10 августа 2012

Руслан КОСТЮК. Сирийский оселок для левых

3 августа Генассамблея ООН на чрезвычайном заседании, созванном по инициативе почти 60-ти стран, приняла достаточно жёсткую резолюцию, квалифицированную российскими политиками и масс-медиа как «антисирийскую». Действительно, в резолюции содержатся весьма жёсткие в отношении руководства Сирийской Арабской Республики (САР) пассажи. Оно обвиняется в том, что не в состоянии защитить граждан от продолжающегося в Сирии насилия, в государстве продолжаются «широкомасштабные и систематические грубые нарушения прав человека», правительственные войска применяют тяжёлое вооружение против сирийского населения, происходят «неизбирательные» обстрелы из танков и боевых вертолётов по населённым пунктам. В резолюции также отмечается, что в Сирии обеими сторонами конфликта «систематически нарушаются права человека, основные свободы, имеют место массовые убийства, произвольные казни, преследуются протестующие, правозащитники, журналисты».

Резолюция была принята на фоне тупика, в который зашёл Совет Безопасности ООН по «сирийскому досье». За её принятие проголосовали представители 133-х стран, 31 воздержался, 12 были против. Что и говорить, в морально-политическом плане принятие резолюции в такой интерпретации и таким большинством – дипломатическое поражение не только дамасского правительства, но и России с Китаем. Пусть – по иронии судьбы – основным автором проекта выступила Саудовская Аравия. Мы прекрасно понимаем, что реакционные правые режимы Персидского залива желают покончить с ещё одни левым светским  режимом в арабском мире. Но важно то, что большинство демократических государств также в первую очередь осуждают сирийский режим. Это же относится к большинству левоцентристских правительств, действующих сегодня на самых разных континентах. Правда, среди тех, кто против или воздержались, мы также встречаем «левые» страны – Китай, Вьетнам, Кубу, Венесуэлу, ЮАР, Боливию…

Если подходить к той ситуации с сегодняшними мерками, республиканские власти Испании и конкретно поддерживающие их силы тоже можно было обвинять в терроре, убийствах и незаконных казнях мирного населения

Находясь в отпуске, я занимаюсь, в частности, чтением книги Хью Томаса «Гражданская война в Испании. 1931-1939 годы». Аналогии как-то сами собой приходят в голову. Ведь, если подходить к той ситуации с сегодняшними мерками, республиканские власти Испании и конкретно поддерживающие их силы тоже можно было обвинять в терроре, убийствах и незаконных казнях мирного населения. Да, тогда далеко не всегда действовала даже революционная законность. Бывали случаи (и неоднократные) массовых казней по классовым мотивам или просто в отместку за совершаемые франкистами действия. Тысячи церквей за здорово живёшь сжигались революционерами, нередко под «горячую руку» попадали монахи и монахини. Были, к сожалению, отмечены и случаи расправы с детьми франкистов. С ними поступали далеко не по-христиански. Понятно, что зверства, творимые противоположной стороной, были многократно более кровавыми, но из песни ведь слов не выбросишь!

Но, однако же, в Испанию сразу же потянулись тысячи добровольцев-интернационалистов самых разных левых оттенков – анархисты, троцкисты, коминтерновцы, социал-демократы. И они воевали на стороне Республики в течение нескольких лет. Как же по-другому – когда на стороне мятежных генералов сражались бойцы из фашистских Италии и Германии? Солидарность с республиканской Испанией со стороны самых разных отрядов левого движения была почти тотальной. И это тогда казалось совершенно уместным, само собой разумеющимся…

Вот и в современной нам Сирии идёт гражданская война. Обе стороны совершают «преступления против человечности» с точки зрения либеральных норм, воцарившихся на Западе. На одной стороне в этой войне — разнородные силы повстанцев, вооружаемые и поддерживаемые империалистическим Западом и реакционными арабскими режимами, оказавшимися вдруг защитниками демократии и прав человека. На стороне повстанцев воюют, что уже неоднократно доказано и не отрицается ведущими западными газетами и журналами, джихадисты из самых разных мусульманских стран. Здесь как раз интернациональная помощь более чем ощущается. Власть в САР принадлежит, пусть номинально, Национально-патриотическому фронту, ведущую роль в котором играет Партия Арабского социалистического возрождения, ПАСВ (или Баас). Но во фронт также входят Арабский социалистический союз, Социалисты-юнионисты, Компартия Сирии, Демократическая социалистическая юнионистская партия, арабское социалистическое движение, Сирийская социальная националистическая партия и даже партия Социал-демократические юнионисты. Иными словами, в правящем блоке САР представлен, по сути, весь официально признанный левый спектр. Что не отменяет, правда, того факта, что с нелегальными левыми группировками режим семейства Асадов вплоть до начала революционных событий боролся весьма жёсткими методами.

На стороне повстанцев воюют, что уже неоднократно доказано и не отрицается ведущими западными газетами и журналами, джихадисты из самых разных мусульманских стран

Всем всё понятно: созданный в САР режим не является подлинно демократическим и социалистическим. Он относится к тому типу арабских светско-националистических левых авторитарных режимов, которые нынче один за другим сходят с исторической сцены. Когда одно семейство более сорока лет безраздельно обладает высшей властью, когда представители религиозного меньшинства заняли главенствующие позиции в армии и полиции, а репрессивные спецслужбы пронизали всю общественную жизнь, социализм, как говорится, отдыхает. Но в то же самое время не будем забывать о том, что баасисты осуществили прогрессивную аграрную реформу, в период власти САР была заложена основа для многих отраслей национальной индустрии, а сама крупная промышленность оказалась под государственным контролем. Именно при баасистах в многоконфессиональной стране утвердился религиозный мир, взорвать который сегодня мечтают некоторые «друзья» сирийского народа. Вплоть до настоящего времени САР осуществляет последовательный антиимпериалистический внешнеполитический курс, хотя и не лишённый оппортунизма (союз с Ираном, тесные отношения с ХАМАС и «Хизбаллой»). Да, революционный потенциал баасизма давно исчерпан, но как бы то ни было, сирийский режим находится в «левой парадигме». Это постоянно подчёркивают Рауль Кастро, Уго Чавес и Эво Моралес. Оказываемая ими морально-политическая поддержка официальному Дамаску вовсе не определяется одним лишь антиамериканским измерением. Очевидно, что венесуэльские и боливийские радикальные социалисты прекрасно осознают все негативные черты сирийского режима, но они понимают и то, что после его падения в Сирии наверняка установится гораздо более антисоциальный режим. Ей-Богу, боюсь, что испанские франкисты на фоне сирийских исламистов вообще выглядят как шкодливые детки.

Но вот этого, похоже, не понимают слишком многие левые на Западе. Ведь далеко не только социал-демократы и зелёные изображают гражданскую войну в САР как столкновение борцов за свободу и демократию с тираническим режимом. К примеру, во Франции о своей полной солидарности со Свободной сирийской армией заявляет крайне левая Новая антикапиталистическая партия. Французские коммунисты и Левый фронт на страницах своих веб-сайтов и газет тоже объявляют о том, что «сирийский народ поднялся против полицейской диктатуры». Примерно так же рассуждает большинство левых в других западноевропейских странах. Как и ливийская война, гражданский конфликт в Сирии стал тем самым оселком, который показывает глубочайшую силу раскола и размежевания в международном левом движении. Причём не только по идейным и моральным, но и по географическим мотивам. Впрочем, показывает он и степень кризиса в левом движении на глобальном уровне. Кризиса, который вряд ли в скором времени удастся преодолеть. Да, кризис единства левых имел место и в 30-е годы, в эпоху гражданской войны в Испании. То была, конечно, другая война. Но так и левые тогда были другие…