10 ноября 2017

100 лет назад в России началась Гражданская война

100 лет назад Петроград озарил первый всполох жуткой Гражданской войны: сторонники Октябрьского переворота потопили в крови восстание юнкеров

После Октябрьского переворота, 29 октября (11 ноября) 1917 года, юнкера (курсанты военных училищ) приняли участие в общегородском антибольшевистском восстании, организованном Комитетом спасения Родины и Революции, который возглавляли правые социалисты-революционеры (эсеры) и их сторонники.

Комитет спасения Родины и Революции

После захвата власти большевиками большинство полковых комитетов всё ещё сохраняло нейтралитет. В частности, солдаты Преображенского, Семёновского, Измайловского, Егерского, Московского, Гренадёрского и Финляндского запасных полков воздержались 25 октября от открытого выступления на стороне большевиков.

Центром восстания стал Инженерный замок, а основной вооружённой силой — размещавшиеся в нём юнкера Николаевского инженерного училища.

«Данное обстоятельство, а также слухи о том, что к Петрограду приближаются части 3-го конного корпуса под командованием генерала Петра Краснова, вдохнули в представителей законных властей Петрограда, первоначально совершенно растерявшихся, надежду на то, что начать сопротивление захватчикам власти вполне реально. Действовать необходимо было решительно, ибо каждый день давал большевикам, сформировавшим нелегитимную структуру под названием Совет Народных Комиссаров (СНК), новые возможности распространить своё влияние на деморализованные части гарнизона. Первым шагом к антибольшевицкому выступлению внутри Петрограда стало экстренное образование на базе штаба Петроградского военного округа и Петроградской городской Думы Всероссийского Комитета Спасения Родины и Революции (КС), во главе которого стояли сторонники партии социалистов-революционеров, в частности полковник Георгий Полковников. 27 октября появилось воззвание КС с призывом подчиняться ему как представителю законной власти, а также органам местного самоуправления — районным комитетам общественной безопасности. Через день газета «Воля народа», принадлежавшая партии социалистов-революционеров, поместила приказ министра-председателя Александра Керенского войскам Петроградского гарнизона о неподчинении приказам большевицкого ВРК.

Руководившие подготовкой восстания полковник Полковников и подполковник Михаил Хартулари намеревались при помощи юнкеров Николаевского инженерного училища занять Инженерный (Михайловский) замок, телефонную станцию на Большой Морской и важнейшие объекты во 2-м городском районе (бывшие Спасская и Казанская части Петербурга), чтобы затем установить контроль над центром города и дожидаться помощи казаков Краснова. Планировалось также восстание военных училищ на Петроградской стороне».

Перед началом восстания от лица КС и городской Думы были срочно составлены специальные воззвания к студентам и юнкерам Петрограда и провинции, приказ войскам Петроградского гарнизона о неподчинении большевицкому ВРК, воззвание к матросам Балтийского флота, рабочим и солдатам, а также специальное постановление, содержавшее программу восстания. Публиковавшие эти документы уже во время восстания газеты, принадлежавшие исключительно эсерам, тиражировали один и тот же отчаянный призыв: «Большевики губят Россию! Все на борьбу против них! Граждане! Объединяйтесь вокруг единственного представителя революционной демократии, Комитета Спасения Родины и Революции».

Документ содержал следующие слова: «В целях воссоздания революционного порядка и противодействия братоубийственной гражданской войне, Всероссийский Комитет Спасения Родины и Революции постановляет:

1. Вступить в переговоры с Временным Советом Российской Республики и Центральным Комитетом социалистических партий, представленных в Комитете, об организации демократической власти, обеспечивающей:

а) быструю ликвидацию большевицкой авантюры методами, гарантирующими интересы демократии;

б) решительное подавление всех контрреволюции оных попыток и погромов;

в) принятие всех мер к тому, чтобы Учредительное Собрание было собрано в установленный срок;

г) энергичную внешнюю политику путём предложения союзникам заявить о своей готовности немедленно приступить к переговорам для достижения мира на началах, отвергающих политическое или экономическое угнетение какой-либо из воюющих стран, а также активную оборону страны до тех пор, пока ей будут угрожать внешние враги;

д) проведение закона о передаче помещичьих земель в ведение земельных комитетов.

1. Обратиться к Военно-Революционному комитету с требованием немедленно сложить оружие, отказаться от захваченной власти и призвать шедшие за ним войска к подчинению распоряжениям Комитета Спасения Родины и Революции».

Господа юнкера

Центром восстания стал Инженерный замок, а основной вооружённой силой — размещавшиеся в нём юнкера Николаевского инженерного училища. Смещённый большевиками командующий Петроградским военным округом эсер Полковников объявил себя командующим «войсками спасения» и своим приказом запретил частям округа исполнять приказы Военно-революционного комитета (ВРК), который организовал захват власти большевиками.

Юнкера отчаянно сражались. Особенно упорное сопротивление оказало Владимирское военное училище, где погибло с обеих сторон до 200 человек, в ходе штурма применялась артиллерия.

На какое-то время восставшим удалось захватить телефонную станцию и отключить Смольный, арестовать часть комиссаров ВРК и начать разоружение красногвардейцев. Однако основная масса войск Петроградского гарнизона к восстанию не присоединилась. Уже к 11 часам 29 октября силы ВРК отбили телефонную станцию и превосходящими силами окружили Инженерный замок. Окончательно выступление было подавлено к утру 30 октября.

Параллельно силы ВРК заблокировали ряд юнкерских училищ в Петрограде. Юнкера отчаянно сражались. Особенно упорное сопротивление оказало Владимирское военное училище, где погибло с обеих сторон до 200 человек, в ходе штурма применялась артиллерия.

Около четырёх часов утра юнкера Владимирского училища разоружили караул, охранявший училище, арестовали комиссаров Военно-революционного комитета. После девяти часов утра воинские части, поддерживающие большевиков, пошли в атаку на училище. Юнкера отбивались около шести часов, несмотря на артиллерийский обстрел здания и подавляющий численный перевес нападавших. Метким огнём они уничтожили орудийный расчёт, ведший огонь со стороны Малой Разночинной улицы. Тогда орудие было передислоцировано на угол Большой Порховской и Большой Гребецкой улиц (ныне угол Чкаловского проспекта и Пионерской улицы) и стало обстреливать боковую часть здания.

Писатель и журналист Яков Окунев в очерках «Дни переворота» так описывал бой у Владимирского училища, свидетелем которого он стал: «Задолго до рассвета посыпалась частая пулемётная стрельба. Казалось, что стреляют в двух шагах от угла Введенской и Большого, где я живу. Весь дом, встревоженный выстрелами, проснулся и высыпал на улицу. Темно. По-утреннему зябко. Стоит сырая мгла… Сворачиваю на Рыбацкую и выбираюсь на Малый проспект. Здесь совсем жутко. Улица совершенно пуста. Одинокие тени мечутся в воротах. Что-то щёлкает по плитам противоположного тротуара. Это шальные, залетевшие пули… Вот и Гребецкая. Она вся занята войсками, и туда не пробраться. В неверном свете фонарей видно, как солдаты хлопочут вокруг чего-то длинного и тяжёлого, с громом передвигают его, устанавливают. Это пушка. Здесь выстрелы ярки и отчётливы. Точно раз за разом рвут крепкие полотнища. Сверху сыплются, как орешки, пули, скользят по камню, отскакивают, бьют о жесть крыш и о водосточные трубы… Осаждающие ложатся на мокрую мостовую и с винтовками наперевес ползут к тёмному зданию. Оно молчит. Кажется, что там уже нет никого, но когда осаждающие подползают к тротуару, из училища сыплется внезапный пулемётный град… Невдалеке присел на корточки матрос. Он странно как-то хлюпает горлом:

— Хлю, хлю!

Потом медленно ложится на тротуар животом и начинает царапать ногтями камень. Это не дальше чем в двух шагах от меня. Я вижу его совсем опрокинутое от страданий лицо, слышу это ужасное хлюпанье:

— Хлю, хлю!

Изо рта его выбегает чёрная струйка, пальцы царапают чаше и чаще скользкий камень. Надо подойти, помочь ему, но гадкий страх за себя не даёт сдвинуться с места. Кругом барабанят пули… Матрос приподымает голову, опускает её, тяжело стукнувшись о камень. И замирает… жутко!»

Юнкера, оборонявшие в Петрограде телефонную станцию, израсходовали почти все боеприпасы к четырём часам дня 29 октября, и им ничего не оставалось, как покинуть этот обороняемый объект. Броневик Комитета Спасения, прикрывавший станцию пулемётным огнем, попытался прорваться через группы атакующих к Исаакиевской площади, на набережную Невы. Однако на площади заглох мотор, матросы выволокли командовавшего броневиком подпоручика и членов экипажа из машины и сразу убили их.

Юнкера Владимирского училища продолжали сопротивляться даже тогда, когда восстание в других частях города, включая штаб восстания — Николаевское инженерное училище (Михайловский замок), было подавлено.

«Юнкера устроили из столов, тюфяков и сундуков хорошие защиты у окон и сквозь оставленные амбразуры успешно отстреливались от осаждающих. В нижних этажах училища все двери были забаррикадированы и у ворот стояли группы юнкеров, готовых штыками отразить вдесятеро сильнейшего противника», — описывает бой очевидец.

Месть за матросское «хлю, хлю»

Здание Владимирского училища было захвачено и разграблено красногвардейцами после трёх часов дня 29 октября. По данным меньшевистской газеты «Новая жизнь», при осаде было ранено и погибло около 200 юнкеров, а 71 человек стал жертвой самосудов. Месть сторонников большевистской революции была страшной. Корреспондент «Петроградского листка», которого пропустили в здание сразу после взятия Владмирского училища, был потрясен увиденной картиной: «С первых же шагов, едва захлопнулась за мной входная дверь, меня охватил ужас, которого до сих пор переживать не приходилось: куда ни посмотришь, видны лужи крови. Во втором этаже — сплошной кошмар: в амбразуре одного из окон прилипли подсохшие обрывки мозга, сверху прикрытые кожным покровом головы, что даёт возможность определить, что погибший был блондин. Здесь же, на полу, большой след павшего борца; по очертанию около следа видно, что, прежде чем умереть, погибший юноша метался, и лужа крови расплылась… Невольно бросается в глаза отсутствие обычной училищной обстановки; куда могла подеваться она, куда девалось, наконец, бельё из юнкерских спален, ведь не на голых же тюфяках спали они, но тюфяки разбросаны, а белья точно никогда и не бывало. И только выйдя из училища и расспросив у соседних обывателей, уяснил я, что весь училищный скарб был в мгновение ока разворован. Рассказывают, что до прибытия охраны грабежи шли вовсю… И сейчас много тёмного элемента шагает по Большому проспекту Петроградской стороны во франтоватых юнкерских сапогах».

По данным меньшевистской газеты «Новая жизнь», при осаде было ранено и погибло около 200 юнкеров, а 71 человек стал жертвой самосудов. 

Большую часть юнкеров-владимирцев конвоировали в Петропавловскую крепость, не меньше 20 из них были расстреляны у крепостной стены.

Восстание юнкеров стало первым актом трагедии Гражданской войны. Нормальный русский человек, даже через 100 лет после событий, не может со спокойным сердцем читать ни про «хлю-хлю» из матросского горла, ни про разбрызганные мозги юнкера-блондина…