16 августа 2013

Юджин ДЕБС. Революция

Юджин Дебс (1855 — 1926) — рабочий активист и талантливый пропагандист, популяризатор социалистических идей в Соединенных Штатах Америки рубежа XIX–XX веков

Юджин Дебс (1855 — 1926) — американский рабочий активист и талантливый пропагандист

Это первый и единственный Международный День Труда. Он принадлежит рабочему классу и посвящён Революции.

Сегодня порабощённые во всём мире жадно ловят глоток свежего воздуха во время долгого и утомительного пути, останавливаются на минуту прочистить лёгкие и издать восторженный крик, празднуют в радостном товариществе свою будущую Свободу.

Все славят Майский День Труда!
День пролетарского протеста,
День суровой решимости,
День благородной надежды,
Выше поднимайте кроваво-красное Знамя Революции
в этот день!
Знамя людей труда,
Знамя, единственное Знамя Свободы.

Рабство, даже самое низменное — немое и отчаявшееся, как может показаться — всё ещё имеет свою волю к борьбе. Её можно сломить, но она не угаснет. Заковывайте рабов в цепи, сколько угодно, о, хозяева, доводите их до звериного состояния, всё равно, даже мёртвые, в душе они всегда будут требовать свободы!

Современные рабы сделали великое открытие: освободить себя они смогут только сами. Это секрет их солидарности, сердце их надежды, вдохновение, которое придаёт сталь их жилам.

Они все еще в ярме, но больше не забиты;
Больше не валяются в ногах,
А стоят прямо, как мужчины.
Уверенные в своей растущей силе, они тянутся к руке,
протянутой из будущего.

Как порабощение рабочего класса, так и движение за его освобождение имеет международный характер.

Сегодня рабы приветствуют друг друга на разных языках, и это приветствие гремит по всему миру.

Миллионы, наконец-то, пробуждаются. Они страдали долгие годы, испив чашу горечи до дна.

В конце концов, лимит истории исчерпан и скоро новое солнце взойдёт над миром.

Красный — цвет течения жизни человеческого общества и символ общего родства.

Тираны отрицают его, боятся, трясутся в ярости и злобе при его виде.

Мы подтверждаем это и сегодня ещё раз подтверждаем нашу верность до гробовой доски кроваво-красному Знамени Революции.
Социалистический привет всем нашим братьям-рабочим! Мы приветствуем богоподобных людей сильной воли в России, упорно марширующих в пасти дьявола с Песней Революции в устах, перемежаемой предсмертными хрипами. Мы приветствуем рабочих Востока, Запада и всех островов мира!

ДА ЗДРАВСТВУЕТ РЕВОЛЮЦИЯ!

Самое героическое слово на свете — Революция.

Оно будоражит и волнует, ободряет и вдохновляет. Тираны и оппортунисты боятся его, но угнетённые радостно его приветствуют. Трон качается, когда звучит это пылающее слово, но в лачугах оно, как хлеб для голодающих и надежда для отчаявшихся.

Сегодня восславим революции прошлого и поприветствуем грядущую Революцию, которая сделает все дни года майскими днями мира для множества сыновей и дочерей трудового народа.

Именно в Революции находил источник вдохновения Марк Твен. Его бессмертие обеспечено как минимум этим великолепным посвящением Французской Революции:

«…Навеки памятная и благословенная революция, которая одной кровавой волной смыла тысячелетие подобных мерзостей и взыскала древний долг — полкапли крови за каждую бочку её, выжатую медленными пытками из народа в течение тысячелетия неправды, позора и мук, каких не сыскать и в аду. Нужно помнить и не забывать, что было два “царства террора”: во время одного — убийства совершались в горячке страстей, во время другого — хладнокровно и обдуманно; одно длилось несколько месяцев, другое — тысячу лет; одно стоило жизни десятку тысяч человек, другое — сотне миллионов. Но нас почему-то ужасает первый, наименьший, так сказать минутный террор; а между тем, что такое ужас мгновенной смерти под топором по сравнению с медленным умиранием в течение всей жизни от голода, холода, оскорблений, жестокости и сердечной муки? Что такое мгновенная смерть от молнии по сравнению с медленной смертью на костре? Все жертвы того красного террора, по поводу которых нас так усердно учили проливать слёзы и ужасаться, могли бы поместиться на одном городском кладбище; но вся Франция не могла бы вместить жертв того древнего и подлинного террора, несказанно более горького и страшного; однако никто никогда не учил нас понимать весь ужас его и трепетать от жалости к его жертвам…»

Первая публикация: 27 апреля 1907, New York Worker