20 августа 2017

Фанатический гуманизм Курта Шумахера

Алексей ЖАРОВ

«Всеми средствами он защищал демократию от правого и левого экстремизма», — говорится в биографическом очерке Курта Шумахера /Предвыборный плакат немецких социал-демократов: «Покончим с этим!»

«Вся его жизнь прошла в борьбе за республику. С неутомимой страстью защищал он свободу, демократию и справедливость. Он неразрывно связал социализм и свободу, сопротивление нацизму и отпор коммунизму, миролюбие и патриотизм» — это сказано 65 лет назад. В день, когда ушёл из жизни социал-демократ Курт Шумахер. Человек-символ свободной Германии.

Сын Карла

Немцы любят давать детям длинные имена. Курт Шумахер не стал исключением. Его назвали Курт Эрнст Карл. Третье имя — в честь отца, предпринимателя и депутата городского совета Кульма от Немецкой свободомыслящей партии. Первыми тремя детьми Карла стали девочки. Кто же продолжит купеческую династию и либеральную традицию? Вопрос этот занимал бизнесмена вплоть до 13 октября 1895 года — даты рождения сына. Но Карл и помыслить не мог, каким путём пойдёт Курт.

Душа Шумахера-младшего к коммерции не лежала. Зато с рабочими он легко находил общий язык. Очень заинтересовал Курта модный тогда Карл Маркс. От него вдумчивый юноша перекинул мост к другому видному немецкому социалисту — Фердинанду Лассалю. А потом занялся наследием Эдуарда Бернштейна. Марксистский социал-радикализм, лассальянский социал-патриотизм, бернштейнианский социал-реформизм — три источника, три составные части шумахеровского мировоззрения. В соединении они создали железный каркас, от которого Курт Шумахер всю жизнь не отступил ни на шаг.

Зная себя, Шумахер никогда не женился, не заводил семьи. Не за себя при этом беспокоясь. Не хотел обрушивать свою железную жизнь на плечи жены и детей. Лишь в последние годы сошёлся с социал-демократической активисткой Аннемари Ренгер

С юности Курт был социалистом и националистом. В применении к немцу такое сочетание звучит устрашающе. Но социализм Шумахера прочно сплавлялся с демократией, что вообще было характерно для немецкого рабочего движения. Не буржуазия, тяготеющая к госбюрократии, не интеллигенция, склонная к монархо-консервативной романтике, а именно пролетариат защищал в Германии парламентарные начала и демократические свободы. Касательно же национализма, следует учесть: восточнопрусский Кульм — это нынешний польский Хелмно. Ещё в школе Курт дружил с польскими ребятами. Ему не было разницы, кто перед ним — немец, поляк, еврей или цыган. Главное, люби Германию, борись за её свободу.

В конце 1914-го Шумахер был тяжело ранен под Лодзью. Правую руку ему пришлось ампутировать. Солдата демобилизовали. Домой вернулся с Железным крестом.

В ряды кайзеровской армии Курт добровольно встал на второй день Первой мировой войны. Воевать ему довелось на Восточном фронте, в нынешней Польше, недалеко от родных мест. В конце 1914-го Шумахер был тяжело ранен под Лодзью. Правую руку ему пришлось ампутировать. Солдата демобилизовали. Домой вернулся с Железным крестом.

Следующие четыре года Курт Шумахер провёл в стенах Галле-Виттенбергского, Лейпцигского и Берлинского университетов. Изучал юриспруденцию и политологию. Отрезанная рука и пристальный взгляд видавшего виды солдата внушали священный трепет другим студентам, а особенно студенткам. Но суровый Курт держался отстранённо. Клубы, танцы, всяческий гаудеамус его не влекли. Родина и её судьба, свобода и справедливость, знание и труд — мысль и жизнь Курта Шумахера вращались в этих понятиях. Словно «сумрачный германский гений» воплотился в нём.

Нет, он не был одиноким героем, мыслителем-индивидуалистом или надменным ницшеанцем. Шумахер активно общался с людьми, его дружба была достойной и крепкой. Но он многого требовал от друзей. Прежде всего — быть похожими на себя. А это превышало средние человеческие возможности.

Из войны в войну

Изучение политических идей привело Курта в Социал-демократическую партию Германии (СДПГ). Формальное вступление состоялось 8 января 1918-го. Ровно через два месяца, 8 марта, социал-демократами перестали быть российские большевики: свою партию Ленин назвал коммунистической. В этой идеологии, этой организации и её государстве Шумахер сразу распознал смертельного врага.

 Забастовки, акции протеста, антиправительственную агитацию в военное время Шумахер считал преступлением перед нацией.

Почти все немецкие социал-демократы во время Первой мировой войны занимали «оборонческие» позиции. Естественно, за войну до победного конца был и молодой ветеран Шумахер. Он требовал от кайзеровского правительства слышать голос немецких рабочих и следовать ему. Но он же требовал от рабочих поддерживать это правительство, пока идёт война. Забастовки, акции протеста, антиправительственную агитацию в военное время Шумахер считал преступлением перед нацией.

Большинство социал-демократов видели главного противника во французах и англичанах. Но не Шумахер. На его взгляд худшая опасность исходила с Востока. Царское правительство — жандарм Европы и фронтовой враг. Большевистское — и вовсе гнездо тирании, антинациональной, антирабочей, античеловеческой. И потому не верить Брестскому миру, крепить оборону на восточных рубежах.

После поражения в ноябре 1918 года Германия пережила свою революцию и свою гражданскую войну. В её исходе социал-демократы сыграли огромную роль. Курт Шумахер, член Берлинского Совета рабочих и солдатских депутатов, решительно поддержал Густава Носке — рабочего-корзинщика, ставшего социал-демократическим военным министром и прозванного «кровавой собакой». Кстати, «кровавая собака» — прозвище в Германии почётное. Это порода бладхаунд. Верный бойцовый пёс, влюблённый в хозяина и беспощадный к разбойнику. Носке сам любил так себя называть. Типа: хозяину, Германии, нужен бладхаунд против разбойника-коммуниста.

Капитан кавалерии Пабст провёл жёсткий рейд на истребление. Немецкий сварщик Отто Рунге забил до смерти ударами приклада Розу Люксембург. Еврейский офицер Рудольф Липман расстрелял Карла Либкнехта. Добровольцы из националистических фрайкоров разгромили пробольшевистских «спартаковцев». Непосредственно в расправах Шумахер не участвовал. Но активно мобилизовывал фронтовиков-социалистов на антикоммунистическую борьбу.

Курт Шумахер, член Берлинского Совета рабочих и солдатских депутатов, решительно поддержал Густава Носке — рабочего-корзинщика, ставшего социал-демократическим военным министром и прозванного «кровавой собакой». 

Социал-демократы Германии 1919-го внесли мощный вклад в победу немецких белых. Оценить это можно по-разному. Но очевидно отличие германских социалистов от российских меньшевиков, так и не решившихся ни туда, ни сюда. Всё понятно просто из сопоставления партийных фигур-символов. Курт Шумахер — не Юлий Мартов.

В боевом 1919 году СДПГ объединилась и с кайзеровскими генералами, и с ультраправой Антибольшевистской лигой Эдуарда Штадлера. Вообще, в штадлеровском солидаризме просматривалось что-то эстетически близкое социал-демократии. Но тут Шумахер жёстко провёл грань. Он ведь был марксистом, социалистом и демократом.

Боец Железного фронта

16 декабря учреждается коалиция левых демократов — Железный фронт. Это бойцы Рейхсбаннера, активисты СДПГ и профсоюзов, завсегдатаи рабочих спортклубов

В СДПГ Курт сначала занимался ветеранской организацией, помощью раненым фронтовикам и семьям погибших. Затем на правах научного сотрудника пришёл в Министерство труда. В 1920 году Шумахер перебрался в южногерманский Штутгарт и возглавил редакцию местной социал-демократической газеты «День пробуждения Швабии».

Пробудилась не только Швабия, но вся Германия. Но пробудилась по-разному. Социал-демократы и примкнувшие к ним либералы (тоже не похожие на российских) строили Веймарскую республику, завоёванную в боях 1919-го. Консерваторы грезили «вернуть всё взад», мечтая о монархическом реванше. Коммунисты планировали свою диктатуру в Советской Германии. Уже собирались по пивным нацисты. Все они формировали собственные военизированные организации для уличной «реалполитик». Только партия с боевой организацией в сотню тысяч штыков могла на что-то рассчитывать.

Средством укрощения кайзеров, генсеков и фюреров в Веймарской Германии стал «Рейхсбаннер Шварц-Рот-Гольд». Военное крыло Социал-демократической партии. Переводится это название: «Государственный чёрно-красно-золотой стяг». Всем известны девизы «Rot Front!» или «Heil Hitler!» Бойцы же Рейхсбаннера приветствовали друг друга словом «Freiheit!» — «Свобода!»

Средством укрощения кайзеров, генсеков и фюреров в Веймарской Германии стал «Рейхсбаннер Шварц-Рот-Гольд». Военное крыло Социал-демократической партии.

В начале 1924 года 28-летний Курт Шумахер возглавил штутгартское отделение Рейхсбаннера. Ветеран вступал в новую войну. С монархистами, жаждавшими возврата Вильгельма Гогенцоллерна, бежавшего в Нидерланды. С коммунистами, готовившими для Германии партократию и «красный террор». С расистским безумием нацистов. «Всеми средствами он защищал демократию от правого и левого экстремизма», — говорится в биографическом очерке Шумахера. Подчеркнём: «всеми средствами». Даже одной рукой.

В том же 1924-м Шумахер избрался в ландтаг (местный парламент) Вюртемберга. Через четыре года он — председатель вюртембергской организации СДПГ. Ещё через два года стал депутатом рейхстага и самым молодым членом руководства СДПГ.

Это был 1930-й. Накал политической борьбы движется к апогею. На улицах творится беспредел. Коммунисты, нацисты, социал-демократы, национал-консерваторы жесточайше мочат друг друга. Начинается консолидация правого лагеря — «фон-бароны» наивно полагают, что сумеют использовать в своих целях штурмовой каток НСДАП. 11 октября 1931-го создан Гарцбургский фронт — коалиция нацистов, консервативных националистов, боевиков «Стального шлема», державников Пангерманского союза. Но проходит два месяца, и 16 декабря учреждается коалиция левых демократов — Железный фронт. Это бойцы Рейхсбаннера, активисты СДПГ и профсоюзов, завсегдатаи рабочих спортклубов. К слову, в 1932-м в Рейхсбаннере состояли более трёх миллионов человек. В уличных замесах со гитлеровскими штурмовиками, тельмановскими ротфронтовцами и «стальными шлемами» проявили себя 200 тысяч из них.

КПГ устами Тельмана поспешила обозвать Железный фронт «террористической организацией социал-фашистов». Кто бы сомневался. У Гитлера тоже много было претензий к соратникам Курта Шумахера. Впрочем, Курт не оставался в долгу: нацизм называл «обращением к свинству».

В конкретно-исторических условиях Германии начала 1930-х свинство оказались востребовано. Но если бы этому натиску никто не противостоял, Германия стала бы тоталитарным государством задолго до 1933-го. Не нацистским, так сталинистским. Курт Шумахер был из тех, кто пытался предотвратить неминуемое. И ускорить его конец.

Все знают слова Мартина Нимёллера: «Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не коммунист…» и далее по тексту. Шумахер не стал дожидаться, когда за ним придут. Подпольную группу он создал сразу после того, как Гитлер стал рейхсканцлером. Раньше, чем руководство СДПГ осознало масштаб происходящего. Шумахер выступал за всеобщую забастовку, способную снести гитлеровское правительство в первые же дни. Но товарищи по партии отказались — мол, нельзя, ведь нацисты пришли к власти вполне законным путём…

Всем известны девизы «Rot Front!» или «Heil Hitler!» Бойцы же Рейхсбаннера приветствовали друг друга словом «Freiheit!» — «Свобода!»

Центр социал-демократического подполья складывался в городе Шварцвальд. В том же регионе Штутгарта и Вюртемберга. Увы, не срослось. Уже в июле 1933-го гестаповцы схватили Шумахера. Предложили подписать отказ от политической деятельности — Курт не подписал. Следующие десять лет его жизни прошли в концлагерях.

Даже в Дахау он не успокоился. Постоянно протестовал. Подвергался пыткам. В 1943-м Шумахера выпустили — палачи посчитали его смертельно больным и, следовательно, безопасным (кроме того, надо признать, для нацистов имел значение шумахеровский Железный крест за Восточный фронт Первой мировой). Но через год Курт снова загремел — из-за покушения на Гитлера. Окончательное освобождение в 1945-м ему принесли англичане.

Красный против «красных»

Время подтверждало правоту Шумахера. Настал 1950 год, началась Корейская война. Функциональная аналогия КНДР и ГДР сделалась совершенно очевидной / Послевоенный плакат социал-демократов: «За независимую, социальную и единую Германию»

Курт Шумахер освободился символом «другой Германии». Боровшейся с нацизмом на своей земле. Поэтому он мог позволить себе много больше многих других. Характер Курта снова проявился во всей красе.

Он отдавал должное героизму союзников. Но отказывался подчиняться оккупационной администрации. Даже концлагерь не перевесил для Шумахера немецкого патриотизма. К боевому и подпольному опыту добавился опыт политзаключённого, а это гремучая смесь. Как говорится, спасибо вам за всё, дальше мы сами разберёмся. Глядя на Шумахера, невозможно было в этом усомниться. Этот действительно никому спуску не даст.

В послевоенной Западной Германии быстро возродилась СДПГ. Естественно, председателем партии был избран несгибаемый Курт Шумахер. В 1949 году он стал депутатом бундестага. На этих выборах его СДПГ вообще вышла на первое место. Однако правительство сформировал консервативно-центристский Христианско-демократический союз, сформировавший сильнейшую парламентскую фракцию при поддержке регионалистов.

Соотечественникам фигура Шумахера представлялась титанической. Здоровье оставляло желать лучшего. Его пришлось снова оперировать, была ампутирована левая нога. Без руки, без ноги, после фронта и пыток… Но некая высшая сила, кажется, наделила Курта фантастическим потенциалом цельной энергии. Для свершения миссии, которая не удалась в 1930-х.

(Нео)нацизм уже не был серьёзной опасностью. Несмотря на все рывки всевозможных «имперских партий». Проясняет ситуацию курьёзный, но показательный штрих. Служил в гестапо оберштурмбанфюрер Вилли Литценберг. Командовал департаментом А 3 IV отдела РСХА. Занималось это подразделение «реакционерами» — правоконсервативными противниками нацизма. Например, теми, кто пошёл на Заговор 20 июля.

К НАТО Шумахер относился негативно. Как и к прочим структурам тогдашней евроинтеграции. Новую Германию он видел миролюбивой, но однозначно независимой. 

Литценберг отсидел четыре года в американской зоне. А потом поступил оперативным агентом в Федеральную службу охраны конституции — госбезопасность ФРГ. И всё бы ничего, но бывший оберштурмбанфюрер опять занялся… реакционерами. Он следил за неонацистами, в том числе недавними коллегами по гестапо! А в агентуру набрал других бывших гестаповцев.

На такую «политическую силу» действительно можно было наплевать. Что Шумахер и сделал.

Гораздо большую опасность несла другая тоталитарная сила — коммунисты. В восточной оккупационной зоне стояли сталинские войска. Формировалась ГДР. Социал-демократов там загнали под коммунистов, в партию СЕПГ — Социалистическую единую партию Германии. ГУЛАГ выстроили на основе нацистского Заксенхаузена. Партийная диктатура, огосударствление, репрессии. Студент Герберт Бельтер в 21 год вывезен в Москву и расстрелян за листовки — повторилась трагедия антинацистской «Белой розы». Там же расстреливают 23-летнего студента Арно Эша — за пропаганду либерализма, формально в ГДР даже не запрещённую. Умирает в лейпцигской тюрьме 25-летняя поэтесса Эдельтрауд Эккерт. За 40 лет ГДР репрессированы 200 тысяч из 17 миллионов. Но вообще-то в таком государстве не обязательно было специально строить тюрьмы.

А Кульм, родной город Курта, оказался под названием Хелмно в коммунистической Польше. Где тоже было кому свирепствовать. «Провести в сентябре месяце в каждом воеводстве по меньшей мере один публичный процесс против реакционеров. Ответственным за проведение этой акции назначить товарища Бермана», — директива Политбюро ЦК польской компартии ППР от 22 августа 1945 года.

При всём том коммунисты пытались найти подходы к Курту Шумахеру. Иметь в союзниках такого человека политически им было очень выгодно. Но Шумахер послал их очень далеко. Правителей восточной зоны он вообще не признавал немцами, равно как и западногерманских эмиссаров СЕПГ. А с иностранными агентами и «красными фашистами» (собственное выражение Курта) ему было не о чем говорить. «Всемирный коммунизм — это всемирная реакция», — раз и навсегда припечатал немецкий социалист. Фразе Курта Шумахера мог бы позавидовать даже Уинстон Черчилль.

Защищаться от советско-коммунистического нападения Шумахер предпочёл бы немецкими силами. Он ведь очень верил в немцев. 

Время подтверждало правоту Шумахера. Настал 1950 год, началась Корейская война. Функциональная аналогия КНДР и ГДР сделалась совершенно очевидной. Курт Шумахер призвал создавать в ФРГ силы национальной обороны. Бундесвер появился лишь в 1955-м, уже после его смерти. Но Шумахер по праву считается одним из инициаторов новой германской армии.

Зато к НАТО Шумахер относился негативно. Как и к прочим структурам тогдашней евроинтеграции. Новую Германию он видел миролюбивой, но однозначно независимой. И не хотел связывать её военно-политическими обязательствами с кем бы то ни было. Даже защищаться от советско-коммунистического нападения Шумахер предпочёл бы немецкими силами. Он ведь очень верил в немцев. В двух мировых войнах его страна была агрессором и поэтому проиграла. Но войну за отечество и свободу проиграть невозможно. В этом Курт Шумахер был неколебимо убеждён.

Фанат гуманизма

Такая позиция резко расходилось с правительственным курсом христианских демократов Конрада Аденауэра. Между Аденауэром и Шумахером — главными политиками первых лет ФРГ — завязалась жёсткая борьба. Курт не стеснялся в выражениях. Канцлера он называл ставленником капитала и англо-американской марионеткой. Доходило до того, что лидера СДПГ просили удалиться с парламентских заседаний. За нарушение ораторской этики.

Шумахер одним из первых в социал-демократии XX века он выдвинул принцип народной партии: не классово-пролетарской, а — всех трудящихся.

Шумахер выступал за социализацию экономики, расширение прав профсоюзов, производственную демократию и рабочее самоуправление. Одним из первых в социал-демократии XX века он выдвинул принцип народной партии: не классово-пролетарской, а — всех трудящихся. Страна ведь — для всех германцев, а свобода — для всех людей. Характерен был для него и популизм, как социальный, так и националистический. Но эти установки заложили основы будущей программы СДПГ и во многом отразились в социальном устройстве современной Германии.

Курт Шумахер никогда не занимал постов в исполнительной власти государства. Он не был даже министром. Но он стал вторым после Аденауэра основателем ФРГ. Таково было его влияние на немецкое общество.

Но в чём он потерпел неудачу, так это в принципах государственного устройства. Шумахер предлагал не парламентскую республику, а президентскую. Причём главой государства видел себя — на прямых всенародных выборах он бы наверняка победил. Понять мотивы Шумахера нетрудно: он помнил рейхстаг начала 1930-х — и чем это кончилось. Однако немцы намотали на ус данный урок, так что новый Гитлер им не грозит. В том числе и благодаря усилиям Шумахера. Тут уж христианские демократы встали жёстко и настояли на иной модели. Кое в чём, правда, они пошли на компромисс. Широкие полномочия федерального правительства проистекают из требований Курта Шумахера.

В личном общении Курт был человеком нелёгким. Возражений он не любил и в своей партии их практически не слышал. Спокойный, сдержанный, доброжелательный — и жёстко проникнутый необоримым фанатизмом. Аскетическое служение Германии, свободе и труду поглощало его без остатка. Отсвет железного пути покрывал эту личность.

«Человек, у которого не было ни искры частной жизни. В часы ночной бессонницы он сравнивал поземельную избирательную статистику. О его аскетизме ходили легенды. Что удивительней всего — эти легенды правдивы. Страстный фанатик, день и ночь политика и борьба. Но это были фанатичная гуманность, фанатичная любовь к людям», — пишет Фрид Веземанн, официальный биограф Курта Шумахера.

Шумахер выступал за социализацию экономики, расширение прав профсоюзов, производственную демократию и рабочее самоуправление.

Зная себя, Шумахер никогда не женился, не заводил семьи. Не за себя при этом беспокоясь. Не хотел обрушивать свою железную жизнь на плечи жены и детей. Лишь в последние годы сошёлся с социал-демократической активисткой Аннемари Ренгер, которая сама фанатела от этого фанатика. Годы спустя Ренгер стала членом правления СДПГ, побывала председателем бундестага, баллотировалась в президенты ФРГ. Но главное, чем Аннемари вошла в политическую историю Германии — секретарь Шумахера. На неё он опирался при ходьбе.

Курт Шумахер ушёл из жизни 20 августа 1952 года. Ему не было и 57 лет. Конрад Аденауэр оставался канцлером до 87-летнего возраста, Людвиг Эрхард — почти до 70-летнего. Гельмут Шмидт оставался активен до кончины в 96 лет. По германским обычаям, проживи Шумахер ещё лет тридцать, он вполне мог быть влиятельным политиком.

И тогда могли стать иными германская и мировая социал-демократия. Не было бы постыдной «разрядки», уступок всемирной реакции. Стержень Шумахера, живая традиция Рейхсбаннера и Железного фронта не позволила бы превратить левый лагерь в то, чем он стал сегодня.

Но многие социал-демократы Германии помнят, кто возродил их партию после страшной войны и беспримерной национальной катастрофы. Путь был указан. Могут повторить.