16 февраля 2011

Эх, хвост-чешуя – вот концепция Кремля

Валерия СТРЕЛЬНИКОВА

Кремлёвские аналитики прогнозируют «реформирование» нижней палаты парламента, предполагающее снижение доли партии власти среди депутатов Госдумы (сейчас у единороссов 315 мест) и, наоборот, увеличение числа мандатов для «Справедливой России». Наряду с этим обсуждается и запасной план: трёхпартийная Дума, во главе которой, само собой, по-прежнему будет стоять правящая партия, а придатком к ней станут две условно-оппозиционные фракции. Якобы выбрать между этими двумя вариантами должен будет либо Владимир Путин, либо Дмитрий Медведев – в зависимости от того, кто из них выдвинется кандидатом в президенты.

Какой будет конфигурация будущей Государственной думы, пока не ясно

Первая концепция, которую журналисты уже окрестили «двухголовой», не подразумевает иного напарника для «Единой России», кроме справедливороссов. Щедрые прогнозисты охотно дают «младшей партии власти» чуть ли не сотню мандатов, в то время как «медведи», согласно этому же прогнозу, могут потерять до 65 мест и конституционное большинство в парламенте. В случае же, если будет принято решение разыгрывать сценарий трёхпартийной Думы, то «Справедливая Россия», напротив, может оказаться не у дел и получить ничтожное количество голосов.

Если верить информации, вброшенной в СМИ, нынешний президент страны, по одной версии, склоняется ко второму варианту развития событий, по другой версии – вообще против существования в России партии власти (впрочем, это, скорее, из области фантастики). Что касается премьера, то опять-таки, согласно информации, циркулирующей в СМИ и в сети, Путин, безусловно, предпочтёт вариант симбиоза ЕР и СР. Хотя справедливости ради следует отметить, что нынешний премьер-министр вовсе не так уж предсказуем, как кому-то хотелось бы, и способен многих удивить.

Но, так или иначе, полсотни мандатов туда – полсотни сюда… Возникает вопрос: неужели выборы и впрямь настолько контролируемы, что можно заранее с таким размахом распределять места и выстраивать пропорции? Или, если что-то не уложится в заранее рассчитанную схему, можно будет внести коррективы уже постфактум: кто-то уйдёт, кто-то придёт? С другой стороны, не может же одна партия, даже самая дисциплинированная, по указке сверху жертвовать свои мандаты в пользу другой?

А, может быть, это вообще черный пиар, направленный против «Справедливой России»? Ведь по всему выходит, что эсеры — запасной бронепоезд партии власти. И создание такого реноме «Справедливой России», которая в последнее время атакует власть и «Единую Россию» на всех фронтах, может ей только повредить. Кроме того, не понизит ли вброс такой информации явку на выборы? Ведь получается, что голосуй – не голосуй, а на выходе – либо та, либо эта «концепция»?

Артель аналитиков обратилась за комментариями к экспертам.

Станислав Белковский, президент Института национальной стратегии (Москва): «Рейтинг «Единой России» падает, и Путин уже не воспринимается как национальный лидер».


— Ничего принципиально нового здесь нет. Собственно, концепция двухпартийной системы, как ориентира, к которому должна двигаться политическая система России, была одобрена Владимиром Путиным ещё в 2006 году. Естественно, кремлёвская доктрина не может предполагать наличие реальной оппозиции. Предполагалось, что должна быть единая правая партия – это «Единая Россия», и единая левая – «Справедливая Россия», которая, в соответствии с этим замыслом, на условиях Кремля должна была поглотить коммунистическую партию. Этот проект не реализован до сих пор: справедливороссам не удалось поглотить КПРФ из-за того, что сам Кремль был не слишком последователен в поддержке «Справедливой России». На выборах 2007 года значительная часть кремлёвских ресурсов, координируемых Владиславом Сурковым, была направлена против эсеров, а не «за». В результате «Справедливая Россия» выступила хуже коммунистов (сегодня у СР  — 38 мандатов, у КПРФ – 57.  — Ред.), и об объединении левых на основе эсеров речи уже не шло.

Так что, повторюсь, в самой постановке вопроса нового ничего нет. Другое дело, что популярность «Единой России» падает, это объективно, и, возможно, единороссам не удастся обеспечить себе конституционное большинство в парламенте. И чтобы заранее преподнести это как собственный замысел (а не как результат падения  рейтинга партии), власть вбрасывает историю о том, что она якобы сама хочет ослабить ЕР и усилить СР.

Не думаю, что «Справедливой России» это повредит. Народ, по моей оценке, и так понимает, что «Справедливая Россия» — в определённой степени кремлёвская партия, да и КПРФ не является антикремлёвской партией в чистом виде. Сегодня в Думе не представлены партии, которые были бы особо самостоятельны и независимы от Кремля…

Кремль, как мне кажется, будет стремиться сохранить нынешнюю конфигурацию в Государственной думе, он нацелен на статус-кво. Но это может не получиться. И чтобы преподнести любой сложившийся де-факто расклад как плод своих усилий, а не провал, они вбрасывают подобную информацию.

Если говорить о якобы «трёхпартийной» модели, то никаких новых условно-оппозиционных партий в Госдуме Кремлём не планируется. ЕР и СР – это две ноги Кремля, а «оппозиционеры» — это традиционно КПРФ и ЛДПР, никаких других претендентов на эти роли нет. Если ЛДПР специально не мочить, то она, конечно, пройдёт в парламент.

Подытоживая, замечу: в любом случае «натянуть» две трети мандатов «Единой России» будет гораздо сложнее, чем четыре года назад. Тем более что и Путин, я считаю, уже не воспринимается как национальный лидер. По крайней мере, он уже не вызывает такого прилива эмоций, как раньше.

Явка на выборы, вне всякого сомнения, будет невысокой. Но не из-за тех или иных информационных вбросов. Причиной тому – общая апатия и скептицизм россиян в отношении, как возможности выбирать власть (ясно, что голосование ни на что не влияет), так и оценки Государственной думы, как органа власти. То есть, с одной стороны, мы не можем реально формировать парламент, потому что всё равно за нас «посчитают». С другой стороны, даже если бы мы могли его сформировать, — то, что от него зависит?

Низкая явка – это проблема для Кремля, и, пожалуй, главная. Вместе с тем, это создаёт широчайший простор для манипуляций – ведь бюллетень, который не взял избиратель, вбросить за нужные партии гораздо легче.

Геннадий Гудков, депутат Государственной Думы (фракция «Справедливая Россия»), заместитель председателя комитета ГД по безопасности: «Кремлёвские аналитики прогнозируют усиление оппозиционных партий».


— То, что «Единая Россия» будет терять позиции, это совершенно очевидно. Чтобы этого не случилось, нужно пойти на слишком большие злоупотребления и фальсификации. Я думаю, все прекрасно понимают, что ситуация в обществе нагнетается. И сейчас, чем меньше будет проблем у власти, в том числе и от конструктивной оппозиции, тем лучше.

Непонятна конструкция: что значит «двухголовая партия власти»? У нашей партии с «Единой Россией» нет партнёрских отношений. У нас есть достаточно жёсткое противостояние и в Государственной Думе, и на региональных выборах. Это не говорит о том, что у нас нет контактов на каком-то личном, рабочем уровне. Но то, что мы разные в политическом плане, что мы оппоненты – это вне всякого сомнения. Более того, в ряде регионов партия «Справедливая Россия» объявлена главной политической мишенью, например, в том же Подмосковье. В некоторых регионах часть партий науськиваются на СР правящей партией. Поэтому единороссам будет крайне сложно с нами договариваться, — если это не будет на принципах объективности и честности.

Мы заинтересованы в повышении явки на выборы, мы заинтересованы в реальной политической борьбе, в реальной политической интриге. При низкой явке мы проигрываем. В ближайшее время мы будем ставить серьёзно вопрос о политических дебатах. Они у нас исчезли как класс! Все передачи, ток-шоу политического плана по большому счёту сегодня закрыты…

Никаких игр в поддавки с нашей стороны точно не будет. Мы рассчитываем, как минимум, удвоить число членов «Справедливой России» в парламенте. Мы считаем, что нынешняя Дума оказалась бесполезна для народа, по причине того, что де-факто она однопартийная. Все три остальные фракции могут уйти — а Дума будет продолжать работать и даже принимать конституционные законы. Такого нет ни в одном парламенте мира, по крайней мере, ни в одной цивилизованной приличной стране!

Мы не хотим заниматься имитацией политического противостояния, все будет всерьёз. Нашему лидеру (лидер партии СР, глава Совета Федерации Сергей Миронов. – Ред.), конечно, крайне сложно действовать в этой ситуации, поскольку его история отношений с руководством страны такая долгая, по-человечески он многим обязан тому же Владимиру Владимировичу Путину… Тем не менее, борьба есть борьба, и она диктует свои правила. Помимо Миронова в нашей партии есть очень много людей, которые настроены решительно. И это лучше, чем борьба на улицах! Вот что должна понять наша власть. Если не будет борьбы в политике, будет борьба на улицах – а это опасно для страны.

«Единая Россия» по большому счёту сегодня имеет крайне слабую аргументацию. Именно поэтому она не идёт на открытую полемику, и, естественно, она не сможет получить то превосходящее преимущество, которое она имела в 2007-м году, благодаря тому, что список кандидатов возглавил лично Путин. Теперь такого уже не будет. Они, видимо, считаются с реалиями. И я вполне допускаю, что их аналитики прогнозируют усиление партии «Справедливая Россия», других оппозиционных партий и снижение числа мест, которые получит «Единая Россия». А мы со своей стороны сделаем всё, чтобы эти прогнозы сбылись. И приложением к ЕР мы не будем, это точно.