27 апреля 2012

Дмитрий ЖВАНИЯ. Быть против капитализма — значит, преследовать свой личный интерес

«А в чём здесь твоя выгода?» – это самый главный капиталистический вопрос. И когда кто-нибудь мне его задаёт, меня передёргивает. Я не вижу смысла отвечать на него, объясняя, что в жизни человека должна быть идея, ради которой он готов пожертвовать как минимум временем и энергией. Способностью жить ради идеи человек отличается от животного. Если я так отвечу, вопрошающий решит, что я его парю, развожу, как лоха.  

Буржуазное  общество учит нас тому, что каждое движение, каждое усилие  человека имеет свой денежный эквивалент. Для него не существует зова сердца, душевного порыва, бескорыстной ненависти. Всё продается и всё покупается. Главное – не продешевить.

Если личный интерес человека в том или ином деле не прослеживается, то  буржуазным обывателям из числа интеллигентов приходят на помощь всё объясняющие теории, вроде психоанализа. Почему Михаил Бакунин стал «апостолом анархии»? Да потому что в юности чрезмерно увлекался онанизмом, и до того додрочился, что на психической почве стал импотентом, а от импотенции до революции, до бунта против основ, сами понимаете, — один шаг. Что касается Ленина, то он, понятное дело, мстил за повешенного брата-народовольца, а месть это — особая такая форма психоза. Че Гевара невзлюбил США за то, что в молодости не добился взаимности от симпатичной американки. С точки зрения буржуазии, без выгоды для себя живут только неврастеники.

Революционерам ближе те, кто шёл освобождать «гроб Господень» от неверных, чем те, что плыли в Индию за сокровищами

Для меня капитализм – регресс по сравнению с другими формами общественного устройства. Это, конечно, не марксистский подход. Но что поделать? Существуют и другие формы революционности. Мне ближе те, кто шёл освобождать «гроб Господень» от неверных, чем те, что плыли в Индию за сокровищами. Рыцарь посвящал себя «прекрасной даме» без всякой надежды на взаимность. Не зная ничего о философии Платона, он своей жизненной практикой показывал, в чём эта философия заключается: эта дама была для него эйдесом женщины. А в буржуазном обществе заключают брачные контракты; адвокаты, ведя бракоразводные процессы, разбирают запутанные дела о совместно нажитом имуществе. И это подаётся как женская гендерная победа. На самом деле, буржуазии просто выгодно, чтобы даже такое чувство, как любовь, имело материальное выражение. «Безо всяких обиняков следует заявить, что экономика и экономический интерес как средства удовлетворения материальных потребностей, искусственно увеличиваемых сегодня, для нормального человечества всегда играли, играют и будут играть лишь подчинённую роль», – утверждал культовый «новый правый» философ Юлиус Эвола, и я согласен с этим его мнением.

Чем дальше, тем больше извлечение прибыли противоречит интересам тех, кого принято называть «простыми людьми». Европейским корпорациям выгодно переносить производственные мощности в неразвитые страны, где за тот же труд можно платить во много раз меньше, чем в Европе. И они переносят. На то, что европейские рабочие превращаются в безработных, а экономическая мощь стран «старого континента» тает, им наплевать. У пролетариев нет отечества, писал Маркс. Спорное утверждение. Но абсолютно точно то, что нет отечества у буржуазии – где деньги, там и родина.

Капитализм – это общество победившей материальности. А извечная мечта человека – над материальностью подняться.  Буржуазия не даёт осуществиться этой мечте, а пролетариат не раз пытался её воплотить. История рабочего движения — это не летопись борьбы за повышение заработной платы, а история возвышенного подвижничества и коллективного героизма. Кто думает иначе, пусть почитает побольше о Парижской коммуне, да и вообще – о рабочей Франции, о русских революциях, об испанской гражданской войне. Так что всё очень просто: быть против капитализма — значит, преследовать свой личный интерес – быть человеком.

Печатная версия опубликована в журнале «Хулиган» №94