30 сентября 2013

Юрий СИМОНОВ. В Арктику с Пилсудским и Мао

Продолжение «Арктического дневника». Часть третья.

Юрий Симонов

Юрий Симонов

28 июня

В Германии.

Сколько уже написано и сказано о ней. Могут ли добавить что-то существенное к сказанному мои комментарии и заметки? Впрочем, жизнь не стоит на месте и здесь, и Германия меняется.

Киль — мой второй немецкий город, после Мюнхена. Киль и похож и не похож на Мюнхен. И там и там говорят по-немецки, что, безусловно, их «сближает». Но Киль —  город морской, в отличие от Мюнхена. Здесь порт, красивая гавань.

В ноябре 1918 года именно здесь началось восстание моряков, которое привело к падению монархии и провозглашению республики.

Оно, правда, не привело к провозглашению советской власти, как в России, хотя Советы в Германии были, но это были в основном Советы солдатских депутатов, или делегатов, как тогда говорили.

Как сказали бы наши большевики, советской власти в Германии не состоялось, потому что «не было партии большевиков как авангарда пролетариата».

Впрочем, Киль — красивый и процветающий город, и какая тут может быть революция? Тем более в большевистском понимании этого слова. Много турок и курдов, и вообще, «ненемцев» и «неарийцев». Понаехали тут!

Праздник, оказывается, любят не только русские, но и немцы, в чём можно было убедиться во время празднования в дни нашего пребывания. А немецкое пиво! А сосиски с капустой и шницель! А этот божественный яблочный штрудель, особенно хороший в горячем виде!

Кроме этого, на второй день я добрался до местных книжных магазинов, особенно до одного из них на Карштрассе: вот уж где застрял, и откуда меня чуть ли не вытолкали взашей после закрытия. В результате не дошёл до местных музеев.

Тепло, хорошо, дружелюбно, гостеприимно. Ещё бы сюда заехать как-нибудь на досуге. Такие же чувства и желания у меня возникали и в Мюнхене, тем более что побывать там выпало накануне «октоберфеста».

Исследовательское судно «Академик Фёдоров» - одно из немногих судов такого типа, оставшихся «в живых» после постсоветского разорения 90-е годы

Исследовательское судно «Академик Фёдоров» — одно из немногих судов такого типа, оставшихся «в живых» после постсоветского разорения 90-е годы

В общем, Германия «стоит обедни». В следующий раз — в Берлин? Но говорят, что и Кёльн хорош, да ещё Дрезден с его музеями. Кстати, видимых признаков мирового кризиса в Киле как-то не замечается, если не считать группы сильно пьяных и опустившихся мужчин и женщин несвежего вида при них в районе центрального вокзала. Впрочем, это совсем не обязательно признак кризиса, а скорее, признак современной цивилизации.

Германия пока в целом от кризиса не пострадала так, как пострадали другие страны Западной Европы, например, Греция. Более того, и ЕЭС держится пока усилиями Германии да ещё нескольких стран типа Финляндии. Долго ли будет держаться еще? Посмотрим.

А пока в Киле — праздник. Гуляй братва!

29 и 30 июля

Много читаю. Почти прочёл книгу о Юзефе Пилсудском, о котором мало что знал. Книга польских историков, достаточно глубокая, о мифах и правде, связанных с Пилсудским. Крайне противоречивая фигура в польской истории, герой и «антигерой» одновременно. Много страдал и других заставлял страдать, особенно женщин. Правда, другие страдали от его бурной деятельности куда больше, чем он сам от других.

Двое из женщин, которым «повезло» иметь с ним дело, погибли при странных обстоятельствах, покончив с собой, и ещё одна, его первая жена Мария Юшкевич, рано умерла, оставленная им ради другой. С женщинами у него были какие-то проблемы, не в плане секса, а в плане отношения к ним — он их бросал, не думая особо о том, что последует. Он, собственно, большими проблемами это не считал. Это становилось проблемами для него только тогда, когда он не мог сразу получить то, что хотел.

Хорошо ли было Польше и полякам от деятельности Пилсудского? На каком- то этапе, видимо, большинство их видело в нём героя, хотя наиболее дальновидные, как правые, так и левые его бывшие соратники по борьбе, уже тогда видели мифы, нагромождённые вокруг его имени и искусственно кое-кем поддерживаемые.

Он был одним из создателей Польской социалистической партии (ППС), но, по сути, социалистом никогда не был, а уж марксистом и подавно, чего и сам не скрывал. «Национальные ценности» для него были первичны, националистом он был в первую голову, причём с сильными антирусскими настроениями.

Не видел в русском революционном движении союзников поляков в борьбе за независимость, скорее, по старой «великопольской», шляхетской традиции всех русских воспринимал в качестве врагов. А уж его заигрывания с Гитлером и его геополитические предпочтения чести ему не делают никак! Это было начало конца Польши как государства. Это был позор Польши и поляков. И Пилсудского тоже. Вся его политика по большому счёту потерпела крах. И презирал он поляков в массе своей, ибо они «не оправдывали его ожиданий»! И почему его в Польше чествуют как героя?!

Всё-таки финнам с Маннергеймом куда больше повезло, притом, что Маннергейм тоже был дворянского происхождения, да ещё на службе у царя состоял, но, по крайней мере, воспринимал реальность куда адекватнее, чем Пилсудский.

Кроме того, Польша активно участвовала в Мюнхенском сговоре и в дележе территории несчастной Чехословакии.

Перечитываю также мою любимую “Down these Mean Streets by Piri Thomas” — чтение столь же познавательное, сколько полезное для поддержания английского, прежде всего разговорного. Некоторые места книжки трогают и воспринимаются как что-то личное, хотя я никогда и не был зэком.

В Киле купил много литературы на немецком, в том числе по истории — как по истории Германии, так и по истории Второй мировой войны, арабской и китайской истории. Когда всё это читать? Тем не менее, читаю, на ночь в основном.

Библиотека открылась. Взял там две книги — «Особый район Китая» П.П. Владимирова и «История Революции. Февраль» советского официального издания!

“Book worm” тот ещё… Особенно интересен «Особый район..», по сути, ежедневный авторский дневник — давно хотел прочесть, но ни разу не видел в городе, а здесь наткнулся вдруг. Владимиров был представителем Коминтерна при ЦК КПК в период 1941-45, видел руководство КПК «изнутри», хороший психолог, великолепный публицист, присутствовал на VII съезде КПК в Яньани, во время окончания «пещерного периода» и начала последнего рывка Мао и КПК к власти в стране в момент завершения Второй мировой войны и разгрома Японии. На этом съезде Мао окончательно утвердился у власти, разгромив «московскую группу» в ЦК, прежде всего Ван Мина.

Личность Мао отлично раскрыта, развенчана, хотя и не без доли «революционного подхода» к пониманию личности вообще. Мао уже тогда был антисоветчиком и питал сильные антирусские настроения. Сталина, по большому счёту, не любил и даже ненавидел, как ненавидел СССР. Его заигрывания с СССР были вызваны его оппортунизмом: когда не получилось с американцами, осталось только разыграть советскую карту. И марксистом он не был, ибо его «марксизм реальности» был чем угодно, но не марксизмом в том виде, как он трактовался в то время и в наше время трактуется «немаоистами».

Показан оппортунизм Мао, впрочем, не только его, но и Чжоу Эньлая и других деятелей КПК и генералов НОАК, которым было суждено остаться при Мао — им некуда было деваться от оппортунизма, если они хотели остаться при своих положениях и постах. Вспомним, что произошло с Пэн Дэхуаем, Чжу Дэ и Линь Бяо в более поздние годы, когда они выражали несогласие с Мао.

Основная человеческая черта Мао, по Владимирову — равнодушие к другим, включая к судьбам близких ему людей, в том числе собственных детей, и трусость. Судя по другим источникам, которые мне когда- либо попадались, это похоже на правду. И ещё стремление к безраздельной власти, чего невозможно было добиться, не будучи вероломным.

Подло вероломным!

Видимо, для «мудрого государя» это и есть основное и необходимое качество. В этом весь Мао.

Бедствия, причинённые Мао своему народу, неизмеримы. Тем более поражают официальные прославления Мао в Китае. Ясно, что это для дурачков, которых в Китае куда больше, чем в России и других странах, вместе взятых в силу перенаселенности Китая всяким человеческим материалом. Но китайская глупость вненациональна — очень похожа на всякую прочую глупость, хотя и окрашена национальными особенностями. Вспомним кое-кого в России, в пору юности этого самого кое-кого.

Связь с домом восстановилась. С «девицей» общаюсь через СМС. Ответы, как всегда, короткие и категорические. Диплом получила, с тройкой…

Что с Виталюшкой? Все у него как-то странно и плохо. Что мы просмотрели? Фактически все просмотрели, недоглядели. И покоя нет от этого! И что делать?

Продолжение следует

Предыдущие части «Арктического дневника» Юрия СИМОНОВА:


Читайте также на эту тему:

Дмитрий ЖВАНИЯ. На полюс напролом? Запросто!
Капитан Александр БАРИНОВ: «На атомном ледоколе живешь как при коммунизме»