротестного толка. Типичный пример — история «Пусси Райт».

Неумная выходка «бешеных кисок», к которой большинство населения страны отнеслось сугубо отрицательно, вызвала бурю восторга у левацких модников

«Пусси Райт» дискредитировали в глазах многих оппозиционный протест, сведя его к клоунаде

Неумная выходка «бешеных кисок», к которой большинство населения страны отнеслось сугубо отрицательно, вызвала бурю восторга у левацких модников. И вот Толокно, после года с небольшим отсидки, уже снимается в рекламных фотосессиях — девочка выполнила работу, её существование в «обществе спектакля» обеспечено, по крайней мере, на ближайшее будущее. Для продавцов товара фотогеничная Толоконникова, безусловно, не более, чем красивая и востребованная этикетка, для властей — она сделала своё дело, поспособствовав расколу общества и ссорам вчерашних друзей, для левацко-либеральной тусовки — икона, узница «путинских лагерей», символ «борьбы» (только с чем?).

Следом за расколом в обществе по вопросам религии, когда «Пусси Райт» дискредитировали в глазах многих оппозиционный протест, сведя его к клоунаде и, с другой стороны, напугали часть общества возможностью клерикализации государства, неизбежно последуют и другие проекты. Цель у них одна — дробить общество. На русских и нерусских, православных и атеистов, путинистов и антипутинистов – на кого угодно, только бы не акцентировать внимание на социальных проблемах. А ведь толокно на хлеб не намажешь! Кушать хочется, а цены растут. Жильё в крупном городе -только ипотека, да и то не всем. Бесплатные медицина и образование остались в советском прошлом. Да только нелевым «левым» эти проблемы, волнующие рядовых дядь вась и теть маш, совершенно не интересны. Евролеваки прекрасно справляются со своей ролью промоутеров и актёров «общества спектакля», подготавливая почву для дальнейшего утверждения неолиберального мирового порядка.

В своей апологии индивидуализма и порока они доходят до того, что ставят интересы меньшинств (пресловутая концепция мультикультурализма) выше интересов большинства, провозглашая это большинство врагом прогресса. Показательно мнение левачка (или сочувствующего) в комментарии на одном из новостных сайтов — «если 88% населения высказались против гомосексуальных браков, то они быдло и фашисты». К этому мнению безвестного дурачка, по большому счёту, и сводится краеугольный камень современного левачества: исходя из подобной позиции, Запад поддерживает мятежников в Сирии, бомбил в своё время Ливию, поощрял беспорядки в Египте и Тунисе. Конечно, американский олигархат имеет на Арабском Востоке, как и в других регионах, совершенно иные цели и интересы — экономические по своей природе. Но именно стремление помочь притесняемому меньшинству выдаётся за главный мотив современных интервенций и высадок американской морской пехоты.

Идеология евролевачества — это идеология морального и физического уничтожения человечества, точнее — «лишних» для мирового порядка людей. Отсюда — пропаганда гомосексуализма и «чайльд фри» (бездетности), оголтелая «защита» абортов и эвтаназии, апология проституированного поведения женщин, искусственная инфантилизация современных людей с продлением детства и юности до невообразимых отметок в тридцать, сорок и более лет, только бы не давали потомства и не задумывались о социальных проблемах, а потребляли и медленно уничтожали сами себя.

Вкратце о контурах Пути

Неизбежно возникает вопрос, что же можно противопоставить евролевацкой идиотии? Можно ли быть против современного мирового порядка, при этом не скатываясь в сомнительную романтику левацких чёрных блоков, бьющих стёкла в мирных кафетериях, или феминисток, видящих в актах эксгибиционизма борьбу с мифическим патриархатом? Современная «левизна» — это болезненная пародия на действительно крутые и революционные идеи и движения прошлого. Пародия жалкая и опасная одновременно. Смешная для понимающего, но привлекательная для лузера и одобряемая кукловодами. Есть некие общие контуры, сводимые к главному знаменателю — не быть ни левым, ни правым фриком, используемым плутократами в своих интересах.

Идеология евролевачества — это идеология морального и физического уничтожения человечества, точнее — «лишних» для мирового порядка людей. Отсюда — пропаганда гомосексуализма и «чайльд фри» (бездетности), оголтелая «защита» абортов и эвтаназии

Идеология евролевачества — это идеология морального и физического уничтожения человечества, точнее — «лишних» для мирового порядка людей. Отсюда — пропаганда гомосексуализма и «чайльд фри» (бездетности), оголтелая «защита» абортов и эвтаназии

Ориентиры — они таковы: приоритет социальной проблематики (реальных социальных и экономических интересов трудового большинства и путей их защиты адекватными современным условиям способами), защита естественной социокультурной и экономической среды обитания от угрожающих ей процессов (неконтролируемой миграции, провоцирующей конкуренцию и межнациональные конфликты), возвращение к ценности Традиции (в первую очередь в её коллективистском наполнении — страна-народ-семья — это то, что даёт человеку почву и, соответственно, силы). Человек должен вернуть себе ответственность, прежде всего перед самим собой и будущим себя и своих потомков. Социализм, фашизм, анархизм — в современном мире эти некогда дихотомичные теории превращаются лишь в наборы инструментов и не вызывают эмоциональных оценок — только практический интерес. Конечно, это лишь очень общие контуры возможного пути, но ясно, что следование им — единственная альтернатива моральному и идейному позору евролевачества, в том числе и посредством которого мировой олигархат утверждает свой чёрный плутократический порядок.

  • User

    > возвращение к ценности Традиции

    Садись, афтар, два. С каких это пор традиционалистская реакция стала признаком левизны?

    Как раз «евролеваки» находятся на правильном Левом пути, который, возможно, нуждается в коррекции от наслоений антиглобализма, эколицемерия и прочего говна, но в целом именно это — Левое направление, а «традиция» — правое.

    Левый путь — это путь Разума, Свободы, Науки, Гуманизма, Прогресса, Солидарности. В том числе и с угнетенными меньшинствами — это же основы классовой теории, классовая эксплуатация продолжает себя во всех прочих формах дискриминация, пронизывая все общество. Кто противостоит Левому пути? Мракобесы со своими замшелыми теориями «естественного мирового порядка», основанными на отрицании классового подхода в пользу «Традиции» или еще какого идола. «Традиция» Генона, Эволы и других профашистских «мыслителей» вплоть до Дугина — это что, Левый путь? А стремление к увеличению Свободы для всех — это что, «неолиберальный капитализм» (подлежащий критике слева только в тех случаях, когда либеральность фактически относится к капиталу, а не к человеческим свободам).

    Защитой каких именно меньшинств недовольны эти псевдолевые торадицийонализды?

    Этнических? Расовых? В таком случае это не Левый путь, а обыкновенный нацизм и расизм.

    Половых? История Левого пути — это история подлинной эмансипации женщин от религиозных и других традиционных предрассудков. Быть Левым и бороться с тем, чтобы женщину не превращали в товар «адалт-индустрии» — это значит не загонять ее на кухню к «традиционной» роли, а повышать образовательный и профессиональный статус. И в этом Европа однозначно Левее псевдолевой торадиции.

    Ориентационных? Левый путь — это когда Человек воспринимается прежде всего как Человек, а не как биологическая машина для воспроизводства. К сожалению, на пути этому встает религиозное мракобесие. И вместо того чтобы беспощадно с ним бороться, псевдолевые еще и подыгрывают реакционной «Традиции». Какие они после этого Левые? Фашисты вы обыкновенные, только версии 2.0.