21 октября 2011

Дмитрий ЖВАНИЯ. Отчуждённое убийство Каддафи

Масс-медиа преподнесли почти две новости одновременно: о том, что Карла Бруни, жена Николя Саркози, разрешилась от бремени, родив главе Франции дочку,  и о том, что в Ливии убили Муаммара Каддафи. Наверное, это приятно — в 56 лет стать отцом. Но, без всякого сомнения, в 69 лет погибнуть в бою — это очень почётно.

Кадры расправы над Каддафи вызывают отвращение, как и все остальные проявления победы количества над качеством. Старика с окровавленной, разбитой головой куда-то волочет орущая толпа. Каддафи спокоен, понимая, что обречён, а, может быть, он контужен, а вокруг почему-то истошно вопят: «Аллах акбар!». Этой вопящей стае надо благодарить не Аллаха, а лётчика НАТО, поразившего ракетой кортеж полковника. Им надо благодарить счастливого папашу Николя Саркози, одного из инициаторов «гуманитарной интервенции» НАТО в Ливию, который в этот момент находится очень далеко от места драмы. Может быть, в то самое время, когда «силы демократии» добивали Каддафи, Сарко сидел рядом с женой, гладя её ручку: «Держись, любимая. Спасибо за дочь». А Каддафи умирал, зная, что его сыновья отправились на тот свет раньше его. Для любого отца, любого родителя это трагедия — уйти из мира позже своего ребёнка.

Я занимался в спортзале, когда на экранах, висящих там, начали транслировать кадры из Ливии. По «Евроньюс» вначале показали окровавленное тело Каддафи, потом радующихся людей под флагами ливийской монархии, а затем – архивные кадры, на которых запечатлена жизнь Каддафи: вот он — молодой офицер, лидер ливийской революции, в окружении соратников, таких же молодых, как и он, они только что победили, их переполняют надежды, вся жизнь впереди; вот он — выступает перед ликующим народом, вот он — принимает парад, чеканят шаг десантники; вот он — уже пожилой, в берберском балдахине коричневого цвета принимает Тони Блэра, жмёт руку Николя Саркози, стоит рядом с Дмитрием Медведевым… Так проходит слава мира. Конечно, нельзя судить о событиях по телерепортажам. Но ведь откуда-то взялись эти толпы, радующиеся смерти диктатора. Где эти люди были раньше?

Может быть, в то самое время, когда «силы демократии» добивали Каддафи, Сарко сидел рядом с женой, гладя её ручку: «Держись, любимая. Спасибо за дочь»

В августе 1991 года я, как и мои товарищи по «Революционным пролетарским ячейкам», не хотел победы ГКЧП, мы по мере сил и способностей оказывали сопротивление «путчистам». Но мне было противно наблюдать за тем, как 21 августа беснующаяся толпа сносила памятник Феликсу Дзержинскому на Лубянской площади в Москве.  «Каковы бы ни были чувства толпы, хорошие или дурные, характерными их чертами являются односторонность и преувеличение. В этом отношении, как и во многих других, индивид в толпе приближается к примитивным существам, — отмечал Густав Ле Бон. — Не замечая оттенков, он воспринимает всё впечатления гуртом и не знает никаких переходов. В толпе преувеличение чувства обусловливается ещё и тем, что это самое чувство, распространяется очень быстро посредством внушения и заразы, вызывает всеобщее одобрение, которое и содействует в значительной степени увеличению его силы. Односторонность и преувеличение чувств толпы ведут к тому, что она не ведает ни сомнений, ни колебаний. Как женщина, толпа всегда впадает в крайности. Высказанное подозрение тотчас превращается в неоспоримую очевидность. Чувство антипатии и неодобрения, едва зарождающиеся в отдельном индивиде, в толпе тотчас же превращаются у него в самую свирепую ненависть. Сила чувств толпы ещё более увеличивается отсутствием ответственности, особенно в толпе разнокалиберной. Уверенность в безнаказанности, тем более сильная, чем многочисленнее толпа, и сознание значительного, хотя и временного, могущества, доставляемого численностью, даёт возможность скопищам людей проявлять такие чувства и совершать такие действия, которые невозможны для отдельного человека. В толпе дурак, невежда и завистник освобождаются от сознания своего ничтожества и бессилия, заменяющегося у них сознанием грубой силы, преходящей, но безмерной».

Последние минуты жизни Муаммара Каддафи

Нынешние кадры из Ливии – лишнее подтверждение правоты Ле Бона.

Но толпа вела себя, как описывает Ле Бон, и во времена крестовых походов. А вот поведение политиков со времён «мрачного Средневековья» сильно изменилось. В те далёкие века политик, желая наказать другой народ или другого политика, садился на коня и во главе армии, закованной в латы, шёл в поход. Сейчас так никто не делает. Достаточно просто распорядиться, отдать приказ и оставаться за тридевять земель от места боевых действий   Сегодняшние «короли» убивают на расстоянии. Честной схватки никто из них не хочет. Не то чтобы они трусы (хотя наверняка не без этого), им просто в голову не придёт идея личного участия в войне. Ритуальные посещения действующей армии президентами – лишь подчёркивают этот факт. В былые времена Николя Саркози, сын венгерского дворянина и внук еврейского врача, глотал бы вместе со своими солдатами пыль ливийской пустыни, а не вытирал бы пот со лба жены-роженицы, бывшей фотомодели. Нет, Саркози не погибнет, как воин – как Муаммар Каддафи. Его ждёт старость привилегированного европейского пенсионера. В вельветовых штанах он будет совершать вечерние прогулки, а рядом будет крутиться маленькая дочка, задавая извечные детские вопросы.

Анвар Садат (слева), Муаммар Каддафи (в центре) и Хафез Асад (справа) скрепляют печатью договор о создании Федерации Арабских Республик, Бенгази, 1971 год

Сама война давно превратилась в производственный процесс. «Современная война в воздухе следует принципам современного автоматизированного производства, в котором инженеры и врачи полностью отчуждены от своего труда, — отмечал Эрих Фромм. — В соответствии  с общим планом производства и управления они выполняют технические задания, не видя конечного продукта. Но даже если они видят готовую продукцию, она их прямо не касается, они за неё не отвечают, она лежит вне сферы их ответственности. От них никто не ждёт, что они спросят, что несёт эта продукция – пользу или вред. Это решают управляющие… Для инженера, как и для пилота, достаточно того, что он получает готовое решение управляющих, и никто не думает, что он может в нём усомниться».  Тот пилот НАТО, который атаковал кортеж Каддафи, просто действовал по инструкции. Он увидел цель и поразил её, а потом улетел. Ничего личного! Над раненным, а затем убитым Каддафи глумились совсем другие люди, которые более близки к природе, чем меткий пилот.

Владимир Путин и Муаммар Каддафи, 2008 год

Но что поражает во всей этой истории, так это реакция людей, защищённых со всех сторон, на смерть человека, с которым они ещё не так давно обнимались и обменивались рукопожатиями. Госсекретарь США Хиллари Клинтон, получив смс о гибели Каддафи, радостно воскликнула: «Wow!» («Ух ты!»). Как будто ей показали что-то забавное. Например, Монику Левински с густой бородой и эрегированным членом. Президент  Дмитрий Медведев, узнав о пленении Каддафи от голландского премьера Марка Рютте, заявил: «Новость — прекрасная».  «Правда, сказал он это относительно информации о пленении Каддафи, но до его гибели», — уточняют российские СМИ. Как будто Медведев не понимал, чем закончится пленение Каддафи. Дмитрий Медведев – очень маленький мужчина. Его, видимо, никогда не били сверстники. Он не служил в армии. И он не знает, что значит, когда тебя, и без того раненого, избивают, как Каддафи. Хотя что можно ждать от человека, который любит «Black Sabbath»?

Президент Дмитрий Медведев, узнав о пленении Каддафи от голландского премьера Марка Рютте, заявил: «Новость – прекрасная»

В 69 лет Каддафи погиб от пули. «Агентство Reuters сообщило, что его конвой пытался бежать из осаждённого Сирта, когда по нему нанёс удар то ли самолёт, то ли вертолёт НАТО, и во время этого удара якобы погибли многие, если не большинство членов его (Каддафи) свиты. Потрясённый и окровавленный Каддафи после этого спрятался в дренажной трубе с выжившими охранниками, и прятался там до тех пор, пока его не нашли бойцы, имеющие отношение к временным властям. … Он был ранен в руку, а потом, когда бойцы несли его в «скорую», разразилась ожесточённая перестрелка между воюющими сторонами. Каддафи был убит в этой перестрелке…». Это — версия временного премьер-министра Ливии Махмуда Джабриля.

Сумма контрактов, подписанных в ходе переговоров между Муаммаром Каддафи и Николя Саркози в декабре 2007 года в Париже, сам французский президент оценивал в 10 млрд

Но даже по этой версии Каддафи ушёл из жизни вполне достойно. А вот как уйдут из жизни его победители? Пока же страны-участники ливийской войны выстроились в очередь на распределение природных богатств «освобождённой» страны. На 29,5 млрд. баррелей нефти и 1,6 трлн. кубометров природного газа претендуют страны, активно участвовавшие в военной операции: США, Италия, Великобритания, Франция и Катар. Эксперт журнала Foreign Policy Джон Дали считает, что большая часть «нефтяного пирога» достанется Франции. По словам Дали, ещё в апреле один из глав НПС обещал французам 35% нефти в обмен на поддержку оппозиции. Среди прочих претендентов на «наследство Каддафи» числятся итальянская ENI, американские и канадские компании Marathon, ConocoPhillips, Hess, Occidental и Suncor, прекратившие работу в Ливии в начале военных действий, бразильская Petrobras. Пока одни орут «Аллах акбар», глотая пыль, другие уже делят барыши. Я совсем не поклонник Каддафи. Но те, кто его убили, намного хуже его. И для чего они его убили, теперь всем очевидно.

  • Генри

    Black Sabbath тут точно ни при чём.

  • Alex

    Ребята всё уже давно поделено, теперь за Сирию возьмутся, нефть затмевает всем мораль, совесть и человеческое достоинство. А человеку так мало для жизни надо…!
    Муаммар добился для своей страны многого, Ливия импортировала воду, представляете какие деньги потеряли американцы когда Кадаффи нашел источник и построил огромные водозаборы обеспечив всю страну БЕСПЛАТНОЙ водой, кто не покупается тот объявляется врагом народа и публично уничтожается…