20 декабря 2011

Дмитрий ЖВАНИЯ. Смертный грех оппозиции

Бред политического сумасшедшего – так можно охарактеризовать митинг «За честные выборы» на Пионерской площади в Санкт-Петербурге 18 декабря. Нельзя себе даже и представить, чтобы в Париже прошёл митинг, который бы собрал вместе социалистов, коммунистов, крайне левых (гошистов) и крайне правых из Национального фронта Лё Пенов. В стране, где левые издавна придерживаются подчиняются «республиканской дисциплине», это невозможно в принципе. В Италии «республиканской дисциплины» не существует, но и совместные мероприятия левых и фашистов не проходят тоже. Но в России всё возможно – любой политический оксюморон.

18 декабря правые ребята появились на Пионерской площади минут за 40 до начала митинга. Колонной они подошли со стороны станции метро «Звенигородская». Их было человек 80-100. Плотной кучкой они встали перед сценой и достали имперские – чёрно-жёлто-белые – флаги. «Перемен» требовал голос Виктора Цоя, а над площадью развевались имперские полотнища. Организаторы митинга из числа либералов пытались увещевать националистов, мол, ребята, мы договаривались, что от одной организации будет только один флаг. На что националисты отвечали: а мы подняли не партийное знамя, а флаг российской империи. В распоряжении кремлёвских телеканалов и пиарщиков теперь будут отличные картинки, как на митинге за «Честные выборы» молодёжь «кидает зиги» и кричит «Россия для русских!»

Затем со своими знамёнами подтянулись либералы из «Солидарности», «Обороны», Народно-демократического союза бывшего премьера Михаила Касьянова, люди из КПРФ… Рядом со знаменем Ингрии (сторонников отделения «Ижорской земли» от России) трепыхался флаг СССР… Всё это можно было бы принять за народное объединение – от националистов до либералов – против власти «жуликов и воров». Но нет. Всё это – типичная русская политическая нелепица. Конечно, она имеет свои корни. Ещё в 90-е годы, когда в Кремле правили бал либералы, против «банды Ельцина» сложился «красно-коричневый» альянс – союз коммунистов и национал-патриотов.

Грех КПРФ

Во многом на коммунистах и лежит вина за создание этого уродливого симбиоза под названием «народно-патриотический блок». Часто между коммунистом, а точнее – членом КПРФ, и националистом не отыскать не то что три различия, но и одно. Поскреби немного русского коммуниста, как обнаружится великодержавная держиморда. Это давно известно. Вот и сейчас лидер КПРФ Геннадий Зюганов со своего национального конька не слезает. На пресс-конференции в агентстве «Интерфакс» Зюганов много рассуждал об опасности русофобии, которая «сочится из средств массовой информации», и вновь заявил, что Советский Союз был не чем иным, как венцом 1000-летней «могучей русской государственности». По мнению Геннадия Андреевича, русские, создавая своё государство, не унизили ни одного народа, ни одной веры, ни одной культуры. Довольно спорное утверждение.

В распоряжении кремлёвских телеканалов и пиарщиков теперь будут отличные картинки, как на митинге за «Честные выборы» молодёжь «кидает зиги» и кричит «Россия для русских!»

Например, грузины до сих пор помнят, что после присоединения Грузии к России русский художник Григорий Гагарин в кафедральном Сионском соборе в Тбилиси, где хранится крест святой Нино, покрыл своими рисунками древние иверийские фрески. И это не было реставрацией, как утверждают в советской литературе. Храм Сиони был отреставрирован после опустошительного набега Ага-Мохамед-хана (1795) задолго до приезда в Тбилиси Григория Гагарина. Минай Медичи, который побывал в грузинской столице ещё в 1817-м, писал, что Сионский храм – «обширный и великолепный, разрисован внутри картинами из Библии».

Геннадий Зюганов утверждает, что русские и украинцы – один народ. Видимо, он никогда не брал в руки книги Тараса Шевченко. «Кохайтеся, чорнобоивi,/ та не з москалями, / Бо москалi – чужi люде, /Роблять лихо з вами», — писал кобзарь. Да что кобзарь! Если Зюганов утверждает такое, то он и работы Ленина не читал – иначе знал бы, что человек, который обнимает его за плечи на плакате, не уставал доказывать: Российская империя – тюрьма народов.

Но дело даже не в речах Геннадия Зюганова, а в делах КПРФ. «Взаимодействие с националистами шло и идёт по двум направлениям, — сообщил в беседе с корреспондентом «Нового смысла» бывший член КПРФ, а ныне активист движения «Аврора» Сергей Малков. — Тогда же, когда было принято решение о несовместимости членства в КПРФ и участия в движении «Аврора», было решено создать вокруг компартии народно-патриотический фронт. Среди общественных организаций, которые предлагалось включить в этот фронт, было немало таких, как, например, Национал-социалистический союз. Комментарии, наверное, излишни. Наряду с этим, когда шла борьба с Фёдоровым и его сторонниками (Владимиром Фёдоровым, бывшим руководителем петербургского отделения КПРФ, а ныне – лидером движения «Аврора» — Д.Ж.), руководство, чтобы добиться перевеса в свою сторону, провело массовый приём в партию за счёт людей из организаций националистического толка».

Вторая официальная левая партия – «Справедливая Россия» – старается с  национализмом не заигрывать. Однако в полемическом задоре «эсеры» порой делают сомнительные высказывания. Так, в передовой статье августовского номера газеты «Справедливая Россия. Петербург» (№6) содержалось утверждение, что жители Санкт-Петербурга не простят Валентине Матвиенко, помимо всего прочего, – «наплыва мигрантов». Если «Справедливая Россия» хочет развиваться в русле европейского социализма, в своей агитации ей  не следует избегать использования приёмов из крайне правого запаса. Иначе можно оказаться в одной компании с ренегатом германской социал-демократии Тило Саррацином.

Грех либералов

Однако 18 декабря на Пионерской площади члены КПРФ были в роли приглашённых. Их оратора, лидера фракции КПРФ в Законодательном собрании Санкт-Петербурга Владимира Дмитриева освистали (как и других ораторов от «системной оппозиции). Митинг организовывали либералы, которые всё ещё мечтают о российском издании «оранжевой революции». В Украине семь лет назад тоже сложился блок между либералами и националистами, которые и стали основной силой «оранжевой революции». Однако в Украине, как и в Грузии, именно по той причине, что они долгое время были окраинами империи, возможен такой феномен, как национал-либерализм, а вот в России если он и возможен, то лишь как исключение из правил, например, в лице Алексея Навального.

Разве может вызывать доверие Борис Немцов, который ещё совсем недавно призывал послать выборы на х…, а нынче пытается говорить от имени людей, у которых украли голос?

Где-то с середины 2000-х годов российские либералы, отодвинутые путинским кланом от власти и контроля над ведущими медийными ресурсами, стали испытывать наивные надежды на то, что националисты согласятся стать их пехотой. Было забавно наблюдать за тем, как «наследники Юлия Даниэля и Андрея Сахарова» облизывали «наследников Эрнста Юнгера и Отто Штрассера». Либералы называли нацболов продолжателями дела народовольцев, романтизировали их образ, мол, молодые идеалисты, фанатики, чистые и бескорыстные, голос поколения, которое жаждет свободы! А нацболы не возражали против воспевания их либералами. А зачем? Они так долго находились в информационной изоляции, что не считали глупостью отказываться от пиара в либеральных СМИ, например, в «Новой газете». Некоторые либералы, конечно, качали головами, вспоминая старый нацбольский клич: «Завершим реформы так: Сталин, Берия, ГУЛАГ!», и предлагали нацболам покаяться в «заигрываниях с тоталитаризмом». На что те предлагали либералам покаяться за то, что они сделали со страной в 90-е.

За последние годы положение мало изменилось. Либералы остаются самозванными полководцами без армий. Единственно, на что они способны в критической ситуации, это кричать, как Алексей Навальный на «баранов, ё… в рот». А националистам пересчёт голосов нужен, как рыбе зонтик. Их-то от выборов отстранили. Как и «внесистемных либералов», которые и стали внесистемными именно из-за того, что их не включили в список участников предвыборной гонки. Однако если бы они в этой гонке и участвовали, то даже при самой честной процедуре подсчёта голосов, вряд ли бы они финишировали в числе лидеров. Либералы и националисты сейчас держатся друг за друга, чтобы подмять под себя движение протеста против несправедливых выборов. Но им это не удаётся. Ибо граждане дальше требования пересчёта голосов не идут, считая, что всё остальное – от лукавого. Разве может вызывать доверие Борис Немцов, который ещё совсем недавно призывал послать выборы на х…, а нынче пытается говорить от имени людей, у которых украли голос? Понятно, что и для либералов, и для националистов нынешние протесты – это лишь среда для реализации собственных проектов. Пока участники митингов терпят их. Но своими лидерами их не считают. Как не видят они лидеров в лице представителей парламентской оппозиции.

Грех парламентаризма

Системная левая оппозиция в лице КПРФ и «Справедливой России» могла встать во главе протеста. В Петербурге вновь заявить о себе как об оппозиционной силе могла и партия «Яблоко», где она показала весьма хороший результат, даже если судить по официальным данным. Но системные партии сами отказались от лидерства в движении протеста. Они очень боялись, что власть наклеит на них ярлык экстремистов или «проводников оранжевого сценария». И в первые дни отделывались лишь публичными указаниями на подлоги, совершённые чиновниками разного уровня в ходе подсчёта голосов. И власть, видя их нерешительность, на уступки не пошла. Сейчас, когда стало понятно, что власть отказывается от пересчёта голосов, даже частичного, представители системной оппозиции стали появляться на митингах. А их принимают холодно, как бы упрекая: «А где вы раньше были?! Мы же за вас голосовали…»

Движение протеста осталось без руководства: внесистемным силам граждане не доверяют, так как подозревают, что их суета вызвана желанием заявить о себе, нежели стремлением добиться отмены итогов голосования 4 декабря, а системная оппозиция свой шанс упустила и теперь ходит на чужие митинги, терпя унижения

КПРФ провозгласила, что честные выборы отныне – это национальная идея России. «Справедливая Россия» заявляет, что не признаёт результаты выборов в петербургское Законодательное собрание. («Яблоко» в Петербурге в последнее время напоминает о себе редко, так как в принципе всем довольно – они получили в городском парламенте фракцию из шести человек, о чём до выборов и не мечтали.) Но момент упущен. Причём для того, чтобы его не упустить, чтобы не потерять доверие граждан, не нужно было призывать их идти на баррикады (граждане бы и не пошли, массы пока ещё не так радикально настроены) или заявлять о сдаче мандатов. Для поддержания низовой мобилизации граждан им достаточно было просто обозначить поэтапный и всем понятный план действий. Но он этого не сделали. И пусть теперь кусают локти.

Так или иначе, движение протеста осталось без руководства: внесистемным силам граждане не доверяют, так как подозревают, что их суета вызвана желанием заявить о себе, нежели стремлением добиться отмены итогов голосования 4 декабря, а системная оппозиция свой шанс упустила и теперь ходит на чужие митинги, терпя унижения. В Петербурге популярность системной оппозиции упала и после того, как «единоросс» Вячеслав Макаров (на территории, от которой он избирался, были зафиксированы массовые фальсификации) стал председателем Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Его кандидатура нашла одобрение  30 депутатов. Естественно предположить, что за него проголосовали 20 «единороссов» и пять депутатов от ЛДПР, а также перебежчик из «Справедливой России» Вадим Ларионов. Итого — 26. Значит, за одиозного «единоросса» отдали свой голос ещё четыре депутата из оппозиции. Кто эти люди? В очередной раз приходится убедиться в депутатской продажности, а также вновь и вновь вспомнить слова Жоржа Сореля: «Раз внимание сосредоточено на выборах, приходится подчиниться известным общим условиям, которые неустранимым образом выдвигаются для всех партий во всех странах и во все времена: когда господствует убеждение, что будущность мира зависит от избирательных программ, от соглашений, заключённых между влиятельными лицами, и от торговли собой, то тут уже нельзя считаться с моральными препятствиями, не позволяющими человеку идти туда, куда влечёт его несомненный его интерес» («Размышления о насилии», 1907).

Грех левачества

Митинг 18 декабря на Пионерской площади в Санкт-Петербурге превратился в некое подобие политической ярмарки. Каждый мог заявить о себе. И леваки тоже. Правда, организаторы мероприятия – либералы и нацболы – не дали слово представителям внепарламентских левых. Обещали – но не дали. Леваки могли вместе возмутиться, например, прорваться к трибуне и потребовать выполнения обещания. Но они не стали этого делать, да и не могли они этого сделать. Ибо о чём бы говорил их представитель с трибуны? Крайне левые за две недели так и не и выработали общей позиции по поводу того, что предлагать людям, возмущённым фактом подмены итогов голосования. Наши леваки настолько умны, что из них просто бьёт фонтан идей, которые, правда, к проблеме выборов отношения почти не имеют. Причём каждая группа имеет свой рецепт спасения российского общества от ужасов капитализма, полагая, что этот рецепт актуален в любое время.

Крайне левые за две недели так и не и выработали общей позиции по поводу того, что предлагать людям, возмущённым фактом подмены итогов голосования

На митинге анархисты, когда надо и не надо, заряжали: «Одно решение – самоуправление!», троцкисты и их союзники кричали о власти миллионов. Каждая группа пришла со своей листовкой, были и те, кто не поленился напечатать целый бюллетень – ведь надо людей просвещать. Со стороны это выглядело так, будто левые активисты дорвались до публики и спешат показать себя во всей красе. Но порой получалось это весьма истерично. На самом деле, глупо кричать «Власть миллионам, а не миллионерам!», когда тебя поддерживает десяток голосов. А ведь ситуация требовала противостояния с нацистами: пусть не силового (вряд ли бы оно закончилось успешно, учитывая уровень спортивной подготовки большинства крайне левых активистов), но голосового.

А представители системной левой оппозиции, видя перед собой участников «русского марша»,  наоборот,  должны были отказаться от слова. Французская социалистка Мартин Обри никогда бы не стала держать речь перед наследниками эсесовской дивизии «Шарлемань». Вот и Оксане Дмитриевой не нужно выступать на митинге, где собрались поклонники «дедушки Адольфа». Было бы здорово, если бы системные левые поставили перед организаторами митинга ультиматум: либо удалите нацистов, либо развлекайте их сами. Левых ораторов поддержали бы простые граждане, которые пришли на митинг не за тем, чтобы любоваться имперскими знамёнами. «Конечно, провокации крайне правых политических движений не могут не расстраивать: они развернули десятки своих флагов. Они освистывали выступающих и вели себя крайне нагло», — записал в своём блоге один из участников митинга.

«Звон набата, который раздаётся – это не сигнал тревоги, а призыв к борьбе с врагами отечества. Чтобы победить их, нужна смелость, смелость и ещё раз смелость», — заявил один из лидеров Великой Французской революции Жорж Жак Дантон в сентябре 1792 года. Конечно, среди тех, кто сегодня протестует в России, смелых людей немало. Но нет Дантона.

  • Владимир Соловейчик

    Робеспьер, Сен-Жюст и Кутон тоже пока, к сожалению, не просматриваются. Не говоря уж о Марате… Всё больше продажные шабо да базиры вперемежку с жирондистскими краснобаями…

  • Альфредо

    ага, а в 1794 г. Дантон ехал на плаху под конвоем и, проезжая мимо дома Робеспьера, кричал ему: «Максимиллиан. я жду тея!»