14 октября 2016

Эмиль ПУЖЕ: «Кто хочет быть потребителем, тот должен стать производителем»

Работа «Основы синдикализма». Продолжение

Соглашение для жизни / Основа общественной жизни.

Эмиль Пуже (1860-1931)

Эмиль Пуже (1860-1931)

Обзор с исторической точки зрения доказывает, что рабочее синдикальное движение является логическим следствием борьбы рабочего класса; теперь мы попытаемся сделать оценку этого движения с философской и социальной точки зрения.

Рассматривая вопрос о том, что такое представляет собою человек, мы должны признать прежде всего, что человек — общественное животное. Он не может жить обособленно от других людей, и история доказывает, что он обособленной жизнью никогда и не жил. Как бы ни были дики первобытные люди, они всё-таки жили группами и обществами.

Неверно, как это утверждал философ Жан-Жак Руссо, теоретик демократического рабства, что человек до своего соединения в общество, жил в «естественном состоянии» и мог выйти из него, только отказавшись путём «социального договора» от части своих естественных прав. Этот взгляд разделялся многими буржуазными революционерами в эпоху 1789 — 93 годов, и он же стал юридической основой тех государственных учреждений, которые нас теперь давят.

Человек — общественное животное. Он не может жить обособленно от других людей.

Как бы ни были ложны теории Руссо, они дают всё-таки философское обоснование принципу Власти, и Руссо вполне справедливо считается теоретическим выразителем буржуазных интересов. Вот почему буржуазия сделала принципы философии Жан- Жака Руссо своими, и она высказала их в знаменитой «Декларации прав человека и гражданина».

Точно также неверна и теория дарвинистов, проповедующих, что человеческое общество представляет поле битвы и что закон борьбы за существование есть единственный закон, управляющий жизнью людей. Эта теория настолько же отвратительна, насколько и ложна; она придаёт оттенок научности самой грубой эксплуатации и как бы оправдывает её с научной точки зрения.

Дарвинизм объясняет, что эксплуататор — это сильный и наиболее приспособленный человек, а эксплуатируемый — слабый, сделавшийся таким благодаря целому ряду естественных условий. Слабый человек должен неизбежно погибнуть или быть в подчинении у сильного, таков закон природы.

Неверно, как это утверждал философ Жан-Жак Руссо, теоретик демократического рабства, что человек до своего соединения в общество, жил в «естественном состоянии» и мог выйти из него, только отказавшись путём «социального договора» от части своих естественных прав.

Эта теория могла иметь успех в нашем обществе только благодаря произвольному и ложному толкованию дарвиновских идей. Дарвинисты упустили из вида то, что Дарвин говорил о борьбе за существование, главным образом, между животными разных родов. Но борьба за существование между существами одного и того же рода или вида -уродливое явление, и если бы эта борьба была единственным и нормальным законом человеческих обществ, то человечество никогда не достигло бы той ступени развития, на которой оно теперь находится.

Если мы внимательно будем изучать жизнь людей, на какой бы они ступени развития ни находились, то мы увидим, что не борьба и не вражда способствовала сохранению и совершенствованию человеческого рода, а взаимная помощь и поддержка. (О роли и значении взаимной помощи в жизни людей и животных см. в высшей степени интересную книгу П. А. Кропоткина «Взаимная Помощь как фактор эволюции».)

Если бы в глубокой древности люди не объединялись бы между собою, то они никогда не вышли бы из животного или дикого состояния. Общественная жизнь является для человека не только необходимым условием прогресса, но также и необходимым условием его индивидуального развития.

Общественная жизнь является для человека не только необходимым условием прогресса, но также и необходимым условием его индивидуального развития.

Общественная жизнь или — соглашение для жизни — нисколько не ограничивает личность человека, но, наоборот, является средством для развития и роста индивидуальной мощи и благосостояния.

Беспристрастное исследование реальных условий жизни приводит нас к отрицанию теорий, созданных буржуазными учёными; эти теории имеют только одно назначение: оправдать эксплуатацию народных масс.

Действительно, несмотря на свои теоретические различия, обе доктрины (демократическая Ж. Ж. Руссо в конце восемнадцатого века и буржуазный дарвинизм девятнадцатого) приходят к одному заключению: они проповедуют необходимость самоограничения и сужения свободы личности.

Обе эти теории утверждают, что человек, живя в обществе, должен принести в жертву Власти и собственности часть своих естественных прав, потому что сама общественная жизнь требует, чтобы все личности, входящие в состав данного общества урезали свою свободу в пользу других.

Если бы теория борьбы за существование каждого против всех была бы верна, то прогресс был бы невозможен, так как жизнь превратилась бы в постоянную борьбу разорённых зверей…

Но это лживое утверждение не выдерживает никакой критики. Если бы теория борьбы за существование каждого против всех была бы верна, то прогресс был бы невозможен, так как жизнь превратилась бы в постоянную борьбу разорённых зверей, и человек-зверь не имел бы другого способа удовлетворить свои нужды, как только истребляя себе подобных; это была бы постоянная борьба, война, и безграничная жестокость.

Однако, несмотря на все эти неверные теории, представляющие общество, как поле битвы, в жизни всё-таки существует прогресс, и идея солидарности развивается.

Это объясняется тем, что общественные инстинкты побеждают в человеке индивидуалистические стремления. Многие говорят, что прогрессу общественной жизни содействовало Государство, вмешательство которого в жизнь людей было умиротворяющим и облагораживающим. Но это совершенно не верно. «Порядок», созданный государством, состоял только в подавлении и угнетении в пользу привилегированного меньшинства народных масс, которым не переставали внушать, что отречение от части своих естественных прав является необходимым условием социальной жизни.

Благодетельная сила принципа солидарности и объединения для поддержания жизни была сильнее всех парализующих сил и гнёта паразитического меньшинства. Вот почему человеческое общество, несмотря на все войны, гнёт и насилия, все-таки прогрессирует!

Но буржуазному определению свободы, оправдывающему рабство и нужду, необходимо противопоставить другую формулу, которая действительно выражала бы социальную истину; эта формула такова: свобода каждого человека увеличивается с расширением свободы других.

Только признавая эту формулу, мы и сможем объяснить прогрессивное развитие человеческих обществ. Благодетельная сила принципа солидарности и объединения для поддержания жизни была сильнее всех парализующих сил и гнёта паразитического меньшинства. Вот почему человеческое общество, несмотря на все войны, гнёт и насилия, все-таки прогрессирует!

В наших интересах проникнуться и усвоить вышеприведённую формулу свободы, чтобы сделаться непримиримыми противниками буржуазных измышлений, и чтобы, наконец понять, что слово общество выражает собою прогрессивный фактор в истории человечества и означает соглашение людей для борьбы с природой с целью поддержания своей жизни.

Буржуазному определению свободы, оправдывающему рабство и нужду, необходимо противопоставить другую формулу, которая действительно выражала бы социальную истину; эта формула такова: свобода каждого человека увеличивается с расширением свободы других.

Слово общество — значит союз, ассоциация, это собрание или объединение личностей, составляющих его; у него нет независимой, собственной жизни вне этих личностей, следовательно, не может быть и речи о преследовании какого-либо другого общественного блага, чем личное счастье человеческих существ, составляющих общество.

Соединение людей по их производственным занятиям / Основная ячейка общества

Если соглашение или союз для борьбы за существование и объединение для поддержания жизни мы признаём общественной основой, то из этого мы должны будем сделать вывод, что строение общества должно быть основано на группировках, а чтобы отдельная личность могла беспрепятственно развиваться, необходимо, что форма группировок вполне отвечала экономическим функциям.

Эти функции выражаются в двух формах:

— потребительной;

— производительной.

Кто хочет быть потребителем, тот должен стать производителем. Таков нормальный экономический процесс.

Потребитель. Человек должен иметь возможность быть потребителем и удовлетворять свои потребности в пределах возможности. Потребление является мерилом социального развития; чем оно полнее для каждого, тем выше уровень благосостояния общества.

Кто хочет быть потребителем, тот должен стать производителем. Таков нормальный экономический процесс.

Необходимо, чтобы в современном обществе потребление было организовано на этих основах. В настоящее время потребление человека стесняется и ограничивается тысячами различных мер, которые могут быть устранены или обойдены только при помощи денег. А так как распоряжение «деньгами» находится, главным образом, в руках Государства и правящих классов, то эти классы только одни и потребляют в полной мере. Напротив, рабочий, создающий богатства и делающий годными к употреблению естественные продукты, не имеет возможности, за недостатком денег, удовлетворять нормальным образом свои потребности.

Этот факт является чудовищной несправедливостью несправедливо и безнравственно, чтобы люди, исключая детей, стариков и больных, могли потреблять, ничего не производя. Несправедливо, с другой стороны, чтобы люди, создающие предметы потребления, были лишены возможности их потребления.

Производитель. Производитель, т. е. человек, производящий годные продукты для потребления, выполняет основную органическую функцию, благодаря которой может жить и развиваться каждое общество.

Производитель основа всей экономической жизни и союз производителей является основной и естественной ячейкой общества.

Производители одних и тех же предметов потребления, то есть люди, работающие в одной и той же отрасли промышленности или занимающиеся одним и тем же ремеслом, неизбежно, самой жизнью, сближаются друг с другом и, таким образом, устанавливаются первые узы солидарности и увеличивается общественная связь между людьми.

Производитель основа всей экономической жизни и союз производителей является основной и естественной ячейкой общества.

Такое естественное объединение производителей воплотилось в жизни в группировках по производствам, которые и являются краеугольным камнем общества. Ни один союз не представляет столь необходимой и естественной организации, как производственный. Все союзы другого рода играют в общественной жизни второстепенную роль, только союз производителей, создающих предметы и продукты, благодаря которым люди поддерживают свою жизнь, необходимо является основным ядром экономической организации общества.

Сходство экономических интересов и общность стремлений между производителями, объединенными одной и той отраслью труда, и профессией никогда так ясно не сознавалась, как теперь. Это объясняется тем, что никогда ещё экономическое развитие не достигало такой резкой определённости, как в наше время. Кроме этого, в древности и в Средние века, когда люди жили пастушескими и охотничьими племенами, в обществе не было резких различий между людьми. Даже позднее, когда люди стали заниматься земледелием и промышленностью, то очень долгое время семья составляла основное ядро экономической жизни. Каждая семья производила, в большинстве случаев, все предметы, необходимые для потребления своих членов.

В настоящее же время условия экономической жизни совершенно другие. Теперь семья утратила свой характер основной экономической ячейки общества. Капиталистический способ производства при помощи машин и усовершенствованных орудий производства резко отделил процесс производства от потребления и большинство рабочих заняты теперь очень часто изготовлением только какой-нибудь сотой части какого-либо предмета потребления. Производство нисколько не считается с нормальными требованиями потребления, а управляющие производством капиталисты стремятся только к одному — как бы возможно больше получить пользы.

Ни один союз не представляет столь необходимой и естественной организации, как производственный. Все союзы другого рода играют в общественной жизни второстепенную роль, только союз производителей, создающих предметы и продукты, благодаря которым люди поддерживают свою жизнь, необходимо является основным ядром экономической организации общества.

Вследствие этого капиталистам совершенно не желательно какое- либо вмешательство или контроль в дело производства рабочих.

Рабочие им нужны только как «рабочие руки». Вот почему уже в эпоху

Великой Революции буржуазия, ставшая у власти, пыталась разбить стремление трудящихся масс к объединению и, чтобы лишить производителей всякого влияния в области производства, она поспешила разрушить и уничтожить все профессиональные и ремесленные объединения, которые допускал королевский режим. В интересах буржуазии и капиталистического производства важно было, чтобы рабочие и производители не были объединены, а представляли бы разрозненную человеческую массу, где происходит индивидуальная борьба за существование, т. е. борьба за кусок хлеба, за возможность трудиться.

Чтобы не дать возможности возродиться снова союзам производителей на экономической почве, буржуазное государство противопоставило узам действительной трудовой солидарности, вытекающей из действительных интересов и потребностей человека, фиктивные связи, исходящие из так называемых демократизма и гражданственности. Религия, бывшая до того времени могущественным орудием для подавления народных стремлений к экономическому благосостоянию, теперь была оставлена либеральной буржуазией как негодное и устаревшее средство. Нужно было найти другие приёмы управления народом, более соответствующие духу времени, и нужно было изобрести другие суеверия, которые помогли бы правящим классам удержать, трудящиеся массы в подчинении. Такими суевериями сделались в девятнадцатом столетии догмат демократии, т. е. учение о «господстве народа», а вместо прежней церковной религии была создана новая светская религия патриотизма. От рабочих масс стали требовать отречения от их прав не во имя церковного бога, а во имя «отечества», блага родины.

Продолжение следует

Начало работы «Основы синдикализма» / «Профессиональный союз является органической клеткой всякого общества»

Читайте также:

Эмиль ПУЖЕ: «Синдикат не руководствуется эгоистическими целями»

Алексей БОРОВОЙ: «В синдикализме рабочий — творец»

Юбер ЛАГАРДЕЛЬ. Интеллигенция и синдикализм

Алексей ЭТМАНОВ: «Профсоюза вне политики не бывает»

Дмитрий ТРУДОВОЙ: «Активист профсоюза должен быть безбашенным»