17 декабря 2010

Беспорядки 11-15 декабря: кто виноват и что делать?

Валерия ВАСИЛЬЕВА

Небывалые по размаху беспорядки на этнической почве закончились в Москве задержанием более 1300 человек, изъятием 16 травматических пистолетов, более 200 ножей, большого количества молотков и бейсбольных бит. В ходе столкновений между группами агрессивной молодёжи в разных концах столицы пострадали от 30 до 40 человек, многим из которых понадобилась госпитализация. На Сенной площади в Петербурге задержали 80 человек: кавказцев и русских националистов.

Эти, собранные из разных информационных источников, сухие факты выглядят гораздо чётче и яснее комментариев политиков, которые объясняют произошедшее. По сути, отвечая на самый очевидный и важный для общества вопрос «Что происходит?», представители власти и оппозиции сводят всё к спору на совсем другую тему — «Правильно вели себя правоохранительные органы или нет?». Так, президент Дмитрий Медведев одобрил действия правоохранительных органов по предотвращению массовых беспорядков в Москве, написав в своем микроблоге Twitter: «Милиция в Москве действовала профессионально».

15 декабря у Киевского вокзала в Москве

Затем, на совещании в Рязани о дополнительных мерах по обеспечению правопорядка, президент велел жестоко пресекать «все несанкционированные митинги, демонстрации и пикеты, даже посвященные вполне безобидным или мемориальным мероприятиям», а их участников «подвергать безусловному задержанию». «События последних дней показали, что несанкционированные митинги могут приобретать радикальную направленность, нарушать права и свободы граждан, угрожать в массовом порядке жизни и безопасности людей», — сказал президент. Зачинщиков и участников беспорядков, по словам главы государства, «необходимо установить всех поимённо, использовать записи видеокамер, свидетельские показания, другие доказательства». «Погромы, драки, вандализм — всё это преступления. Подчёркиваю, это не административные правонарушения, а преступления. Их участники должны сидеть в тюрьме. Их нужно сажать, а не воспитывать. Воспитание применимо к другим лицам. Ответственность за такие действия должна быть уголовной, а не административной», — заявил он.

К Киевскому вокзалу приходили девушки, чтобы посмотреть, как будут "бить хачей"

А оппозиция в лице Гарри Каспарова, Бориса Немцова, Ильи Яшина и других, ранее приняла заявление «О беспорядках в Москве», в котором ответственность за случившееся возлагает на непрофессиональные действия милиции. «Беспорядки начались после того, как правоохранительные органы освободили из-под стражи лиц, подозреваемых в убийстве (Егора Свиридова). Мы считаем, что причины освобождения этих лиц кроются в коррумпированности правоохранительных органов. Именно коррупция и беззаконие спровоцировали беспорядки в Москве», — говорится в заявлении. В ответ на это, первый замглавы администрации президента Владислав Сурков в событиях 11-15 декабря обвинил непосредственно оппозиционеров – организаторов акций на Триумфальной площади в защиту 31-й статьи Конституции. «Это ведь как бы «либеральная» публика упорно вводит в моду несанкционированные акции, а нацисты и жлобы этой моде следуют. 11-е происходит от 31-го! – заявил Владислав Сурков. — А ещё до погрома на Манежной был погром в Химках, если кто забыл… Другие люди, а жлобство то же!».

15 декабря на Сенной площади в Петербурге

Наконец, сегодня премьер-министр РФ Владимир Путин прокомментировал вопросы россиян относительно обострившихся межэтнических отношений в стране в рамках прямого эфира «Разговор с Владимиром Путиным». Не касаясь возможных причин и виновников агрессивных массовых выступлений, он заявил, что «любые националистические настроения со всех сторон надо пресекать. Порядок должен быть, и государство его должно поддерживать!». И в этом смысле действия правоохранительных органов Путин одобряет: «Нужно помнить, что они выполняют важнейшие функции! Иначе либералам придется бородёнку-то сбрить, надеть каски и идти самим воевать с радикалами на площадях!» — закончил премьер, тоже явно намекая на ранее сделанные заявления оппозиции.

15 декабря на Сенной площади в Петербурге

Итак, официально ответа на вопрос о том, что же происходит с националистическими процессами в России, мы не получили. Вторую важную проблему – «Что теперь делать?» — премьер-министр Путин предлагает решать так: «Надо избавить от страха выходцев из всех регионов… И здесь большая роль принадлежит региональным органам власти, общественным организациям. Но главное – все люди России должны осознать, что мы дети одной страны и вести себя соответствующим образом, чтобы кавказцы не боялись выходить на улицы Москвы, а русские не боялись жить на Кавказе… Россия изначально складывалась как многонациональная и многоконфессиональная… У нас страна восточного христианства, православия, и некоторые теоретики говорят, что оно во многом ближе к исламу, чем даже к католикам. Я не хочу оценивать, насколько справедливо такое утверждение, но у нас выработалась за столетия определённая культура взаимодействия».

15 декабря на Сенной площади в Петербурге

Артель аналитиков попросила экспертов дать толкование этим тезисам и предсказать возможное развитие событий.

Владимир Прибыловский, президент информационно-исследовательского центра: «Возможно, мы на пороге гражданской войны».

— Видимо, политика Кремля все последние годы велась таким образом, чтобы от любого конфликта, который возникает или который самим Кремлём создаётся, извлекать тактические успехи для власти. При этом то, что всё это может иметь плохие последствия в дальнейшем, что это может быть хорошая тактика, но плохая политика — всё это Кремль ставил за скобки, забывал или намеренно пренебрегал. И политика вытаптывания всех политических сил, в том числе националистических, но более-менее умеренных, привела к тому, что мы видим на улицах. Потому что все вытоптать невозможно. Вытоптать более-менее цивилизованные формы идеологии. Я либерал, но считаю, что и национализм должен присутствовать, но в парламентских, цивилизованных формах. В цивилизованных формах его наличие возможно, когда в стране демократия или хотя бы есть элементы демократии, и есть возможность проводить свои идеи демократическим путем без насилия. На самом деле какой-нибудь Ле Пен во Франции ничем особенно не лучше какого-нибудь Баркашова, но он там вынужден действовать в цивилизованных рамках. А у нас вытаптывается всё, а дикие формы и национализма, и коммунизма, и сепаратизма, и даже либерализма — они такое вытаптывание выдерживают. Потому что, когда в стране преследуются нормальный федерализм, когда население не хочет уходить из общего государства, но хочет как можно больше решать само и когда такой федерализм вытаптывается, то появляется сепаратизм и терроризм. Когда вытаптывается религиозное инакомыслие, то появляется не просто ислам, а исламский террорист, и так далее. Так вот, если  политика Кремля за то, чтобы сохранить свою власть на ближайшие год-два, три-пять лет — то она очень эффективна. Но в результате выходит то, что получается сейчас — мы, может быть, вообще находимся на грани гражданской войны и распада государства.

15 декабря у Киевского вокзала в Москве

И накануне 11 числа никакой разумности в поведении со стороны властей не было, и тут закономерно задать вопрос — а что же было 11 числа? Неумелость, полное фиаско, непрофессионализм или провокация? Конечно, некоторые вещи были похожи на провокацию. Те самые люди, которых Сурков пестовал как «Наших», сторонников Путина и так далее — эти самые люди участвовали в подстрекательстве к действиям на Манежной площади. И то, что было накануне 11 числа — это, как минимум, полный провал политики, а, может, и провокация тоже. Потом, после того, что произошло 11-12 числа вроде бы и власти спохватились. Но дело в том, что маятник-то начал уже раскачиваться! И теперь его остановить сложновато. И предсказывать, что будет дальше довольно сложно. Предсказания вообще вещь неблагодарная. Что-то будет зависеть от действий властей. По крайней мере, в Москве, в Питере, —  можно напрячься и проконтролировать. А вот сумеет ли власть проконтролировать возникший потенциал ненависти в национальных регионах — это уже вопрос не только умения и политики властей, настолько все это раскачено. Я лично давно уже считаю, что Чечня отвалится от России; это было ясно уже 91-92-м годах. Что вместе с ней отвалится Ингушетия — это было ясно уже в году 93-м, и что Дагестан — тоже отрезанный ломоть, стало понятно несколько лет тому назад. И всё потому, что так ведет себя власть. А вот отвалится ли весь Северный Кавказ? Он не может отвалится, даже Дагестан не может просто так это сделать — без крови. В Ингушетии уже нет русских, поэтому теоретически её можно отделить безболезненно. И Чечню — там вся боль уже состоялась. И опять-таки русских там уже нет, тоже можно от неё отказаться безболезненно. А вот с Дагестаном всё гораздо сложнее. Там достаточно много русских, и достаточно много кавказцев, которые понимают, что им будет плохо, если там воцарится что-то другое, потому что там не может установиться какой-то однонациональный режим. Там будет хаос. Какие-то силы будут бороться за исламский режим, какие-то за национальный, да и русских там много. Значит, образованные местные будут вместе с русскими сопротивляться отделению. То есть Дагестан, скорее всего, отделится, но по итогам кровавой гражданской войны. Соседние Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкессия – тут пока ещё непонятно, будут отделяться или нет, но если будут, то это точно не будет простое отделение, это будет отделение с резнёй. Вот это, на мой взгляд, один из наиболее вероятных сценариев. И не факт, что изменение политики в сторону разумной уже может оставить эти процессы, уже поздно. Может быть, с  Татарией, в которой население фифти-фифти, с Башкирией, где три этнические группы в разных отношениях между собой — ещё не поздно. Но если вести ту политику, как сейчас, то и эти регионы, где ещё можно ожидать благоприятного развития событий, где половина браков межнациональные, тоже отвалятся. Ведь если в Москве начинают бить татар и кричать, что «Россия для русских», то в Казани тоже будет лозунг «Татария для татар». Но это ещё можно остановить. Насчет Кавказа — не уверен.

15 декабря на Сенной площади в Петербурге

А вот сегодняшние заявления Путина и Суркова — это реализация плана представить волнения националистов, фанатов и других участников столпотворения как единственную альтернативу полудикаторскому режиму в России. Тем самым получается, что есть или МЫ — Кремль, или фашисты, или кавказские экстремисты. С одной стороны, я думаю, это обращение не столько к внутренней оппозиции, к либералам, так как внутренняя оппозиция слаба, это скорее обращение к Западу, мол, нечего нас критиковать. Или критикуйте, но не применяйте санкции, не отнимайте наши деньги из ваших банков и из наших банков, потому что если не мы, то вы видите, какая альтернатива. Да у нас так вся политика построена с 1993 года. Или Ельцин, пусть пьяный, но демократ, или страшный, страшный Баркашов. 1996 год — опять-таки, на выбор: или умирающий Ельцин, или «фашист» Зюганов. И Путин в этом смысле ничего нового не изобрёл, эта политика просто сейчас продолжается. И возможность таких эксцессов возрастает. Потому что всё не может находиться под полным контролем власти. Им удалось предотвратить какие-то там массовые побоища. Но, тем не менее, убийства были, как минимум два, но и всё контролировать нельзя. Это можно на начальной стадии контролировать, а сейчас у событий есть уже своя собственная логика, которая вполне может привести к распаду. Хотя сам распад страны меня мало волнует, меня волнует, что всё это может привести к массовым побоищам. Россия будет распадаться не по прибалтийскому сценарию, относительно мирно, без особых проблем, без массового побоища, хотя есть и униженные русские в Прибалтике, но русские там отстоят свои права. А Россия будет распадаться  по сценарию Грузии, Азербайджана, по среднеазиатским сценариям, с гражданской войной. В принципе наша власть довела до этого края.

Юлия Латынина, журналист, ведущая программы «Код доступа» на радиостанции «Эхо Москвы»: «На седьмом году «стабильности» мы хлебнули то, что хлебнули».

— Что касается высказывания Путина по поводу близости нашего православия к исламу, я считаю, что это сильное высказывание для руководителя страны, которая довольно сильно чувствует на себе кавказский фашизм и которая сильно чувствует на себе исламский фашизм. Потому что это заявление произошло практически в день убийства муфтия Кабардино-Балкарии Анаса Пшихачева. Но, мне кажется, что это не совсем удачно, когда, после волнений, связанных с тем, что отпустили убийц русского мальчика кавказцами, Владимир Путин делает открытие, что оказывается православие ближе к исламу, чем к католицизму. Я уже в ожидании того, что по этому поводу скажут православные идеологи, ну и католические, и так далее. Я не знала, например, что православие не считает Иисуса Христа богом, а считает его одним из пророков. Я не считала, что православие предполагает, что женщина должна носить паранджу и что у мужчины может быть 4 жены. Я не знала, что православие предполагает, что свидетельство женщины равно половине свидетельства мужчины. Я не знала, что православие считает Мухаммеда пророком, причем пророком, завершающим ряд пророков. Я не знала, что Коран входит в число священных книг для православных священников. Это выглядит как заискивание перед исламом. Это выглядит как заискивание перед мусульманами. Как заискивание перед исламским Кавказом. Россия может быть многонациональным государством. Но Российская Империя никогда не строилась на заискивании перед Кавказом, она строилась на покорении Кавказа. Я не могу себе представить, чтобы император Александр II заявил, что православие ближе к исламу, чем к католицизму. А господин Сурков после избиения Кашина поехал искать защиту и поддержку в Чечню. 22 октября он прибежал в Чечню, и там на встрече с чеченскими активистами он сказал: «Красивый мы все-таки народ». Также я хочу напомнить, что руководителем погрома на Манежной оказался Вася Киллер, он же Василий Степанов, он руководил захватом бункера национал-большевиков в 2005-м. Известен связями с «нашистами». Еще один руководитель, которого там схватили, это Валерий Заборовский, член «России молодой», лидером которой является сидящий в Думе Максим Ищенко. И, я думаю, что причина, по которой люди вышли на площадь, заключается в отсутствии государства. Потому что когда в государстве не работают законы, народ превращается в банды.

15 декабря у Киевского вокзала в Москве

Банда — это единственный способ стать не объектом, а субъектом Российской Федерации. И государства не в смысле государства, которое может любого ограбить и убить, а в смысле государства, которое может обеспечить гражданину защиту его жизни и имущества. Такого государства в России не существует. А это основная причина погромов. Я также хочу напомнить, что в 2003 году, когда арестовывали Ходорковского, ничего подобного быть не могло. Вот нам говорят, что Путин обеспечил стабильность. Вот на седьмом году «обеспеченной стабильности» мы хлебаем то, что хлебаем. И третье, что бы я хотела добавить, это то, что те лозунги, которые кричала толпа, очень близки к тем лозунгам, которые внушают на Селигере. Задача господина Суркова — легитимизация путинского режима. Режима, который ворует и убивает. Этот режим очень трудно легитимизировать, сказать, что мы строим коммунизм или ещё как-то. Этот режим можно легитимизировать только с помощью фашистских лозунгов. «Мы русские, а, значит, мы правы. И Запад нас не любит». И, собственно, это делалось на Селигере. Только там был такой фашизм-лайт. Люди, которые имеют счета на Западе, и сами ездят на Запад, на Селигере внушали, что Запад нас не любит. Они думали, что это такая весёлая игра. А «быдло» начало к игре относится всерьёз. «Быдло» вспомнило, что Запад нас не любит, и что русские — значит, лучшие. И вот у нас всё это наступило. А поскольку отсутствие государства прогрессирует, то подобного рода событий становится всё больше, потому что народ понял, что насилие везде, в системе. И я бы обратила внимание на то, что у нас существует два вида фашизма — фашизм кавказский и российский.

15 декабря на Сенной площади в Петербурге

И фашизм кавказский — это тоже некое самостоятельное движение, которое базируется на родоплеменной структуре общества и которое очень серьёзно. Более того, если есть отличие между фашизмом кавказским и фашизмом российским, то оно заключается в том, что в России общество всё-таки не готово поощрять фашизм, за исключением персонажей, выступающих на Селигере. А на Кавказе представления о том, что раз я кавказец, значит, я лучший, а неверных и иноверных можно убивать, органично достаточно для большей части населения. И мы видим даже, что Путин заигрывает с этой ситуацией, когда он говорит, что православие ближе к исламу. И это очень тревожный знак. Потому что мы видим даже капитуляцию Путина перед настроениями, царящими на Кавказе. И что уж тут говорить о каких-то бедных ментах, которые берут бабки и отпускают убийцу, когда съезжаются к отделению милиции иноверцы московские.