22 мая 2013

Илья ПОЛОНСКИЙ. Выстрел у алтаря

Экзистенциальный акт Доминика Веннера и самоубийство Европы

Polonsky1-1Прозвучавший 21 мая 2013 года у алтаря знаменитого Нотр-Дам де Пари выстрел очень символичен. Вместе со старым писателем и историком Домиником Веннером застрелилась и старая добрая Европа. Если пальба Андреаса Брейвика по молодёжному лагерю норвежских социалистов на острове Утёйа была актом индивидуальной реконкисты – чудовищной по количеству жертв попыткой заявить о тех проблемах, которые поставила перед европейским миром современность, то экзистенциальный акт Доминика Веннера – это «харакири» в отблесках заката Европы.

Чтобы понимать мотивы поступка Веннера, не обязательно симпатизировать правым. Семидесятивосьмилетнего француза – потомственного политического активиста, блестящего историка и писателя – есть за что уважать. Будучи далёким от ультраправого движения человеком, я, тем не менее, не могу не восхищаться жизненным путём этого достойного человека. Ветеран ОАС – легендарной организации, сражавшейся против отсоединения Алжира более полувека тому назад, соратник знаменитого идеолога европейской «новой правой» Аллена де Бенуа, Доминик Веннер не мог смириться с официальной легализацией во Франции гомосексуальных браков. Но что он мог сделать?

На фоне массовой многомиллионной миграции из стран Азии и Африки в Западную Европу, колоссальной рождаемости в семьях иммигрантов, упорно не желающих соотносить свой образ жизни не только с обычаями, но и с законами европейских государств, легализация гомосексуальных браков представляет собой не менее самоубийственный поступок, чем выстрел в Соборе Парижской Богоматери. В той же Франции, по данным Национального института статистики и экономики, в настоящее время проживает более трёх миллионов иностранцев, не имеющих французского гражданства, и более двух миллионов иммигрантов, которым удалось стать гражданами Франции. Рождаемость в семьях иммигрантов из африканских и ближневосточных стран по европейским меркам высокая – в отличие от коренных европейцев, основная масса приезжих верна традиционным ценностям, и движение «чайлдфри», сторонники которого добровольно отказываются от рождения и воспитания детей, среди них ещё не пустило свои корни.

Чтобы понимать мотивы поступка Веннера, не обязательно симпатизировать правым. Семидесятивосьмилетнего француза – потомственного политического активиста, блестящего историка и писателя – есть за что уважать

Чтобы понимать мотивы поступка Доминика Веннера, не обязательно симпатизировать правым. Семидесятивосьмилетнего француза – потомственного политического активиста, блестящего историка и писателя – есть за что уважать

Я ни в коем случае не призываю ограничивать права гомосексуалистов на общение друг с другом – взрослые люди, их постель – их личное дело. Но, казалось бы, уголовное преследование за гомосексуализм в большинстве стран, развивающихся в русле западной цивилизации, отменено. Ничто более не мешает гомосексуалистам вступать в отношения, любить друг друга, не боясь при этом получить тюремный срок. Более того, известные деятели шоу-бизнеса, политические деятели и даже священнослужители христианских конфессий (что само по себе кажется полнейшим абсурдом!) открыто заявляют о своей ориентации. Однако гомосексуалисты всё равно чувствуют себя ущемлёнными.

Чего же не хватает приверженцам однополой любви? Как выясняется – не только права юридически оформлять свои отношения, но и права на усыновление детей. Они не в силах понять элементарную истину – выбирая путь однополых отношений, необходимо и осознавать их последствия. Человек должен иметь мужество понимать серьёзность ситуации в случае своего девиантного выбора: дети не рождаются от однополых родителей. Соответственно, только союз мужчины и женщины влечёт за собой появление на свет детей. Неважно, хороши или плохи эти абстрактные мужчина и женщина как отец и мать или как партнёры, но факт остаётся фактом – только их союз предполагает появление новой жизни. По крайней мере, пока не изобретены иные способы размножения человеческих особей. Усыновляя детей гетеросексуалов, гомосексуалисты демонстрируют крайнее лицемерие, поскольку используют плоды той модели полового поведения, которую сами отвергают и, чего греха таить, порой и презирают. Это примерно как пересадить алкоголику, страдающему циррозом, здоровую печень, и отправить его бухать дальше.

Второй вопрос – воспитание в гомосексуальных семьях. Даже если исключить опасность сексуальных домогательств так называемых «родителей» к совершенно чужим им в действительности детям (это же не их биологическое потомство!), надо задаться вопросом, каково придётся усыновляемым в окружении пока ещё, к счастью, в большинстве своём гетеросексуального общества? Только давайте не будем рассуждать о «небожителях», представителях шоу-бизнеса или элитных слоёв интеллигенции. Представим себе обычную европейскую школу, в которой учится подросток с «двумя папами». В его классе – дети эмигрантов из Афганистана и Сомали, Алжира и Турции. Кем он будет для них, как будут складываться их отношения? Я думаю, комментарии излишни.

Но значительная часть европейцев, в том числе и гетеросексуалов, в едином порыве толерантности, приветствует решения своих парламентов не только о легализации гомосексуальных браков, но и о разрешении таким парам усыновлять чужих детей. В чём же причина? Ведь ещё какое-то столетие тому назад гомосексуализм в Европе был уделом очень ограниченной части населения, прежде всего имевшей отношение к богемным кругам. Сегодня количество гей-и-лесби пар в европейских странах зашкаливает. И отнюдь не потому, что в природе якобы существует устойчивый процент гомосексуалистов. Современная ситуация – прямой результат массированной пропаганды гомосексуальных отношений в западном обществе.

Прозвучавший 21 мая 2013 года у алтаря знаменитого Нотр-Дам де Пари выстрел очень символичен. Вместе со старым писателем и историком Домиником Веннером застрелилась и старая добрая Европа

Прозвучавший 21 мая 2013 года у алтаря знаменитого Нотр-Дам де Пари выстрел очень символичен. Вместе со старым писателем и историком Домиником Веннером застрелилась и старая добрая Европа

Гей-парады, проходящие в крупных городах Европы, преследуют именно пропагандистские цели – показать современному европейцу, как весело и прикольно быть геем или лесбиянкой. Но поскольку у нормального взрослого человека размахивающие резиновыми фаллосами больные люди могут вызвать лишь отвращение, в лучшем случае – жалость, жертвами подобной пропаганды становится, прежде всего, молодёжь, не определившаяся со своими жизненными приоритетами, воспитанная в духе потребительства и «вечного стёба».

На фоне разрушения семейных отношений, спада рождаемости, легализация гомосексуальных браков опасна именно тем, что легитимизирует откровенную сексуальную девиацию в глазах общества, прежде всего – молодёжи. Согласитесь, откровенно смешным выглядел бы парад любителей блондинок или брюнеток, худых или полных мужчин/женщин. Шоу, флэшмоб, да и только. А вот гей-парад рассматривается обществом серьёзно, требования геев и лесбиянок принимают к сведению на самом высшем уровне и вот уже политический истеблишмент во французском парламенте лоббирует однополую любовь. А уличные «леваки», все эти «автономы» и «анархисты», размахивая черно-радужными (да, есть уже и такие) флагами, радостно приветствуют всплеск толерантности у буржуазных воротил, даже не задумываясь о его подлинных причинах.

Кризис традиционных ценностей в Западной Европе привёл к постепенному разрушению семьи как социального института. Женщины не хотят рожать детей, мужчины всё чаще также не готовы к постоянным семейным отношениям. Несмотря на унификацию образа жизни в европейских городах, которая имеет тенденцию и к постепенному размыванию различий в образе жизни полов, мужчины и женщины Европы становятся всё более далекими друг от друга. Однополые отношения в этом контексте рисуются им этаким вариантом гармонии, в которой взаимопонимание гораздо больше, нежели в традиционном гетеросексуальном браке. Мужененавистничество и женоненавистничество, широко распространившиеся в современном мире и выражающиеся в популяризации феминистского и «мужского» движений – тому наглядное подтверждение. Противоположный пол – плохой, взаимопонимание с ним невозможно или затруднительно, следующее звено логической цепочки – строить отношения надо с человеком своего пола.

С другой стороны, масс-медиа демонстрируют, что геем или лесбиянкой быть модно. Европейская социальная мысль последних десятилетий изобилует сомнительной ценности работами, в которых авторы отстаивают права гомосексуалистов столь рьяно, что создаётся впечатление девиантности не гомосексуальных, а как раз гетеросексуальных отношений. Дошло до полного абсурда – попыток фактического запрета употребления слов «папа» и «мама» в официальной лексике социальных служб, учреждений образования. На смену отцам и матерям приходят «родитель-1» и «родитель-2». Учитывая, что помимо гомосексуализма, есть и другие сексуальные девиации, не исключено появление семей также и с «родителем-3, 4, 5».

Важнейшей проблемой, следующей за разрешением однополым парам усыновлять детей, является кризис самоидентификации человека, неразрывно связанный с возникающими затруднениями в познании окружающего. Смешиваются половые роли. Человек не может ответить на вопрос о своей половой принадлежности, половой принадлежности своих родителей. Теряется генетическая связь между поколениями. Подразумевается, что в гомосексуальной семье не будет кровного родства – исчезает сам фундаментальный смысл социальных ролей отца и матери, дедушки и бабушки, брата и сестры, сына и дочери, не говоря уже о более дальних ступенях родства. Соответственно, исчезает и сам смысл человеческого существования – ведь человек увековечивает себя двумя путями – либо индивидуальными достижениями, позволяющими оставаться в памяти последующих поколений, либо – сотворением новой жизни. Люди, не создавшие ничего и даже не родившие ребенка, исчезают, превращаясь в прах.

Стареющие европейцы требуют слишком много внимания – достойные условия жизни, соблюдение прав человека, социальные гарантии. Почему бы не заменить их на пришлых, более дисциплинированных и нетребовательных рабов, которых первоначально заманят в Европу кисельными реками пособий по безработице?

Стареющие европейцы требуют слишком много внимания – достойные условия жизни, соблюдение прав человека, социальные гарантии. Почему бы не заменить их на пришлых, более дисциплинированных и нетребовательных рабов, которых первоначально заманят в Европу кисельными реками пособий по безработице?

Вплоть до последних десятилетий ХХ века гомосексуализм в европейском мире имел крайне ограниченное распространение. Не будем здесь рассматривать вынужденное гомосексуальное поведение людей, помещённых в пенитенциарные учреждения, военнослужащих, гиперсексуальных подростков – все эти проявления имели место всегда и во всех обществах, но не влекли за собой столь разрушительных последствий, к которым привела легитимация однополых отношений в современный период. Распространённость гомосексуализма в Западной Европе последних двух столетий можно отметить лишь в немногочисленной богемной среде.

В конце XX века ситуация изменилась. Сегодня о геях и лесбиянках знает любой подросток, в каждой школе найдётся минимум несколько человек, объявляющих себя геями или лесбиянками. Пока им 15-16 лет, это можно рассматривать как подростковое позёрство, либо как попытку обрести личные отношения в случае непопулярности у противоположного пола. Однако знакомство с более старшими апологетами однополой любви чревато вовлечением в «радужное сообщество» уже на совершенно ином уровне. Влияние на неокрепшую сексуальную самоидентификацию подростков – вот ещё одно опаснейшее последствие легализации гомосексуальных браков.

Наверное, не у меня одного возникает вопрос: для чего европейским правительствам легализовывать гомосексуальные браки? Что позитивного конкретно для Франции или Великобритании, или других государств влечёт за собой признание права гомосексуалистов на усыновление детей? Какие бонусы может получить общество от этой трансформации законодательства? Очевидно, что признание гомосексуальных браков и наводнение Европы иммигрантами из стран «третьего мира» – звенья одной цепи.

Европейцы преобладают среди контингента гей-парадов, а турки, арабы и африканцы занимают вакантные места в полиции и вооружённых силах европейских государств. История повторяется. Римская империя, коренное население которой также постепенно разлагалось, а военная служба под конец существования этого мощнейшего государства становилась уделом варваров, в конечном итоге пала под ударами германских племён. Понадобилось почти целое тысячелетие, чтобы на руинах Рима сформировалась новая цивилизация, сравнимая с предшественницей по уровню развития культуры. Неужели современная Европа повторит участь Рима? Не хотелось бы, но надо быть глупцом, чтобы отрицать очевидный колоссальный риск, который влекут за собой происходящие в социальном пространстве Европы процессы.

Суицид европейского населения очень выгоден международной финансовой элите, для которой Золотой телец их капиталов давно стал единственной вечной ценностью. Эта элита не имеет национальности, её Родина – её банковские счета. И судьба так называемых соотечественников из европейских стран им совершенно безразлична. Стареющие европейцы требуют слишком много внимания – достойные условия жизни, соблюдение прав человека, социальные гарантии. Почему бы не заменить их на пришлых, более дисциплинированных и нетребовательных рабов, которых первоначально заманят в Европу кисельными реками пособий по безработице? Что ждёт Европу в будущем – смешение наций и превращение населяющих её людей в безликую массу рабов, лишенных национального и социального самосознания? Или же гибель потерявшей жизнеспособность европейской цивилизации и переход некогда принадлежавшего ей жизненного пространства более витальным нациям Востока и Юга?

В противостоянии страшной и вполне реальной угрозе смерти Европы смыкаются интересы и адекватных националистов – патриотов своих народов, и настоящих левых, заинтересованных в социальном прогрессе европейской цивилизации, а не в её неминуемом упадке. Двадцать первый век расставляет все точки над последней буквой в истории Европы. Будущее принадлежит тому, кто борется за жизнь. А ради жизни можно пожертвовать … жизнью, как это сделал старый воин Доминик Веннер.

Илья Полонский,  22 мая 2013 года

Статьи на эту тему:
Дмитрий ЖВАНИЯ. Тема ЛГБТ – лакмусовый симулякр
Иван БИРЮКОВ. Левые и ЛГБТ: больной вопрос слабого движения
Валерия СТРЕЛЬНИКОВА. Гей-активизм: физиология протеста
Татьяна ЛЕОНИДОВА. На кого ориентируются российские «системные левые»?
Руслан КОСТЮК. Консервативный страх российских левых

  • Иван Бирюков

    Отличная статья! Готов подписаться почти под каждым словом. Конечно, убеждения Доминика Веннера не вызывают у меня сочувствия, но поступок его понятен. Глядя на вымирающую Европу, бьющуюся в агонистическом угаре «современного искусства», однополой любви, чайлдфри, высмеивания всего и вся, подвергающей осмеянию и отрицанию собственную великую культуру, становится страшно. Я уже не говорю о чисто физическом вымирании европейцев, которых становится всё меньше и меньше.
    На какой бы пачке написать: «Либерализм убивает! Обратитесь к врачу, чтобы бросить либерализм»)))

  • cold blue

    «Чего же не хватает приверженцам однополой любви? Как выясняется – не только права юридически оформлять свои отношения, но и права на усыновление детей. Они не в силах понять элементарную истину – выбирая путь однополых отношений, необходимо и осознавать их последствия.» — сожрите говна, неуважаемый.
    Вы выбирали свой гетеросексуализм? И кто вообще сказал, что гомосексуальность = бесплодие?
    И вообще, вы так говорите, будто бы быть геем — это что-то плохое.
    Очередной высер тупорылого традиционализда, который несёт хуйню про «закат европы», связывая его с легализацией однополых браков.

    Традиционализм как синоним непробиваемой тупости.