24 июня 2017

Красные шламы Бокситогорска — химическая мина Ленобласти

В Ленинградской области есть одна экологическая проблема, которая, несмотря на то, что она грозит обернуться глобальной техногенной катастрофой, мало обсуждается в средствах массовой информации, а властями просто замалчивается. Речь о проблеме красных шламов Бокситогорска — отходов алюминиевого производства, собственником которого является ОАО «Русал».

Ещё в 2010 году группа местных специалистов взялась за поиск технологий по переработке красных шламов. И добилась впечатляющих результатов. Однако пока никто не спешит браться за ликвидацию экологической угрозы. О ситуации в Бокситогорске рассказывает член Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленобласти Вячеслав КИРНОС.

В Бокситогорске высота шламохранилища достигает 50-ти метров. Это самое высокое шламохранилище в мире. Вопреки всем нормам…

Шламо-щелочная мина

Летом 2010 года на Бокситогорском глинозёмном заводе (ОАО «РУСАЛ Бокситогорский глинозём») произошла утечка токсичных отходов. Из-за отключения электроэнергии перестали работать насосы, перекачивающие щелочную воду из отводных труб обратно в хранилище, и она в течение нескольких часов поступала в речку Воложба. И в реке всплыла рыба. Превышение железа, алюминия и сульфатов были зафиксированы и в 30 километрах ниже по течению. Но особого шума эта история не наделала, никто за неё так и не ответил.

В Бокситогорске хранится не один, а 10 — 12 миллионов кубометров шламо-водяной токсичной пульпы. Случись над городом небесный потоп, не дай Бог, переполнится шламохранилище, тогда девятый вал ядовитого, высоко концентрированного щелочного рассола накроет окрестности, а по рекам Воложба и Сясь достигнет Ладоги и Невы…

Зато весь мир в октябре того же года следил за экологической катастрофой в Венгрии, когда из хранилища завода Ajkai Timfoldgyar в городе Колонтар, в 160 километрах к юго-западу от Будапешта, вылилось около одного миллиона кубометров красных шламов. Затопленными оказались территории трёх областей, токсичные отходы попали в Дунай. В районе бедствия венгерскими властями было объявлено чрезвычайное положение.

Но венгерская авария, по сравнению с тем, что угрожает Ленобласти — мелочи. В Бокситогорске хранится не один, а 10 — 12 миллионов кубометров шламо-водяной токсичной пульпы. Случись над городом небесный потоп, не дай Бог, переполнится шламохранилище, тогда девятый вал ядовитого, высоко концентрированного щелочного рассола накроет окрестности, а по рекам Воложба и Сясь достигнет Ладоги и Невы… Последствия трудно себе представить.

Золото — из токсичного рассола?

Венгерская трагедия 2010 года послужила сигналом для группы специалистов Ленинградской области, решивших взяться за разработку технологий по ликвидации отходов глинозёмного производства. Уже через два года они предложили способ переработки красных шламов путём переплавки в плазменно дуговых печах.

Что особенно ценно, в процессе опытных плавок были получены уникальные по своим свойствам синтетический чугун (синтегаль) и стали, подтверждена возможность получения из образующихся после плавки шлаков цементов высоких марок. Кроме того, используя и белитовые (нефелиновые) шламы Пикалёва, можно получать белую сажу, огнеупорные цементы, минеральные удобрения и другие материалы. Выяснилось, что из красных и нефелиновых шламов можно получить металлы с любыми заданными свойствами, ферросплавы, титан, и, попутно, без выщелачивания, редкоземельные, иные ценные металлы и сплавы, вплоть до золота и платины.

Шламохранилища Бокситогорска и Пикалёва, по оценке экспертов, имеют самый высокий индекс аварийной угрозы для Ленинградской области, а также Ладожского и Онежского озер.

При этом именно шламохранилища Бокситогорска и Пикалёва, по оценке экспертов, имеют самый высокий индекс аварийной угрозы для Ленинградской области, а также Ладожского и Онежского озер. То есть с ликвидации именно этих объектов следует начинать процесс. Вместе с тем предложенные технологии годятся для обезвреживания фосфогипсовых шламов Волхова, шламовых полигонов Сланцев, Кигисеппа, Киришей… Всего в регионе сегодня находятся до 15 шламонакопителей, каждый из которых представляет собой зону экологического неблагополучия.

Цель — ликвидация шламовой опасности

Понятно, что переработка многих миллионов тонн — дело непростое. Для этого в Ленобласть необходимо привлечь инвестиции, создать технологическую инфраструктуру, производственную базу, новые рабочие места и т. д. и т.п. Словом, разработчики проекта, предложили создать в регионе «технологическую площадку и кластер утилизации промышленных отходов глинозёмного и других производств в Ленинградской области» — цитата из письма от 16 октября 2014 года авторов проекта к губернатору Ленобласти Александру Дрозденко.

Вот ещё выдержка из того же письма: «Следующим этапом станет расширение производства за счёт переработки до 900 тысяч тонн отходов ежегодно, что потребует создания дополнительных производственных мощностей, закупки дополнительного новейшего оборудования и реализации мер по обеспечению каналов сбыта получаемой в результате продукции кластера. Однако именно такой объём переработки может реально обеспечить решение экологических проблем, связанных с огромной массой накопленных производственных отходов в Ленинградской области.

В свою очередь всё это усилит роль кластера в экономике муниципальных территорий и региона. Обеспечит реализацию Концепции использования вторичных материальных ресурсов Ленинградской области. Использование вторичного сырья — это то, что позволит финансово поддерживать обеспечение экологической безопасности и ликвидацию накопленных запасов производственных (а в дальнейшем) и бытовых отходов, что и является основной целью проекта».

Вероятность небесных потопов с каждым годом всё больше — количество погодных аномалий растёт. Есть ещё и технологический момент, увеличивающий риски аварии.

Очевидно — столь масштабный проект не могла осилить небольшая группа специалистов. К работе были привлечены передовые НИИ, разработчики кластерных решений, патентные структуры, экологи. Разработаны и опробованы уникальные технологии плазменно-дуговой плавки, не имеющие мировых аналогов. На научные изыскания, опытные работы, экономические расчёты ушло пять лет, потрачено более 30 миллионов рублей собственных и заёмных средств и — ни копейки бюджетных денег.

Состоятельность технологий подтверждена десятками заключений и экспертиз авторитетных научных и производственных учреждений. Назовём лишь некоторые из них: Исследовательский центр ферросплавов и переработки техногенного сырья имени академика Н.П. Ляпишева, ФГУПчермет имени И.П. Бардина, ЗАО «Гипроцемент-Наука», НИИ электросварки имени Е.О. Патона УАН (Киев), Санкт-Петербургский научно-исследовательский центр экологической безопасности Российской Академии Наук (НИЦЭБ РАН), ОАО «Ленгипромез» и другие.

Кто жмёт на тормоза

Однако продвижение проекта искусственно тормозится. В письме Владимиру Путину от 2014 года от группы депутатов Государственной думы, до которых дошли наши областные разработчики, стоит резолюция президента РФ об оказании содействия через Федеральный Центр проектного финансирования (ФЦПФ). Центр готов выделить до 200 миллионов рублей на проектно-сметную документацию (ПДС), но требует письмо о поддержке проекта от правительства Ленинградской области за подписью губернатора или его заместителя.

Проблема красных шламов Бокситогорска — пример того, как большой бизнес экономит на экологии и безопасности населения, а государство в лице своих надзорных органов и региональных чиновников, бездействует.

А вот эти подписи инициаторы не могут получить без наличия ПСД — проектно-сметной документации. Получается, ФЦПФ не даёт денег на ПСД без подписи руководителей региона. Последние не подписывают письмо без ПСД. Такой вот замкнутый круг.

Между тем, вероятность небесных потопов с каждым годом всё больше — количество погодных аномалий растёт. Есть ещё и технологический момент, увеличивающий риски аварии. Венгерское шламохранилище было высотой 16 метров, как и положено по регламенту подобных сооружений. Кроме того, ограничено бетонными стенами толщиной больше 10 метров. Наши же умельцы из РУСАЛа (собственник Олег Дерипаска) умудрились довести высоту шламохранилища до 50-ти метров, сделав его, вопреки всем нормам, самым высоким в мире! И обошлись без бетонного ограждения — напор пульпы держит стенка дамбы из того же шлама. 

Это пример того, как большой бизнес экономит на экологии и безопасности населения, а государство в лице своих надзорных органов и региональных чиновников, бездействует. Вот вам и условия, создающие почву для будущих техногенных аварий и катастроф…

Версия текста на сайте ленинградского областного отделения партии «Яблоко»