7 марта 2013

Спасибо, команданте!

Руслан КОСТЮК, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета

Кончина Уго Чавеса вряд ли могла оставить безучастной хоть кого-то среди тех, кто считает себя левыми

Кончина Уго Чавеса вряд ли могла оставить безучастной хоть кого-то среди тех, кто считает себя левыми

Кончина Уго Чавеса вряд ли могла оставить безучастной хоть кого-то среди тех, кто считает себя левыми. Миллионы венесуэльцев и жителей других стран нашей планеты оплакивают человека, с именем которого связывались завоевания Боливарианской революции.

Корреспондент парижской «Либерасьон» приводит слова одного учителя, произнесённые в день смерти команданте Чавеса в Каракасе: «У меня разбито сердце, как если бы я потерял отца или сына». И это не пафос, ведь миллионам простых венесуэльцев есть за что благодарить своего почившего президента, являвшегося для венесуэльской нации подлинным национальным лидером. Но есть за что благодарить усопшего и нам, людям левых взглядов, проживающих за тысячи миль от далёкой Венесуэлы….

В первую очередь, наверное, за надежду. За то, что в условиях тотальной гегемонии неолиберализма, всевластия капитала и приватизационных волн в одной южноамериканской стране к власти пришёл человек, который не только на словах, но ин на деле показал: да, левая политика возможна, она реализуема. Когда благодаря множеству социальных программ начала как шагреневая кожа сокращаться бедность и безработица, когда сотни тысяч и миллионы венесуэльцев приобрели человеческое достоинство, когда мы воочию увидели, что рабочий контроль и демократия участия на низовом уровне не являются отправленными в архивную пыль терминами, люди во всём мире поняли: да, «социализм XXI века» (кстати, и этому слогану мы обязаны прежде всего ушедшему от нас венесуэльскому президенту!) – не миф, а отдалённая страна в Западном полушарии стала той самой «лабораторией социализма XXI века». Как-то выступая перед рабочей аудиторией, Уго Чавес сказал: «Я играю в лагере трудящихся». Возможно, для русского уха сказано премудро, фривольно. Но он и в самом деле играл на стороне трудящихся, потому что все решения социального и экономического плана были направлены в Венесуэле, прежде всего, на улучшение положения эксплуатируемых народных масс.

Уго Чавес также показал, что левая внешняя политика также не является лишь теоретическим посылом. Когда он обличал и сопротивлялся империалистическому диктату, «бодался» в ООН с Бушем, когда продвигал от имени своей страны латиноамериканскую интеграцию и укреплял авторитет Венесуэлы в Южной Америке, когда подвергал критике действия Израиля на Ближнем Востоке, протестовал против американской политики по отношению к развивающимся странам, Чавес-президент действовал во имя более справедливых и равноправных международных отношений. Его проект, Боливарианская альтернатива для народов Америк показывает, что иная международная политика возможна, что не только капиталистическая выгода способна объединять страны и народы.

А сколь прекрасна выглядела мечта Чавеса о создании Пятого Интернационала, подлинно социалистического международного объединения, альтернативного насквозь прогнившему Социнтерну? При жизни команданте эта идея, увы, не воплотилась, но это отнюдь не значит, что в будущем идея Уго Чавеса не реализуется.

Студенты-краснорубашечники, сторонники Уго Чавеса

Студенты-краснорубашечники, сторонники Уго Чавеса

Никто из нас сегодня не знает, что будет с «наследием Чавеса», с судьбой Боливарианской революции и будущим южноамериканского «социалистического полюса». Было ли оправдано решение Чавеса биться до конца, и в состоянии тяжёлой, как оказалось неизлечимой болезни, участвовать в президентской баталии 2012 года, чтобы даже не успеть принять президентскую присягу, – или это оказалось громадной тактической ошибкой Чавеса и чавизма. Мы узнаем об этом, вероятно, через месяц, когда Венесуэле пройдут новые президентские выборы.

Но одно мы знаем точно: всю свою жизнь, всю свою политическую деятельность Чавес работал для и во благо народа. И народ никогда не забудет этого. Как сказал тот же учитель из Каракаса: «Команданте нет больше физически с нами, но он оставил нам свою мысль и лидерство». Чависты в Каракасе скандируют: «Народ, Чавес, революция продолжается!» И это внушает надежду; ведь говорят, что «нет у революции конца».

Ну а человек, даже если он народный лидер и суперпопулист, всё же смертен. И кубинские медики не всесильны. И вот, ровно через 60 лет после смерти И. В. Сталина, в другой мир ушёл Уго Чавес Фриас. Я не сравниваю ни личности, ни «социализмы», я лишь констатирую. 5 марта, кто ж теперь усомнится, теперь становится для левого антикапиталистического движения каким-то мистическим днём, датой-роком. Но это, так размышления вслух.

СПАСИБО, КОМАНДАНТЕ!

  • НП

    Отличная статья!
    Всё правильно.
    В венесуэльских блогах — и правых, и левых — до 5 марта ругались, ёрничали, критиковали частности… Вдруг всё, пошла серьёзная аналитика. Шок очистил тексты от шелухи.
    В январе 2012 «Эль Паис» и др. серьёзные источники писали, что Чавес принял решение бросить лечение (врачи требовали неск.часов в день)и полностью сосредоточиться на президентской кампании. Без него, против такого талантливого соперника как Энрике Каприлес смогли бы чависты победить? Вряд ли. Думаю, что решение баллотироваться было единственно верным.

  • Юрий Бобров

    Присоединяюсь к высказанному выше. Но хочу отметить одну черту Чавеса,почему-то ускользнувшую из анализа: Чавес говорил и действовал ,постоянно ссылаясь на Христа и его заповеди. Религия и священники в Латинской Америке играли и играют важнейшую роль в левом движении, беря из христианства идею справедливости. Россия в 1917 году имела контрреволюционную церковь.Путь Чавеса для Ленина был поэтому невозможен.