11 июля 2012

Михаэль ДОРФМАН. В Ливии исламисты не победили, ибо их там нет

Победа Либерального блока на выборах в Учредительное собрание подтвердила оптимизм по поводу развития событий в Ливии. Политолог и арабист д-р Ксения Светлова опубликовала подробный материал «Почему в Ливии не выбрали исламистов». Там добросовестный анализ и много интересных фактов. А мой друг из Бенгази, доктор Айша Вухаби (вернувшаяся год назад в Ливию после окончания Калифорнийского университета в Беркли) даёт простой ответ на поставленный вопрос: «А у нас в Ливии нет настоящих исламистов».

Действительно, режим Муаммара Каддафи жил внутри своего пузыря в уверенности, что все его любят. Любовь обеспечивалась тем, что «лидер революции» и его семья не давали никому поднять голову, ни исламистам, ни коммунистам, ни профсоюзам, ни либералам. Так что культуре политического исламизма, вроде той, что сложилась в Египте, там и неоткуда взяться.

Исламизм всё-таки — не только кружки, изучающие ислам или боевые подразделения, вроде «Талибана», которые и вовсе не исламисты, а скорее разнообразное вооружённое сопротивление, традиционная патронажно-клиентельная структура, завязанная на племенных и тарикатских обязательствах, заключённых с целью защиты своих деревень. Нет и не было в Ливии сетевой структуры, вроде «Аль-Каиды». Политический исламизм опирается на развитую сеть социального вспомоществования, как у «Братьев-мусульман» в Египте или у «ХАМАСА» в Палестине. Такая социальная сеть, от детсадов до домов призрения, играет важную роль в обществах, где государство не способно адекватно решать социальные проблемы из-за бедности, перехода на неолиберальную свободно-рыночную модель, коррупции и прочих причин.

На выборах в Учредительное собрание в Ливии победил Либеральный блок во главе с Махмудом Джабрилем — профессором-политологом, получившим образование в США

ИСЛАМИЗМ ПРИХОДИТ ТУДА, ГДЕ ЕСТЬ РАЗРУХА И ХАОС. Агрессивный джихадизм и сам создаёт хаос, чтобы потом предложить людям свой закон и порядок. Об этом говорил и писал Абу Муса Ал Сури — несомненно, самый интересный пропагандист джихадизма. Судя по результатам выборов, в Ливии нет серьёзного агрессивного джихадизма. Что важней, в Ливии нет и социального хаоса, где джихадизм мог бы пустить корни. Крах режима Каддафи оставил после себя политическую пустыню, но никак не социальный хаос. Ливийская жизнь крепко организована на клановой основе и Каддафи не сумел сломать эту систему, сколько ни пытался. Ливия остаётся в руках вооружённого народа. Страна с небольшим населением и огромными природными ресурсами имеет все шансы стать если не ближневосточной Норвегией, то, по крайней мере, Катаром или Кувейтом. Нет в Ливии и политического исламизма.  Ливийские исламисты – это, скорей, политтехнология, чем массовое движение.  Множество различных родоплеменных, семейно-клановых, деловых  и прочих группировок рядятся в одёжки исламизма, пытаясь выиграть на выборах. Они даже не сумели выйти единым блоком. Разумеется, есть экстремисты, надевшие камуфляж исламизма. Они способны разбить кресты на военном кладбище времён Второй мировой войны, способны хулиганить на улицах, но не способны на серьёзные политические усилия.

Ситуацию в Ливии можно сравнить с ситуацией в России после краха СССР. Там тоже неоткуда было взяться ни фундаменталистской религиозности, ни тем более политизированной религии. В православие тогда пришли разные люди – от либеральной интеллигенции до бывших комсомольцев и доцентов кафедр научного атеизма. Подобно ливийскому исламизму, российское политическое православие способно лишь на провокационные заявления вроде тех, которые делает отец Вячеслав Чаплин, хулиганские выходки против Сахаровского центра и художественных мероприятий атеистического характера, кликушество и нападения на гомосексуалистов. Но за 20 лет после краха СССР политическое православие не смогло пустить сильных корней в российском обществе. Всего 10% условно православных посещает храмы в Пасху, лишь 4% являются воцерковлёнными людьми церковными и всего 2% соблюдает посты.

Но за 20 лет после краха СССР политическое православие не смогло пустить сильных корней в российском обществе. Всего 10% условно православных посещает храмы в Пасху, лишь 4% являются воцерковлёнными людьми церковными и всего 2% соблюдает посты. На фото: Российский Союз православных хоругвеносцев придерживается традиционной крайне правой идеологии, копирует стиль сербских чётников, появляется на акциях ЛГБТ

Грандиозный молебен в защиту РПЦ, несмотря на все старания и свезённый из регионов актив, в Москве в воскресный день собрал всего 30-40 тысяч участников. Власти явно ожидали больше, если выделили на поддержание порядка 14 тысяч полицейских. Для сравнения, поглазеть на Парад около универмага Мейси в День Благодарения или на падение хрустального шара на Таймс-сквер в Нью-Йорке собирается около миллиона человек. Отсутствие элементарных основ православной культуры лучше всего показывает тот факт, что даже жалобу по поводу панк-молебна “Pussy Riot” «православные активисты» подали в Прощёное воскресенье. Большинство националистических активистов, использующих религиозную риторику, не являются людьми церковными. Этот феномен, кстати, общий для всех постсоветских стран (кроме Польши). Церковь в России нуждается в государстве куда больше, чем государство нуждается в церкви. Ещё меньше шансов у политического православия в Украине, Белоруссии и Грузии. С политическим исламом на постсоветском пространстве сложней, но и там исламизм достигает относительного успеха лишь в ситуации хаоса, как в Чечне.

Ксения Светлова рассказала мне о своём ливийском знакомом. Он там был специалистом по «Зелёной книге» Вождя революции. Это ливийский аналог должности на кафедре марксизма-ленинизма. Бедный специалист не знал Корана, а лишь «Зелёную книгу», и очень переживал, что он будет делать после революции. Очень похоже на многочисленный персонал различных «идеологических» учреждений СССР. Д-р Вухаби предсказывала победу либералов очень просто: «Мы — традиционное общество, и поддерживаем тех, кого знаем. Махмуд Джибриль – самый известный, и он победит». В отличие от постсоветской России, ливийцы сохранили свою традиционную религию и не собираются сдавать её в угоду новомодным реформаторам, даже если те рядятся в постмодернистские одёжки супер-традиционализма. Бывший глава Переходного совета Ливии Махмуд Джибриль, возглавивший победивший Либеральный блок, – профессор-политолог, получивший образование в США (впрочем, как многие идеологи и практики исламизма от Саида Куттуба до Усамы Бин Ладена). Джибриль не стеснятся обвинять исламистов в нахальстве. Он заявил: «Неужели они считают себя лучшими мусульманами, чем мы?». Такой подход рекомендуется усвоить умеренным людям повсюду, где идёт наступление религиозного фундаментализма – в России, Европе, США, на Ближнем Востоке, в Африке.

Избранные статьи автора по Ливии и Ближнему Востоку:

Ближний Восток сжигает корабли

Война в шлёпанцах: панк-революция в Ливии

Триполи в руках повстанцев. Что дальше?

На убийство Каддафи: абсолютная власть разлагает абсолютно

Ливия: в наших силах заново начать мир

Уроки гуманитарной интервенции

Ливия: кто говорит о лицемерии Запада?

Арабская весна: прошла эйфория – осталась надежда

Эффект домино на Ближнем Востоке

Это уже совсем другая Сирия

Сеть как оружие революций и контрреволюций

Арабская весна и мировое сообщество

Запад нам не поможет

Избранные статьи автора по исламизму и религиозному фундаментализму:

Почему побеждает исламизм

Важно, как победит исламизм

Футбол между христианами и салафитами

Расистский мундирчик «краха мультикультурализма»

Религиозность становится нетрадиционной

Между религиозным возрождением и демократизацией противоречий нет

За и против паранджи

Беседы о никабе с теми, кто их носит

 

  • Aleksandr

    Вернёмся, однако, к нашим баранам — к Ливии… В Ливии благополучно прошли выборы… Что ж, поживём — увидим: будут ли ливийцы подчиняться избранному им человеку… Или его власть не будет распространяться дальше правительственного квартала в Триполи… Читал, что в стране даже нет армии или полиции в общепринятом смысле слова — есть масса вооружённых людей, не желающих расставаться с оружием… Что это за страна такая, у которой нет органов принуждения? Как будут исполняться законы? Всё будут решать «региональные полевые командиры»?.. То, что там не победили исламисты, ещё не говорит о том, что страна вступит на путь поступательного развития в сторону североафриканского Кувейта или Катара… В Ливии просто не было для них почвы — в огромной стране с редким населением не оказалось своего Абд-аль-Ваххаба, а сенуситы никогда не были абсолютной силой в стране — они никогда не пользовалсиь в Ливии таким авторитетом и влиянием, как ваххабиты в Саудовской Аравии на всём протяжении её истории… До Каддафи в стране даже не было старых крупных городов, бывших центрами мусульманской учёности и мусульманской организации… Пожалуй, Ливия была «наименее исламизированная страна арабского мира» (имею в виду, что там не было достаточно сильной религиозной организации)… Вот поэтому, пожалуй, исламисты и не пользуются в такой стране достаточным влиянием в настоящее время…

    • lamerkhav

      учите материальную часть, прекрасный незнакомец. у вас со мной нет никаких баранов.
      выборы были в учредительное собрание, не в правительство.
      в выборах приняло участие более 60% избирателей, а это дает легитимацию всему делу.
      вовсе не обязательно, тобы была армия и полиция для поддержания порядка, и вовсе не факт, что армия и полиция порядок поддерживают.
      кроме ваххабитов есть еще множество других исламистских течений и групп, в том числе в ливии

  • http://www.lbk.ru/ Пумяух

    Любопытная статья. Думаю, исламисты в Ливии, всё же есть (а где их нет?), но слабоваты. Лично для меня победа либералов в Ливии явилась приятным сюрпризом.

  • Екатерина

    Какие удобные в Ливии исламисты. Когда надо — есть бородатые боевики под черными знаменами с криками аллах акбар. Когда не надо — снова вокруг одни белые и пушистые либералы в галстучках.
    Любопытно-таки, кто из них лоббировал введение полигамии? Неужто катарцы?