8 ноября 2012

Михаэль ДОРФМАН. До Обамы наконец-то дошло

Президент Барак Обама выиграл выборы. Американский народ второй раз доверил ему высший государственный пост американского государства. Выборы выявили множество интересных феноменов, показали, что американцы живут сегодняшним днём, легко поддаются минутным страстям, и в тоже время показывают культовую приверженность к своим брендам во всём, в том числе в политике.

Накануне выборов я получил от нескольких очень разных русских и украинских изданий просьбу ответить на вопрос, работает ли американская демократия. Мы сидели без света и с очень ограниченным интернетом, так что ответов я не написал. Если ещё интересно, то да – работает. Мейнстрим русских и украинских СМИ вряд ли устраивал такой ответ, как и вообще ответ. Рассуждениями о недостатках американской демократии там пытались увести разговор от темы, работает ли демократия у них дома.

Америка – не демократия

«Если  в ответ на вопрос о государственном устройстве США кто-нибудь ответит “демократия”, то получит “неуд”». Я люблю учиться. На одном из семинаров, которые я посещаю в свободное время в нью-йоркских университетах, профессор-политолог Джон Мартин предупредил нас, своих студентов: «Америка – не демократия. Мы – конституционная республика».

Идеальных состояний не бывает. Американская демократия несовершенна, но она работает, часто совершенно удивительно и непонятно как, но решения американского народа оказываются куда более разумными и логическими, чем любые идеологические конструкции и политтехнологические схемы. Тем, кому так не кажется, лучше принять факты, как они есть, иначе они просто рискуют утонуть в эмпиреях, где они витают.

Президент Барак Обама выиграл выборы. Американский народ второй раз доверил ему высший государственный пост американского государства

Прошедшие 6 ноября 2012 года выборы высветили множество интересных феноменов меняющейся Америки. Предвыборные штабы Обамы воспроизвели тактику, приведшую к успеху республиканцев в 2000 и 2004-м. Стратегия, авторство которой приписывается Карлу Роу, состояла в том, что для победы (пускай и в один голос) не надо идти «вширь» и искать путей привлечения избирателей с другой стороны, а достаточно пойти «вглубь», пробудить активность избирателей из собственной базы. Голосовало в США не больше 50%, а на непрезидентских выборах и того меньше голосует. Тут копать есть куда, хотя важно не переусердствовать. Большинство американцев предпочитает регистрироваться как независимые, и для больших партий непонятно, куда они могут повернуть. На этих выборах независимые явно оказали предпочтение Митту Ромни, так что Обама победил исключительно мобилизацией электоральной базы Демократической партии.

Есть много факторов низкого уровня участия в выборах в США. Например, постоянный отказ сделать день выборов выходным, как принято во многих странах мира. Разумеется, на одной рекламе, даже очень навязчивой, далеко не уедешь, и нужна тщательная и кропотливая, точечная работа с людьми, «от двери к двери», как говорят американцы. Штабы Обамы проявили чудеса организации. Они выявляли местных, общинных и коммунальных лидеров, которые и помогли им победить на этих выборах.

Больше не мужская страна

Окончательных результатов следует обождать, но и без них ясно, что белые мужчины больше не определяют американскую жизнь. Значительное большинство белых мужчин отдали свои голоса республиканскому кандидату Митту Ромни, но этого оказалось недостаточно. Женщины в большинстве своём голосовали за Обаму и демократов. Эта тенденция началась в 80-х годах с антисоциальных реформ Рональда Рейгана, получивших тогда название «война против женщин». Со временем тенденция только усилилась, поскольку к попыткам ликвидировать и так довольно скудное американское общественное благосостояние всё больше примешивался религиозный фундаментализм. Борьба фундаменталистов против репродуктивных прав женщин порой принимала уродливые формы. В эти выборы республиканцам не помогли заявления их местных кандидатов, что «женский организм сам отбрасывает» плоды изнасилования или что «божья воля», если в результате изнасилования произошло зачатие, а потому аборты надо запретить даже в случае изнасилования. Дело не ограничивалось лишь заявлениями, а сопровождалось законодательными инициативами (порой, небезуспешными) лишить финансирования различные организации, помогающие планированию семьи, занимающиеся охраной матери и ребёнка, затруднить работу гинекологических клиник, затруднить торговлю противозачаточными средствами и т. д.

Прошедшие 6 ноября 2012 года выборы высветили множество интересных феноменов меняющейся Америки. Предвыборные штабы Обамы воспроизвели тактику, приведшую к успеху республиканцев в 2000 и 2004-м

Женщин в США больше, чем мужчин, и они участвуют в выборах более активно. И это значит, что гендерные вопросы вполне способны повлиять на выбор того, кто будет президентом самой богатой в мире страны и главнокомандующим самой сильной в мире армии.

Выборы ещё раз показали, что мужчины теряют своё доминирующее положение в американской жизни. Социо-экономический и культурный феномен демаскулинизации Америки, о котором столько говорят социологи, реально происходит. Правда, как и всё в Америке, – это происходит постепенно. Символично, что и число женщин в Сенате США в эти выборы достигло рекорда — 19-ти (а, может быть, и 20-ти, если выяснится, что победила демократический кандидат в Индиане). Прошлый рекорд составлял 17.

Гендерные права распространяются на вопрос об однополых браках и правах сексуальных меньшинств. Дело здесь не в поощрении и тем более пропаганде гомосексуализма (что в Америке тоже не придёт в голову запретить, как и гомофобскую пропаганду тоже), а в элементарных правах человека. Большинство американцев осознаёт, что сексуальные меньшинства должны пользоваться теми же правами и свободами, которые имеет большинство населения. В стране, где ещё 60 лет назад межрасовые браки считались невообразимыми и ненатуральными, не так трудно провести параллель между расизмом и гомофобией. Как и с расистами, с гомофобами поделать ничего нельзя, но они просто вымирают, как мамонты.

Молодое поколение куда более терпимо к сексуальным меньшинствам. И это тоже нашло выражение на нынешних выборах. Во-первых, впервые в истории, президент и кандидат в президенты во время предвыборной кампании выразили поддержку однополым бракам (что пока не выразилось в действиях, и решение вполне может измениться или отодвинуться). Существенно другое. Если раньше все законодательные инициативы, призванные разрешить однополые браки, отвергались на всеобщем голосовании, то в этом году четыре штата всеобщим голосованием утвердили поправки к своим конституциям, признающие право на однополые браки.

Как и во всех других американских конфликтах, речь идёт не столько о культурных противоречиях, сколько о борьбе за сохранение социального контроля дома, на рабочем месте, в обществе и политике. Американцы всё меньше готовы мириться с этим. Это нашло своё выражение и в том, что впервые в американской истории избиратели в двух штатах — Северной Каролине и Вашингтоне — проголосовали за легализацию марихуаны не только в области медицины, но и «для использования в рекреационных целях». Ведь драконовские меры «борьбы с наркотиками», по сути, означают тот же социальный контроль, а ещё защиту интересов корпоративного бизнеса. Нельзя объять необъятного, однако приведу небольшой пример. Легализация марихуаны даже в лечебных целях лишит Большой фармацевтический бизнес миллиардных доходов. Ведь вместо коктейля дорогостоящих патентованных лекарств можно будет лечиться натуральной травой, да ещё и выращенной у себя на грядке или в цветочном горшке.

И не белая тоже

Разумеется, далеко не все избиратели, голосовавшие за Обаму, согласны с правом женщин на аборт или признают права сексуальных меньшинств и целый спектр аналогичных тем, объединяемых в Америке под ярлыком «социальные». За Обаму голосовало множество социальных консерваторов – религиозных афро-американцев, глубоко религиозных людей латиноамериканского и азиатского происхождения, традиционно враждебных социальному либерализму. Именно они вместе с женскими голосами и определили победу Обамы. Белое большинство в Америке уменьшается, белые постепенно перестают доминировать в американской жизни. Если в 1950 году белые в США были «титульной расой» и составляли солидные 82% населения, то к 2050 году небелые граждане составят большинство населения США.

Если в 1950 году белые в США были «титульной расой» и составляли солидные 82% населения, то к 2050 году небелые граждане составят большинство населения США. Фото Рассела Ли

Среди сторонников Ромни белые составляли 90%, в то время, как среди сторонников демократов – едва 60%. Проблема Республиканской партии не только в том, что она почти вся – белая, а в том, что она почти вся старая. Небольшое число сторонников Ромни было среди людей старше 50-ти лет. Не оправдался расчёт республиканских стратегов на то, что этот электорат лучше организован, более активно голосует. В 2000 и 2004 годах это принесло победу республиканскому кандидату. В 2008-м Обама и его политтехнологи сумели создать коалицию либералов, молодых избирателей, расовых, этнических и гендерных меньшинств, которая (вместе с другими факторами) обеспечила победу Обаме. Выборы-2012 показали, что Обама и демократы сумели заново мобилизовать эту коалицию.

Нельзя сказать, что 90% чёрных американцев голосовали за Обаму только из-за особенностей пигментации его кожи. С 60-х годов Демократическая партия уверенно отвоевывала чёрных избирателей у республиканцев, партии Линкольна, покончившего с рабовладением. Мартин Лютер Кинг и другие борцы за гражданские права ещё были республиканцами, однако со времён «Великого общества» Линдона Джонсона симпатии афро-американцев всё больше склонялись в сторону демократов. Мой друг и единомышленница по «Оккупируй Уолл-стрит» Джессика, афроамериканка из Флориды, накануне выборов не согласилась с призывом не голосовать ни за кого. «Слишком много людей погибло за моё право голосовать, — сказала он мне. — Я не могу предать их память и остаться дома».

Испаноязычные идут

Удельный вес афроамериканцев в Америке падает, как удельный вес белых. В 2006 году выяснилось, что афроамериканцы уступили титул крупнейшего расово-этнического меньшинства латиноамериканцам. И на испаноязычной улице Обма получил преимущество. Во многом поддержка «латинос» определяется из-за жёсткой антииммиграционной риторики и политики республиканцев. В Америке 19 миллионов иммигрантов без документов, которых консервативная пропаганда предпочитает называть нелегальными. Хотя эти иммигранты не голосуют, но жёсткие меры против них в контролируемых республиканцами штатах создают атмосферу вражды ко всем испаноязычным и выражаются в их голосовании. Проиммиграционные республиканцы (как бывший губернатор Флориды и брат бывшего президента Буша Джеб Буш, которые положительно относятся к иммиграции из Латинской Америки) были оттеснены в сторону. Если республиканская партия будет продолжать эту «белую» линию, то в будущем «колеблющимися штатами» станут уже не Флорида, Виржиния и Нью-Мексико, а солидно-республиканские на сегодня штаты, как Джорджия, Техас и Аризона.

И на испаноязычной улице Обма получил преимущество. Во многом поддержка «латинос» определяется из-за жёсткой антииммиграционной риторики и политики республиканцев

Неожиданностью оказалась поддержка, которую оказали  Обаме избиратели азиатского происхождения. Если поддержка афроафриканцев увеличилась всего на 1%, латиноамериканцев — на 2%, то поддержка американцев азиатского происхождения увеличилась на 21-27% . Хотя, понятно, что все эти группы слишком условны, как условно и определение «белые» или «европейцы». Азиато-американцы включают в себя и выходцев из Китая, Вьетнама и Кореи, и американцев индийского происхождения (очень неоднородных), и выходцев из мусульманских стран. Так же неоднородна и община латиноамериканцев. Уменьшается удельный вес пуэрториканцев — в прошлом крупнейшей испаноязычной общины, в большинстве своём голосовавших за республиканцев. Даже в «столице Пуэрто-Рико» Нью-Йорке их уже меньше 50% испаноязычных.

Сокращается электоральная сила кубинцев, бывших раньше язычком весов на выборах в «колеблющемся» штате Флорида. Похоже, что приходит конец пресловутому «кубинскому голосу». Не терявшие надежды на реституцию своего имущества эмигранты в течение полувека диктовали политику экономической блокады и враждебности против Кубы. Выборы выявили и иллюзорность ещё более одиозного «еврейского голоса». «Еврейский Бруклин» голосовал совершенно иначе, чем Верхний Вест-Сайд в Манхэттене, где живёт верхушка еврейского среднего класса, уж не говоря про русско-еврейский электорат Брайтон Бич.

Хватало эксплуатации расизма

Любая тема в американской общественной жизни касается вопросов расы. Хотя основной темой выборов было неприглядное экономическое положение, высокая безработица, социальная несправедливость, но расистский оттенок кампании старались выпятить и использовать обе стороны. Республиканские пропагандисты подмигивали своим избирателям, мол, мы не говорим, но знаем, кто «те люди».

Во многом вражда консервативной Америки к государству, которую активно эксплуатирует правая прокорпоративная неолиберальная пропаганда, происходит из ошибок политики «положительной дискриминации» либералов. Тогда бедных чернокожих пытались интегрировать в мэйнстрим общества в основном за счёт бедных белых. И сегодня, сталкиваясь с американской бюрократией, люди повсеместно встречают там афроамериканцев (порой далеко не лучших представителей их расы), попавших туда благодаря «положительной дискриминации». Пропаганда Обамы усиленно акцентировала предполагаемый расизм оппонентов и культивировала чувство вины, мол, против Обамы – значит, расист. Хотя откровенные проявления расизма встречались лишь среди откровенных маргиналов, скажем, где-то на Юге была широко распропагандирована самодельная майка с надписью, гласившей «вернём белого в Белый дом».

Среди сторонников Митта Ромни белые составляли 90%, в то время, как среди сторонников демократов – едва 60%

Где я встретил откровенный расизм — так то это на скамейках набережной в «русском» Брайтон Бич. Сидельцы на скамейках «солидно» говорили мне, что голосуют «вместе с белым большинством» за Ромни (предлагавшего пересмотреть и свернуть большинство социальных программ). Хотя все они ни дня не проработали в США, живут на социальные пособия, в социальном жилье и получают социальное здравоохранение, о котором большинству американцев приходится лишь мечтать, что не может не вызывать чувства зависти к этим сидельцам. Именно на зависти к тем, кто живёт на «деньги других людей», десятилетиями строится и правая, консервативная, либертарианская и республиканская пропаганда.

Заклеймённый «социалистом» Обама на поверку оказался самым правым американским президентом-демократом за последние 75 лет. Однако выборы в который раз показали, что важны не объективные факты реальной жизни, а мнения о реальности — то, что маркетологи называют прецепцией. И эти прецепции оказались сильней реальности. Хотя Ромни не мог бы сделать ничего того, что Обама бы не сделал, опросы неизменно показывали, что большинство американцев придерживаются мнения, что «политика Ромни отдаёт предпочтение богатым», в то время, как «политика Обамы защищает средний класс и бедные слои».

Несколько слов об опросах. Только ленивый не претендовал на проведение опросов. Выборы, которые и являются самым достоверным и единственно реальным опросом, убедительно опровергли достоверность новомодных методик, опросов по интернету, в социальных сетях, анализу твиттер-сообщений, сотовых опросов, опросов через автоматические звонки и т. д. Наиболее достоверными оказались сделанные по старинке опросы по научно выверенным статистическим стандартам, выполненные живыми людьми, контактирующими с опрошенными.

Признаю ошибку     

В 2008 году я не испытывал особого энтузиазма по поводу кандидатуры Обамы и голосовал за видного борца за права потребителей и охрану среды Ральфа Надера. Однако победа есть победа, и избрание Обамы вызвало у меня энтузиазм, поскольку он озвучил набор близких моему сердцу прогрессивных политических мер. Довольно быстро выяснилось, что Обама — типичный неолиберальный кандидат, хуже того: не лидер, а человек политической машины Демократической партии, заинтересованный в основном в удержании власти. В 2009-м я писал, что Обаму привели к власти либералы и меньшинства, и он ничего не сможет им дать, а потому придётся искать и ублажать другой электорат. Я оказался прав в своей оценке – Обама практически не выполнил, и, похоже, не собирался выполнять свою либеральную программу. Даже его знаковая «реформа здравоохранения», по сути, была позаимствована и свёрстана из очень право-консервативных идей, предпочитавших интересы корпораций интересам потребителей и граждан. Львиная доля «реформы здравоохранения» была позаимствована из реакционной программы крайне-правой “Heritage Foundation”. Предложения по борьбе с глобальным изменением климата выразились в принятии право-капиталистических идей «торговли углеводородными выбросами», вместо куда более прогрессивного налогообложения углеводородных выделений.

Обама отказался преследовать по закону как виновников фальшивых кампаний «иракского оружия массового уничтожения», так и банкиров, виновных в глобальном финансовом кризисе, разразившемся в 2008 году. Хотя именно кризис и сделал возможным избрание Обамы. Обама привлёк с собой во власть всё тех же неолиберальных советников и чиновников, банкиров и адвокатов с Уолл-стрит, так или иначе внёсших вклад в создание кризиса. Его министр юстиции Эрик Холдер пришёл в правительство прямиком из адвокатской конторы, которая представляла крупнейших плутократов. Обама заявил банкирам: «Я стою между вами и вилами». Неудивительно, что его администрация торпедировала все обвинительные иски, которые пытались подать против банкиров. Если иски и подавались, то не против виновников, а против банков и финансовых организаций, которые платили штрафы из денег держателей акций и вкладчиков, а вовсе не из огромных доходов, которые положили себе в карман менеджеры-виновники кризиса. И так во всём.

Заклеймённый «социалистом» Обама на поверку оказался самым правым американским президентом-демократом за последние 75 лет. На фото: манифестация «Чайной партии»

Единственное ожидание либерально-прогрессивных сил,  которое Обама оправдал – это окончание войны в Ираке. Не то, чтобы Ирак сегодня стал мирным местом, но американцы оттуда в основном ушли, так что Ирак больше не интересует американскую публику. Американцы верят, что скоро уйдут и из Афганистана. В своей победной речи Обама вообще объявил конец войны, хотя американские солдаты и афганские жители продолжают погибать.

В основном Обаме удалось сохранить коалицию либералов, профсоюзов и меньшинств. Множество моих либеральных друзей скрепя сердце голосовало за Обаму — кто из убеждения, что другая сторона куда хуже, а кто из откровенного страха. Мои друзья-консерваторы тоже голосовали из страха «тех людей». Рациональных дискуссий получалось мало. Даже в таких вопросах, как охрана среды, где ещё недавно и демократы, и республиканцы были единодушно за строгие меры, теперь царит раскол. Когда на митинге Ромни какой-то экологист пытался поднять вопрос глобального изменении климата, то его вывели из зала под улюлюканье аудитории. Толпа скандировала “USA, USA”, как будто это ответ. Призывы маргинальных пока движений, типа связанных с Роном Полом либертарианцев и прогрессистов из «Оккупируй Уолл-стрит», зелёных, социалистов, не были услышаны. Путь в большую американскую политику им надо пробивать снизу. «Да плевал я, кто будет президентом, — сказал мне в день выборов Боб, активист Рона Пола, — меня интересует, кто будет нашим муниципальным представителем, кто войдёт в школьный совет, кого изберут супервайзером моего квартала».

Что будет дальше?

Закономерный вопрос, но на следующий день после выборов его задавать не стоит. Да и большинство экспертов, которых я целый день слушал или читал, ничего не могут и не хотят говорить. Моим российским, украинским, израильским и другим неамериканским читателям, интересующимся в основном внешней политикой, могу лишь сказать, что эти вопросы играли очень маленькую роль в предвыборной кампании, а многочисленные эксперты, обсуждающие результаты на всех доступных мне медиасредствах, не находят эти темы интересными.  Ближайшие дни пройдут под лозунгом «Я же вам говорил!» Да и жизнь теперь такая стремительная, что невозможно предсказать даже самое близкое будущее. Авраам Линкольн не подозревал, что будет гражданская война. Джордж Буш в 2000 году меньше всего подозревал, что основной темой его президентства будут войны на Ближнем Востоке. Обама полагал, что главным конфликтом его президентства будет выход из войны в Ираке, а ему на плечи свалился глобальный экономический кризис. Выборы 2012 года проходили под лозунгами «больше рабочих мест», но следующее президентство, вполне вероятно, будет иметь совершенно иную повестку. Тот же самый Линкольн, которого обильно цитировали Обама и Ромни, которого пытаются приспособить к своим целям республиканцы и демократы, правые и левые, коммунисты и расисты, на самом деле не родился с пером в руках, чтобы подписать Декларацию об освобождении рабов. Величие Линкольна в том, что он оказался блестящим тактиком, умевшим реагировать на весьма неблагоприятные жизненные и политические обстоятельства.

Барак Обама победил исключительно мобилизацией электоральной базы Демократической партии

Обама оказался не лучшим президентом, интровертом и демагогом, не способным наладить работу с оппозицией и выполнить обещанное изменение стиля и смысла того, как делают политику в Вашингтоне. Однако Обама подтвердил свою репутацию замечательного организатора общественных кампаний, неутомимого агитатора и пропагандиста. Его победная речь вчера была очень похожа на его речь в 2008 году.

Зато Обама признал, что мало усилий посвятил тому, чтобы привлечь к своим идеям и политике рядовых американцев, мало общался с народом. Похоже, до Обамы дошло, что у него получается лучше всего. Обама может начать внедрять в общественное сознание прогрессивные меры и либеральные идеи, которые он предлагал перед выборами. Он может стать не только коллективным агитатором и пропагандистом, но и коллективным организатором масс, популярным лидером дезориентированной Америки. Это искупит его довольно скудные практические достижения и обеспечит ему место в истории и в памяти не только как первого чернокожего американца в Белом Доме, но и как великого президента, обеспечившего пробуждение Америки от иллюзий неолиберальной свободно-рыночной модели корпоративного капитализма.

7 ноября 2012 года   

Я пишу эти строчки в маленьком тесном кафе по дороге в командировку. Меня сюда загнала буря со снегом. Мы тут недавно пережили сильный тропический ураган. Девять дней сидели без света, готовили пищу на углях. У многих моих друзей, особенно более состоятельных, живших в дорогих районах прямо возле моря, было куда хуже. Затопило дома и гаражи с машинами. Вчера прошли президентские выборы, и даже в поражённых районах в массе своей люди пришли голосовать. Ураган ушёл на север и теперь возвращается в виде шторма-notrheaster, с холодным ветром, дождём и снегом. Жизнь на планете течёт своим чередом.

  • Aleksandr

    Очень интересный и обстоятельный анализ результатов последних президентских выборов в США. Пожалуй, такой и не в каждой газете можно прочесть… Во всяком случае, Ваш анализ выборов в США мне представляется куда более обстоятельным, чем прочёл сегодня в ведущей эстонской газете «Postimees» (Хендрик Восман. Расколовшаяся Америка доверила Обаме ещё четыре года правления.//»Postimees», 8.11. 2012, c.7; http://www.rus.postimees.ee)

  • Lev Avenais

    Я живу далеко от США, но это — один из самых убедительных и аргументированных анализов победы Обамы из всех, которые мне довелось читать в эти дни.

  • Anatole Shamson

    Полагаю, что изложенное есть продукт автора не прибегшего к плагиату.
    Это свидетельствует, что автор отлично разбирается во всех факторах,
    повлиявших на результаты выборов.
    Но не могу не заметить, такой же анализ этих результатов был дан многими профессиональнымн политологами, заполнивших TV каналы,
    начиная с 7 Ноября.
    К сожалению, во всех анализах, включая этот, не упомянуто, что, исключая религиозных фанатиков и расистов, Американский избиратель любит Обаму просто, как личность, что нельзя сказать о Ромни.