8 июня 2013

Игорь ЭЙДМАН. Как избежать страха перед будущим

Окончание. Начало«Можно ли защититься от манипуляций и страданий»

Страдание как сигнал об опасности (страх перед будущим)

«Страдание — явление, при котором объект испытывает отрицательный (неприятный) опыт, а также сопутствующее ему негативное эмоциональное или физическое состояние. Зачастую сопровождается физической болью или дискомфортом» (Энциклопедическое определение)

edman2Конечно, помимо манипуляции есть и другие причины иррационального поведения и связанного с ним эмоционального дискомфорта. Некоторые из них, объективно неизбежные на других этапах эволюции, в современном человеческом обществе являются своеобразным психологическим атавизмом. Эти причины можно преодолеть, осознав их природу.

Страдания можно разделить на объективные и субъективные. Разница между ними в том, что источник первых – внешние неблагоприятные обстоятельства, а вторые — своего рода добровольные страдания, от которых человек может избавиться, не меняя условия своей жизни. Объективные страдания — реакция на тот или иной физический или эмоциональный раздражитель: боль, голод, холод, жажду, болезнь, сексуальную неудовлетворенность, нравственное унижение, потерю близких, угрозу собственной безопасности и т.п.  К субъективным страданиям, помимо навязанных манипуляцией и иррациональными традициями, относятся негативные эмоциональные состояния, не сопряжённые непосредственно с происходящими в данный момент событиями, и являющиеся следствием страха перед будущим или тяжёлых воспоминаний о пережитом.

Состояние между болью и страхом, сочетание страданий от навязчивых воспоминаний о прошлом и ужаса перед будущим — типично для невротиков и «депрессантов». Психологи разных школ дают свои версии происхождения страха и душевной боли. Часто эти версии основываются на гипотезе об иррациональной природе поведения человека, «тёмных, до конца непознанных, силах из подсознания», которые заставляют его страдать. Я же думаю, что субъективные страдания имеют вполне простое и прозрачное рациональное и даже прагматичное происхождение.

Человек, как и другие живые существа, достаточно функционально устроен. Он ориентирован, прежде всего, на самосохранение и продолжение рода. Как известно, физическая боль выполняет функцию предупреждения о возможных угрозах; болезнях, травмах и т.д. Животное, почувствовав боль, стареется проявлять осторожность, беречь поврежденный орган, экономить силы; человек — обратиться к врачу.

Невротики, да и многие вполне здоровые люди, многократно прокручивают в сознании негативные варианты развития тех или иных ситуаций

Невротики, да и многие вполне здоровые люди, многократно прокручивают в сознании негативные варианты развития тех или иных ситуаций

Субъективные страдания также должны предупреждать о возникновении угрозы, побуждать к действиям по нейтрализации возникающих опасностей. Лань увидела волка, испугалась и побежала, избегая угрозы быть съеденной. Человек услышал про проблемы в банке, испытал страх за свои сбережения, снял вовремя их со счёта и избежал перспективы остаться без средств к существованию. Или понял, что его подругу может отбить соперник, начал страдать, ревновать. Предпринял какие-то действия, чтобы вернуть симпатии любимой, в итоге смог продолжить с ней свой род.

Трагический повод для страданий — смерть родственника. Даже в этом случае, для первобытного человека страдание могло быть сигналом о возможных угрозах. Племя (стадо) с потерей своего члена, может ослабнуть, необходимо предпринять дополнительные усилия для самосохранения.

Конечно, человек не может не реагировать эмоционально на случившиеся негативные и, тем более, трагические события. Но всё же с людьми, не относящимися к клиническим неудачникам, несчастья происходят довольно редко. Чаще негативные эмоции вызывают или ещё не реализовавшиеся угрозы, или воспоминания о давно произошедших печальных событиях.

Невротики, да и многие вполне здоровые люди, многократно прокручивают в сознании негативные варианты развития тех или иных ситуаций. «Вот, на меня косо посмотрел начальник, наверно, он уже готовится меня выгнать с работы. Ой, у меня вскочил прыщ, может быть, это начало какой-то страшной болезни. Мне, наверное, не дадут премии в этом году, как же меня будет “пилить” жена. Что я буду делать, если меня выгонят из университета». И т.д. и т.п. Конструируя в сознании негативные версии развития событий, человек начинает воспринимать их как неизбежную реальность и страдает от этого, как от чего-то уже случившегося. Ожидаемое несчастье, которое может и не произойти, становится реальной проблемой. Негативные эмоции получены, человек уже потерял душевный комфорт и пострадал.

Происхождение страха и страданий с ним связанных — рационально. Но для современного человека они уже давно потеряли функциональное значение и не являются необходимым элементом инстинкта самосохранения.

Даже в случае последующей реализации угрозы, страх не имеет рационального смысла. Человек, в отличие от своих животных предков, может предвидеть проблемы и принимать решения о действиях по их нейтрализации и без сигнала об опасности в виде собственных страданий. Ему не нужно страдать, чтобы вовремя среагировать на проблему. Он способен получать информацию об угрозах на основании разумного, логического анализа происходящего.

Человек, понявший причину своего страха и вызванных им страданий, может научиться блокировать, подавлять их в себе. Из цепочки: «негативная информация — страдание (страх и т.п.) — анализ — действие — решение проблемы», звено «страдание» может быть без ущерба для дела исключено. Принимая решения в состоянии сосредоточенности и покоя, человек сможет гораздо эффективней защищаться от различных угроз. Страх и депрессия — плохие помощники. Для нейтрализации возникающих проблем требуется совсем другое — оценка перспектив и рациональный выбор варианта дальнейших действий.

Человеку, стремящемуся сохранить душевный комфорт, необходимо научиться не переживать из-за мифических и даже реальных угроз будущего и не терзать себя воспоминаниями о прошлых несчастьях.

Страдание как результат актуализации накопленного негативного опыта

Страх перед будущим заставляет периодически обращаться к негативным воспоминаниям прошлого. Живые существа неизбежно совершают ошибки, ставящие под угрозу реализацию их инстинкта самосохранения. Если эти ошибки не оказываются фатальными, они рефлекторно фиксируют их, чтобы больше не повторять. «По этому крутому склону надо спускаться осторожно, а то упадешь; с этим более сильным самцом за самку драться опасно — порвёт и т.п.».

Животные вряд ли многократно прокручивают в своём сознании прошедшие негативные ситуации. Не думаю, что лань, например, периодически страдает, вспоминая нападение волка и представляя себе гибель в его зубах. Люди же, без какой-либо рациональной цели, вновь и вновь страдают, многократно переживая свои потери, неудачи, унижения, беды, психологически травмы.

Наверное, одна из причин стремления людей обращаться к негативным воспоминаниям коренится в раннем детстве. Этот феномен связан с чувством вины перед родителями, стремлением оправдаться перед ними, страхом наказания за нарушение родительских запретов.  Не секрет, что воспитание детей во многих семьях, особенно в России, основывается на системе родительских репрессий. Это формирует у детей мазохистское танатос-ориентированное мировосприятие, переносимое, во многих случаях, и во взрослую жизнь. Такие дети, когда вырастают, оценивают события своей жизни с точки зрения того, как к ним могли бы отнестись экзекуторы-родители, даже если они давно умерли. Происходящие неприятности подсознательно связываются с нарушением родительских предписаний, и воспринимаются как несоответствие ожиданиям и надеждам родителей. Отсюда у них появляется неосознанное чувство вины за свои неудачи, ощущение заслуженности наказания. И, как следствие, стремление вновь и вновь эмоционально прочувствовать несчастья, чтобы, таким образом, искупить страданиями «вину» перед родителями.

Для реализации своих рациональных интересов человеку нет нужды периодически вспоминать прошлые несчастья и страдать от этого. Чтобы не повторять неприятные ситуации, необходимо зафиксировать полученный сигнал опасности и скорректировать стратегию своего поведения. А затем стараться эмоционально не обращаться к негативному событию, не воспроизводить отрицательные переживания по его поводу.

Эмоциональное воспроизводство осознанных негативных воспоминаний, по моему мнению, безусловно, вредно для психологического комфорта. Человек, научившийся не (или хотя бы реже) вспоминать то, что причиняет ему боль, освобождает себя от необходимости расплачиваться страданиями за ситуации, давно потерявшие значения в его реальной жизни. Избавившись от эмоциональных проблем, связанных с прошлым опытом, он сможет открыть для себя новые позитивные переживания, приблизиться к счастью.

Страдание как культурная традиция

Страдание как традиция – культурный атавизм, коренящийся в психологии первобытного стада или племени. В них все члены для того, чтобы выжить, были вынуждены жестко соблюдать общие предписания. Любая промашка одного могла привести к гибели всего племени. Необходимая для выживания согласованность действий обеспечивалась только жёстким соблюдением общих культурных норм, правил поведения.

Однако в современном обществе ценностная культурная унификация потеряла рациональность. Нам нет необходимости следовать одним правилам и предписаниям, наоборот, современная креативная экономика основана не на унификации, а на стимулировании творческого разнообразия.

Конечно, и в современном мире люди испытывают страдания не только потому, что сталкиваются с какими-то объективными потерями, реальными проблемами. Человек может воспринимать событие, как негативное и заслуживающее отрицательных переживаний, в силу культурных стереотипов, внушенных ему семьей или обществом. Например, человек знает, что «нормальные люди» его круга должны иметь «престижную» работу в офисе. А сам, как, например, герой фильма «Красота по-американски», мечтает продавать хот-доги. Всю жизнь «ходит на работу, которую ненавидит для того, чтобы покупать вещи, которые ему не нужны» (цитата из другого хорошего фильма «Бойцовский клуб»). Однако, потеряв ненавистную работу, он не радуется, а расстраивается и страдает.

Такая парадоксальная реакция определяется тем, что, по навязанной социумом шкале ценностей, происшедшее событие необходимо считать несчастьем. Поэтому отсутствие негативных эмоциональных переживаний воспринимается как отклонение от нормы, неправильное и почти аморальное поведение. Человек как бы проверяет себя: «у меня случилось то, что принято считать серьёзной проблемой, не забыл ли я пострадать по этому поводу?».

Наша европейская система ценностей не менее условна, чем любые другие, в том числе  кажущиеся нам дикими и архаичными. В различных традиционных обществах как трагедию предписано воспринимать переход сына в другую религию или женитьбу дочери на представителе иной касты, племени, клана; невозможность пригласить каждого из сотни родственников на свадьбу или отправиться в паломничество к «святым местам».

Также и современные европейцы могут страдать из-за невозможности купить себе новую модель автомобиля, отсутствия престижного жилья, несоответствия своей внешности принятым сегодня модельным стандартам и т.п.

Рецепт преодоления таких иррациональных страданий в том, чтобы освободиться от влияния навязанной обществом системы ценностей, прислушиваться только к себе, своим подлинным чувствам и желаниям, самому определять что хорошо, а что плохо, свои цели и методы их достижения.

Если вы опоздали на поезд на пути в командировку или вылетели из университета, не спешите расстраиваться. Подумайте, так ли вам было нужно куда-то ехать или учится именно этому. Может, вы просто хотели, с точки зрения общества, быть «хорошим мальчиком/девочкой»? Возможно, альтернативные варианты, которые могут открыться в результате этого стечения обстоятельств, будут лучше соответствовать вашим подлинным интересам и целям.

Страдание как попытка попросить о помощи

Как известно, личность человека формируется в раннем детстве. Маленький ребёнок привык обращать внимание родителей на свои проблемы с помощью демонстрации страданий — нытья, плача, криков. Таким образом он добивается вмешательства в неприятную ситуацию и избавления от мучающего дискомфорта (чтобы его покормили, сменили пелёнки и т.д.).

Человек вырастает, а вспоминание о том, что благодаря демонстрации страдания можно добиться помощи всесильных родителей, остаётся. Зачастую взрослые люди, встретившись с пугающей их ситуацией, вместо того, чтобы принимать рациональные решения, начинают страдать, как бы обращаясь к образу своих родителей и тем, кто символизирует высшую родительскую власть (миру, богу, окружающим): «мне плохо, пожалейте меня, пожалуйста, со мной поступают несправедливо, помогите мне!» Как известно, даже многие самоубийцы, пытаясь покончить с собой, хотят, прежде всего, привлечь внимание к своим страданиям.

Причём очень часто человек страдает полноценно и вполне искренне, даже не стремясь манипулировать какими-то конкретными людьми. Демонстративное гипертрофированное страдание, обращённое к миру, является для него необходимой реакцией на жизненный дискомфорт.

Однако родители уже не всесильны, как казалось в детстве. Они не могут помочь взрослому человеку в решении его проблем. Бога нет. А миру и окружающим обычно безразличны страдания отдельных людей. Чаще всего, сколько бы человек ни страдал, ни истерил и ни мучился, ему никто не сможет, кроме него самого, да и не захочет помочь. Помощь не приходит. Это вызывает новую волну негативных эмоций. Страдающий загоняет себя в порочный круг страдания, и всю жизнь идет по нему.

Человек, понявший иррациональность демонстративных страданий, бессмысленность обращения с их помощью к миру, сможет более эффективно самостоятельно решать свои проблемы.

Каждый человек способен сократить влияние манипуляции на своё поведение, определить и реализовать собственные цели в жизни, осознать и преодолеть иррациональные причины страданий, сделать жизнь более радостной и счастливой.