17 декабря 2015

Существующая элита противится новой индустриализации

Евгений СЕРГЕЕВ

Со второго квартала 2015 года руководство страны пытается убедить население, что российская экономика достигла дна и сегодня-завтра начнёт подниматься. Оптимизм не соответствует официальной статистике, согласно которой почти во всех отраслях, кроме добычи полезных ископаемых, отмечается заметный спад.

Существующая элита и правящая система способна лишь распределять потоки нефтяных денег, разворовывая их большую часть. Она будет противиться проведению индустриализации, так как понимает, что в новых условиях не сможет удержать власть над обществом / На фото: руины московского АЗЛК

Существующая элита и правящая система способна лишь распределять потоки нефтяных денег, разворовывая их большую часть. Она будет противиться проведению индустриализации, так как понимает, что в новых условиях не сможет удержать власть над обществом / На фото: руины московского АЗЛК

К примеру, за первые семь месяцев 2015 года обрабатывающее производство просело на 4,9%, производство машин и оборудования — на 14,1%. И это происходит на фоне двойного падения курса рубля по отношению к доллару! Такое «экономическое чудо» встречается довольно редко, когда снижение курса национальной валюты не сопровождается экономическим оживлением. Китай как раз снизил свой юань на 1,9%, чтобы увеличить промышленное производство и нарастить экспорт. Да и в 1998-м после дефолта и падения рубля экономика в России явно оживилась. Но для этого пришлось отправить правительство младореформаторов на свалку вместе с главой ЦБ РФ.

Однако Путин не только не собирается кого-то отправлять в отставку, но постоянно твердит о поддержке существующего курса, парадигмой которого является «Вашингтонский консенсус», который разработан и реализуется в странах с отсталой экономикой, чтобы они никогда не смогли догнать развитые экономики.

Не совсем понятен опус президента об управлении Украиной внешними силами. Типа это нехорошо. Однако сам же он умалчивает об отсутствии суверенитета России в экономической политике, который невозможен в рамках ВТО, институте центрального банка, свободного движения капитала, банковской системе на основе системы Базиль-3.

Правда, стоит отметить, что экономический кризис начался не вчера, а лишь был немного ретуширован высокими ценами на нефть. Если обратиться к статистике Госкомстата, то с 1990 года происходит резкое падение производства всего и вся.

Так, производство металлорежущих станков рухнуло с 74 171 штук в 1990 году до 8885 штук в 2000-м и до 2739 штук в 2014-м. И примерно по такой же динамике следует производство всей прочей продукции обрабатывающей промышленности. По факту не зафиксировано никакого «вставания с колен» после прихода Путина к власти.

Подобная тенденция напоминает «Титаник», на который случайно пролился нефтяной дождь. Да, немного попировали и пожировали, но скоро придётся за все это отвечать, так как главный источник существования — нефтяные деньги — иссяк.

И поэтому кризис закончится тогда, когда всё развалится, и это уже будет не кризис, а намного хуже. Или когда будет восстановлена экономика через новую индустриализацию страны.

В начале 2014 года никто и не мог предположить, что цена за баррель нефти составит 50 долл./баррель. И это не предел, есть вероятность, что она снизится и до 30 долларов. (Президент России Владимир Путин считает прогноз цены на нефть в $50 за баррель на 2016 год излишне оптимистичным. «Мы посчитали бюджет следующего года, исходя из этой цифры, — заявил он на большой пресс-конференции 17 декабря 2015 года. — Это очень оптимистичная сегодня оценка — 50 долларов за баррель». В связи с этим он признал необходимость корректировки бюджета на 2016 год — прим. SN). Это ставит жирный крест на путино-кудринской экономике, когда не развивая промышленность, а за счёт высоких цен на нефть можно было купаться в море потреблядства.

Вообще, вся наша экономика держалась на трех китах: фондирование прошлых заслуг, высокие цены на энергоресурсы и кредитование.

В наследство от СССР РФ досталась мощная индустрия, которая амортизируется вот уже на протяжении 25 лет. Это в лучшем случае, в худшем — основные средства уже давно сданы в металлолом, а на месте заводов и фабрик открыты бизнес центры или растёт камыш.

Высокие цены на нефть обеспечивали около 50% доходной части бюджета. Сейчас образуется огромная дыра, которую пытаются скрыть за счёт снижения курса рубля. Номинально расходы бюджета могут сильно и не измениться, только вот реально упадут резко, так как разворачивается маховик инфляции.

Ну и наконец, в результате санкций наши компании не могут рефинанансироваться за рубежом, что фактически полностью останавливает кредитование как населения, так и предприятий. Для последних остаётся лишь право платить за уже взятые кредиты. Конечно, можно проедать золотовалютные резервы, но их надолго и всем не хватит. Поэтому встаёт вопрос об изменении базиса развития страны. По существу нужна новая индустриализация.

Однако для проведения индустриализации нужно ответить на три очень важных вопроса.

1. Кто будет проводить индустриализацию?

Существующая элита и правящая система способна лишь распределять потоки нефтяных денег, разворовывая их большую часть. Она будет противиться проведению индустриализации, так как понимает, что в новых условиях не сможет удержать власть над обществом. Поэтому она должна быть заменена. Каким образом это произойдёт не совсем понятно, так как за сырьевыми компаниями сохраняется контроль над государством посредством выстроенной политической системы.

2. В каком направлении проводить индустриализацию?

Индустриализация 2015-2020 годов должна быть существенно непохожа на индустриализацию начала века по очень простой причине. Она должна смотреть не в прошлое, а на десятки лет вперёд. Практически все заводы и фабрики, построенные в период первой индустриализации, оказались востребованы, многие работают и сейчас. В этом проявилась огромная государственная мудрость лиц, преобразующих страну. Сейчас нет никакой гарантии, что продукция новых заводов будет востребована. Многие утверждают, что необходимо делать упор на развитие NBIC-технологий (N — нано, B — био, I — информация, С — когнитивистика). Но никто, конечно, не даст гарантии, что потраченные ресурсы со временем окупятся. Для разработки направлений развития необходим синтез научных кадров и производственников. Именно они могут сформировать некие прорывные направления.

3. Где взять ресурсы?

Кроме природных ресурсов, у нас есть жёсткие ограничения по трудовым и финансовым ресурсам. Численность и качество трудоспособного населения постепенно снижается, поэтому для проведения индустриализации потребуется их высвобождение из других отраслей. В первую очередь стоит обратить внимание на разросшийся чиновничий аппарат, который не занимается производством благ, а лишь имитирует полезную деятельность. Высвободить нужно как минимум 30% от этой массы за счёт реализации принципов электронного документооборота.

Также стоит урезать всякие ненужные и надзорные функции государства, тем самым освободив бизнес от гнёта, что также высвободит работников уже из среды бизнеса. Необходимо резко упростить бухгалтерский и налоговый учёт на предприятиях, в рамках которых составлением ненужных отчётов занимаются сотни тысяч квалифицированных специалистов.

Также стоит прикрыть мошеннические схемы вытягивания денег из населения, к примеру, прикрыть работу риэлтерских контор. К бизнесу они не имеют никакого отношения, а имеют лишь к прямому обману. Очень важно определить источники финансирования новых строек. Для этого стоит начать эмиссию инвестиционных денег. Их суть — кредитование строительства новых заводов и фабрик под некие государственные векселя, которые не допускаются на потребительский и спекулятивный рынок, что предотвращает инфляцию.

Цель новой индустриализации — это переход на VI технологический уклад, основанный на широком применении нанотехнологий. Данный переход не возможен без воссоздания IV и V технологических укладов.

IV технологический уклад был создан в период советской индустриализации, а разрушен в момент рыночных преобразований 90-х годов. К ключевым факторам IV технологического уклада стоит отнести электрификацию, конвейерное производство, телефонную связь. Ядро уклада — автомобилестроение, самолётостроение, нефтехимия.

Естественно, в процессе воссоздания IV технологического уклада необходимо опираться на современные разработки в области информационной сферы и нанотехнологий. К примеру, теоретически возможно управление сельскохозяйственными тракторами дистанционно или вообще их автономная работа. В таком случае изменяется и сущность профессии тракториста: современный тракторист, проживающий в Москве, через коммуникационную сеть сможет контролировать автономную работу группы тракторов в Краснодарском крае. При возникновении неполадок он просто вызывает группу технической поддержки.

V технологический уклад (информационно-коммуникационный) начал формироваться в 70-е годы прошлого столетия. Советская номенклатура фактически проигнорировала формирование нового уклада, что стало одной из причин крушения СССР. Данный уклад характеризуется широким использованием информационных технологий, автоматизированных систем, робототехники, микроэлектроники. Реформы 90-х годов не только не способствовали переходу на V технологический уклад, но и разрушили предыдущий.

Массовое использование нанотехнологий возможно лишь при развитом IV и V технологическом укладе. В противном случае на новые разработки просто не будет спроса. К примеру, нанотехнологии далеко продвинулись в снижении трения между деталями. Использование подобных технологий возможно лишь в развитом машиностроении. Если же машиностроения как отрасли нет, то и спрос на данную технологию будет крайне ограничен.

Российские власти под угрозой Майдана и под давлением экономических санкций со стороны запада начали часто говорить об импортозамещении. Однако по существу идет лишь забалтывание темы, и элита ожидает, что через 2-3 года цена на нефть возрастёт, и они вновь вернутся к паразитированию на углеводородах, вовлекая в это всю страну.

Премьер-министр Дмитрий Медведев в «Российской газете» от 23 сентября 2015 года представил статью «Новая реальность: Россия и глобальные вызовы», где он поделился своими представлениями о методах выхода из экономического кризиса. Стоит подробней проанализировать этот текст.

«Особенность нашего времени — формирование новых приоритетов, новых вызовов и новых подходов к решению проблем, возникающих перед Россией и другими странами», — Медведев в начале статьи снимает с себя ответственность за экономический кризис, ссылаясь на вызовы в других странах.

«А наша оперативная работа выстраивается с учётом Плана первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности на 2015 год, который часто называют Антикризисной программой Правительства», — это только люди, подобные Медведеву, могут называть несистемный набор мер Антикризисным планом. Плана у нашего Правительства нет никакого, а уж тем более антикризисного.

«При наличии разнообразных точек напряжения, локальных, региональных и иных кризисов в мире сохраняется неустойчивое состояние, из которого нет быстрого выхода», — опять ссылка на другие страны, где якобы существуют аналогичные проблемы.

«Хотя эта цель формулируется достаточно просто: войти (хочется сказать, “совершить прорыв”, но военная терминология тут вряд ли уместна) в группу стран с наиболее высоким уровнем благосостояния», — непонятно, причём здесь военная терминология. Многие страны явили миру экономическое чудо и гордятся этим, но Медведев этого опасается.

«По многим социально-экономическим параметрам, по уровню развития человеческого капитала и культуры Россия является, несомненно, одной из развитых стран современного мира», — специально приведены показатели, которые трудно сравнить с другими странами. По ВВП на душу населения РФ занимает 48 место, уступая таким странам как Экваториальная Гвинея, Португалия, Тринидад и Тобаго, Уругвай, Барбадос.

«Однако российская экономика остаётся пока в значительной мере неэффективной, отставая, например, по уровню производительности труда от стран-лидеров не на проценты, а в разы. И эта проблема далеко не только последних лет или даже десятилетий. Ни централизованно-административная экономика с абсолютным доминированием государства, несмотря на все приносившиеся жертвы, ни последующая инерционно-сырьевая модель не позволили это отставание сократить, хотя в уровне благосостояния за последние 10-15 лет разрыв, безусловно, уменьшился», — только вот советская индустриализация 1928-1940 годов вывела СССР в один из лидеров мира, о чем естественно умалчивает наш герой.

«Никакого так называемого “догоняющего развития”, как показывает практика, на этом пути не происходит. Зато существуют риски нарастающего отставания», — это уже понятно школьнику, что страна только деградирует, но не развивается. Бесконечно паразитировать на природных ресурсах не удастся.

«Достижение наших целей требует серьёзных реформ. Это сегодня очевидно для всех. Нам придётся перейти к такой модели развития, которая позволит более успешно конкурировать, чем до сих пор. Это совсем не прежняя парадигма “догнать и перегнать” по мясу, молоку, тракторам и чугуну. Надо научиться быть лучше и быстрее, и в этом состоит единственный путь к цели в современном меняющемся мире», — вместо испытанных и эмпирически подтверждённых методов выхода из кризиса предлагается новый велосипед «быть лучше и быстрее».

«Ситуация меняется очень быстро, и не все готовы также быстро принять эти изменения. Кто-то в силу психологии, а кто-то — в силу объективных причин. Дети, инвалиды, люди пожилого возраста, семьи с невысокими доходами — это те социальные группы, на которых мы в первую очередь должны “примерять” наши будущие решения», — они просто не впишутся в рынок, как не вписались 10,5 миллионов россиян, увеличив площади кладбищ.

«Структурные сдвиги в экономике и социальной сфере, на рынке труда всегда проходят болезненно», — это только либеральные реформы воспринимаются болезненно, так как они вредоносны. Если же осуществлять грамотные экономически обоснованные реформы, то это сразу или с небольшим лагом положительно скажется на уровне благосостояния.

«Развитие России — неотъемлемая часть глобальных процессов. Глобальная повестка не может формироваться без участия нашей страны. Но и Россия не может в одиночку формировать глобальную повестку или просто её игнорировать, сосредоточившись лишь на собственном понимании успеха и справедливости», — современная глобализация — это диктат США, неоколониальное общество. Медведев мечтает оказаться в этом мире.

«При обсуждении текущих и перспективных проблем глобального развития всё чаще стал использоваться термин newnormal. Он появился пять лет назад, после окончания острой фазы глобального кризиса, и быстро завоевал популярность. Newnormal — “новая нормальность”, или, пожалуй, можно перевести его и как “новая реальность»», – жонглирование красивыми словами. Раньше Медведев всё про инновации пел.

«Кризис — это всегда и угроза, и возможность», — это так, но только не в случае с нашим Правительством.

«Это подтверждается практикой и опытом стран, которым удавалось вырваться из отсталости — от Германии, Японии и СССР до Финляндии, Южной Кореи и Сингапура», — ранее Медведев утверждал, что советской экономике не удалось сократить отставания от западных стран. Раздвоение личности или просто статью писали для него несколько человек.

«Обновление затрагивает все сферы жизнедеятельности общества — технологии, экономику, гуманитарную сферу. В рамках одной статьи можно лишь перечислить эти тренды, однако каждый из них заслуживает самостоятельного обсуждения», — это так. На Западе осуществляется переход на VI технологический уклад, ядром которого являются нанотехнологии. У нас же ОАО «РОСНАНО» возглавляет Анатолий Чубайс, ранее осуществивший воровскую приватизацию и разваливший РАО «ЕЭС». Поэтому результат заранее предсказуем.

«Динамика валютных курсов становится более мощным инструментом защиты рынков, чем таможенные тарифы», — это только для таких «экономистов», как Медведев, динамика валютных курсов является самым мощным инструментом защиты внутреннего рынка. У нас падение курса рубля не привело к экономическому росту, а наоборот, некоторые отрасли показали отрицательный прирост.

«Рано или поздно санкции отменяются, и отношения между странами входят в нормальное русло», – очередной сон Веры Павловны.

«Никто не должен рассчитывать оторвать нас от европейской цивилизации со всем её культурным многообразием. Отношения могут меняться и в будущем, но стратегическое направление останется неизбежным — сотрудничество, партнерство, а при благоприятном развитии событий и формирование единого экономического пространства», — украинцы уже формируют единое экономическое пространство с ЕС через договор об ассоциации. Результаты видны невооружённым взглядом.

«Мы знаем по собственному опыту 1986-1989 годов, как стремление побыстрее разогреть экономику может обернуться катастрофой — даже если на какое-то время, на год-два, темпы роста действительно возрастут», — российские учёные рассчитали минимально необходимый экономический рост в стране, который будет сохранять стабильность. И его величина равна 5%. Однако Медведев понимает, что при нём никакого экономического роста не будет, и придумывает разные страшилки в оправдание.

«Создание комфортных условий начинается с обеспечения макроэкономической стабильности. Низкая инфляция и сбалансированный бюджет остаются приоритетами для устойчивого развития страны», — Медведев подтверждает свою приверженность идеям монетаризма, которые за 25 лет уничтожили полностью производственный сектор, когда с инфляцией боролись и борются путём ограничения денежной массы.

«В условиях торможения экономического роста бюджетные проблемы нельзя разрешать и за счёт повышения фискального бремени. Принято решение о том, что в ближайшие годы налоги не будут меняться в сторону повышения (в сторону понижения, пусть избирательно, это возможно, что уже или происходит, или обсуждается). Кроме того, сегодня следует отказаться от роста фискальных сборов неналогового характера», — это уже слышали не раз. Однако в 2015 году вводится торговый сбор, налог на имущество начинает рассчитываться с кадастровой стоимости, реализуется налоговый манёвр.

«Необходимо сформировать современные механизмы финансирования экономического роста и модернизации. Это немаловажно в любой ситуации, но в нынешней особенно. Россия сталкивается одновременно с закрытием многих внешних источников финансирования и со снижением цен на нефть», — справедливые замечания. Посмотрим, какие механизмы предложит Медведев.

«Государство также не может превращать в такой источник печатный станок: свобода бесконтрольной эмиссии денег — одна из наиболее опасных свобод. Ссылки на западный опыт эмиссионного стимулирования несостоятельны. Во-первых, оно осуществляется в условиях дефляции (прямо противоположных нашим). Во-вторых, результаты не свидетельствуют о высокой эффективности этого механизма. И в-третьих, эти меры уже превратились в проблему, перспективы решения которой никому не известны (достаточно вспомнить апокалипсические прогнозы о судьбе американского доллара)», — пока дефляция фиксируется лишь в Японии, поэтому непонятно о чём идёт речь. Утверждается, что подобные меры неэффективны, хотя экономика западных стран на порядок мощнее российской. Уровень монетизации российской экономики составляет порядка 45% при среднемировых значениях 125%. Но это не наш метод.

«Для компаний с госучастием нередко характерен рост издержек темпами, превышающими показатель в частном секторе, и реализация ряда инвестпроектов с отрицательным денежным потоком», — естественно, нужна срочная приватизация остатков госимущества. Похоже, для Медведева это намного важнее, чем развитие страны.

«Привлечение инвестиций из-за рубежа призвано решать и специфическую задачу — обеспечить технологический трансферт», — очередной сон Веры Павловны.

«Импортозамещение — еще одно важное направление работы Правительства. И важно, чтобы оно не превратилось в “лозунг дня ”», — импортозамещение у нас пока на уровне пропагандистских мультиков. А реальный сектор испытывает спад.

«Внедрение страховых принципов происходит у нас нелегко. Это касается и роли страховых компаний влияния на цены, на качество услуг. Но мы выбор сделали и отказываться от него не намерены», — паразитирование прокладочных контор на здравоохранении сохранится.

«Чтобы обеспечить наше успешное развитие, требуется радикально повысить качество государственных услуг, качество государственного управления», — и что мешает Медведеву улучшить качество государственных услуг? Он же, в конце концов, премьер-министр, а не представитель оппозиции.

«Необходимо сформировать систему ответственности уровней и органов власти за принимаемые решения», — начинать нужно с Президента и Правительства. Только непонятно, каким образом будет реализован этот механизм. Медведев в своей статье даже не даёт намёка, что ответственность за кризис должен нести в том числе и он.

Таким образом, Медведев в очередной раз пытается заболтать актуальную для России тему. Ранее он это удачно сделал с проблемой технологической отсталости, когда предложил стратегию «Четыре «И» (институты, инфраструктура, инновации, инвестиции). Никакая индустриализация Медведевым даже не обсуждается. Для российской политической элиты она не является первостепенной темой.

Остро встаёт вопрос замены этой компрадорской элиты на прогрессивные силы, ориентированные на новую индустриализацию страны. Однако законных механизмов для этого просто нет. Демократия и всеобщие выборы ориентированы лишь на бесконечную легитимизацию существующей власти. В истории практически нет примеров кардинальной смены власти в результате выборов.

Многие оппоненты власти внедряют миф о якобы честных выборах как эффективном способе решения всех проблем. Хотя по острому высказыванию Алексея Кунгурова, честные выборы — это то же самое, что и целомудренная проституция. Сам механизм выборов бесчестен и формирует лишь отрицательный отбор элит. К примеру, для участия в муниципальных выборах в городе с населением 500 000 человек предвыборная кампания одного кандидата в местные депутаты имеет минимальные затраты в размере двух миллионов рублей. Подобная кампания в Москве оценивается миллионами долларов.

Причём это плата за лотерейный билет, который не даёт никакой гарантии победы в выборах. Хотя приближённые к власти люди могут заплатить за этот билет не два миллиона, а пятнадцать, но с гарантией выигрыша. Для участия в выборах партии финансовых ресурсов необходимо на порядок больше. Поэтому выборы по действующему законодательству — это лишь борьба одних денежных мешков с другими. Исходя из этого, современная власть представляет собой диктатуру капитала, чаще сырьевого или компрадорского. Демократии как власти народа нет никакой.

Естественно, выиграв выборы, кандидат или политическая партия начинают «отбивать» свои понесённые расходы. А это уже коррупция, природой которой является само якобы «демократически устроенное общество». Поэтому тщетны и бессмысленны попытки тех, кто хочет победить коррупцию, не изменив само устройство государства.

В западных странах коррупционный доход достается лишь крупным корпорациям, которые уничтожили коррупцию на низких уровнях. Также скоро произойдёт и у нас. Чиновники в массе своей перестанут брать взятки, однако парламент и правительство будет обслуживать интересы определённых олигархических кругов.

К тому же российские власти научились умело манипулировать избирателями. Согласно действующей пропаганде, есть две борющихся между собой силы: сама власть и так называемая несистемная либеральная оппозиция. Последних прикормлёённые журналисты постоянно уличают в контактах с западными структурами, обвиняя во всех смертных грехах. Однако такой расклад очень выгоден нашей элите: если мошенник хочет быть избранным без серьёзных подтасовок, то его конкурентами должны быть педофил и маньяк. Так они примерно и действуют уже на протяжении более 10 лет.

Либеральная несистемная оппозиция для исполнения роли пугала получает широкую информационную поддержку государственного радио «Эхо Москвы». Один из их лидеров — Алексей Навальный — сделал себе политическую карьеру на пиаре с привлечением следственных органов и ОМОНа. Цель последнего — это не смена власти, а контроль оппозиции, чем он успешно и занимается.

Иные медийные представители либеральной несистемной оппозиции напрямую замечены в спасении существующего режима. На волне массовых протестов в декабре 2011 года Владимир Рыжков, Александр Рыклин, Алексей Венедиктов, Сергей Пархоменко, Геннадий Гудков, Борис Немцов сговорились с властью и увели людей с площади Революции на Болотную площадь. По сей день люди топчутся на этом болоте. Если кто-то не понимает, то площадь Революции находится прямо у стен Кремля недалеко от Государственной Думы и ЦИК. «Оппозиционеры» якобы боялись столпотворения и давки, хотя площадь Революции не изолированный остров, а находится в объединении с Красной площадью, вблизи есть Тверская улица. Вместиться может под миллион протестующих граждан.

Стоит отметить, что на Украине подобным образом действовал Виктор Янукович, когда финансировал партию «Свобода», ожидая увидеть на президентских выборах её лидера — Олега Тягнибока, который бы так запугал избирателей, что они согласны бы были проголосовать хоть за чёрта. Поэтому подобная манипуляция общественным сознанием может выйти боком для наших правителей.

Программные заявления несистемной либеральной оппозиции фактически ничем не отличаются от политических взглядов правящей элиты: капитализм, свободный рынок, конкуренция, демократия и прочее. Часто они выступают в защиту губительного курса ЦБ РФ или одиозных предложений Правительства. Кроме того, несистемные либералы, объединившись с системными, выступают жёсткими критиками новой индустриализации, предлагая рецепты выхода из кризиса, полностью обанкротившиеся ещё в 90-х годах.

Однако в России есть и сторонники новой индустриализации. Площадкой для дискуссии выступает Московский экономический Форум под председательством Константина Бабкина (Президент промышленного союза «Содружество»), Руслана Гринберга (член-корреспондент РАН, до 2015 года — Президент Института экономики РАН) и Виктора Садовничего (Академик РАН, ректор Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова). Кроме обозначенных персон, активно в работе Форума принимают участие Сергей Глазьев, Михаил Делягин, Валентин Катасонов, Юрий Болдырев, Оксана Дмитриева, Юрий Крупнов, Евгений Савченко, Гжегож Колодко, Владимир Якунин, Аскар Акаев, Александр Бузгалин.

Ежегодно организуется Форум, на котором обсуждаются и вырабатываются меры по решению злободневных экономических проблем. В 2014 году главной темой Форума стала новая индустриализация, её актуальность для России. Практически все спикеры выступили за необходимость проведения новой индустриализации России. Однако пока Форум представляет собой дискуссионную площадку, эффективных рычагов воздействия на власть нет. Поэтому стратегия Московского Экономического Форума — это формирование общественной точки зрения на основные экономические проблемы в стране. А на основании этого организаторы Форума пытаются изменить существующую экономическую политику. Обсуждение идей новой индустриализации также проходит на страницах журнала «Экономист» под редакцией Сергея Губанов.

Таким образом, в России уже довольно заметны силы, которые заинтересованы в новой индустриализации, и которые прикладывают к этому максимум усилий.

Владимир Путин иногда высказывает антилиберальные идеи, однако реальные его действия явно тому противоречат. Так 22 августа 2012 года Россия стала полноправным членом Всемирной Торговой Организации, без выхода из которой невозможна не только новая индустриализация, но и никакая другая осмысленная экономическая политика.

Продолжение следует

Блог автора