8 августа 2015

Ижевск 1918: рабочее восстание против большевиков

8 августа 1918 года началось Ижевско-Воткинское антибольшевистское восстание

Центрами восстания стали Ижевск и Воткинск, где были расположены крупные государственные оборонные заводы. В момент наивысшего подъёма восстание охватывало территорию с населением более 1 миллиона человек (большую часть современной Удмуртии), а численность повстанческой армии достигала 25 тысяч. Началось восстание под девизом «За Советы без большевиков!»

"Союз фронтовиков" - стал авангардом восстания в Ижевске

«Союз фронтовиков» — стал авангардом восстания в Ижевске

Рабочие Ижевска и Воткинска, вместе со своими семьями составлявшие не менее 73—74% населения этих городов, принадлежали к особому типу уральского пролетариата. На Ижевском заводе в мае 1918 года было занято 26,7 тысяч рабочих, а на Воткинском — 6,3 тысяч. Их основу составляли потомственные кадровые рабочие, при этом каждое новое поколение работало на тех же заводах и зачастую за теми же станками, что и их отцы. По сравнению с приезжими коренные рабочие отличались более высокой квалификацией и добросовестностью. Таким образом, Ижевско-Воткинское антибольшевистское восстание было пролетарским.

После Февральской революции в Ижевске быстро росла популярность большевиков. В мае 1917 года городская большевистская организация насчитывала всего 36 членов, а перед Октябрём она насчитывала уже более чем полутора тысячи человек. Осенью 1917 года в Ижевске был сформирован отряд Красной гвардии, бойцы которого помогали устанавливать Советскую власть в городе и заводских посёлках Прикамья.

В середине лета 1917 года в Ижевске появилась организация эсеров-максималистов. Вскоре максималистское движение стало массовым, а Ижевск и Воткинск — центрами максималистского движения России. Большевиков максималисты иногда поддерживали, но временами подвергали резкой критике слева. Но в конце концов большевики и максималисты объединились против меньшевиков и правых эсеров.

Вскоре ижевцы разочаровались в большевиках. Они были недовольны как диктаторскими методами большевистского правления, так и их аграрной политикой — многие рабочие поддерживали связи с деревней, которая страдала от продразвёрстки. Из ижевской большевистской организации начался массовый отток: в апреле-мае 1918 года численность её сократилась с 1700 до 250 членов. Возмущение ижевцев вызвало убийство максималистами меньшевика Сосулина, популярного среди заводских рабочих.

В Ижевске против «рабоче-крестьянской власти» восстали не офицеры и генералы старой армии, мелкие лавочники, подкупленные крупными капиталистами, а рабочие и крестьяне

В Ижевске против «рабоче-крестьянской власти» восстали не офицеры и генералы старой армии, мелкие лавочники, подкупленные крупными капиталистами, а рабочие и крестьяне / На фото: бойцы Ижевского полка

большевики дважды (в конце мая и в конце июня) потерпели поражение на выборах в Ижевский Совет, после чего с помощью подкреплений из Казани большевики и максималисты разогнали его, и власть в городе перешла сначала к новому исполкому, в котором большинство было за большевиками и максималистами, а затем к Ижевскому военно-революционному штабу, возглавлявшемуся большевиком Степаном Холмогоровым. Разгон Совета и последовавшие за ним аресты лидеров оппозиционных партий ещё более усилили недовольство ижевцев.

Тем временем в городе сформировался «Союз фронтовиков». Эта организация объединяла солдат и офицеров — ветеранов Первой мировой войны, как и “Fasci italiani di combattimento” («Итальянский союз борьбы») Бенито Муссолини. Фактически «Союзом фронтовиков» руководило офицерское ядро, занимавшее ещё более антисоветские позиции, чем правые эсеры и меньшевики. Организация насчитывала около 4000 членов, у многих из которых дома хранилось оружие. Именно она и стала ударной силой, авангардом Ижевского восстания.

6 августа 1918 года восставший Чехословацкий корпус и эсеровская Народная армия выбили красных из Казани. Ижевские советские власти объявили мобилизацию. Основные силы большевиков и максималистов ушли на фронт, и в городе остались только несколько десятков красноармейцев и милиционеров. Этим и воспользовались организаторы восстания.

Утром 7 августа большевики собрали митинг, потребовав от рабочих подчиниться приказу и выступить на фронт. «Союз фронтовиков» предъявил большевикам требования из 10 пунктов, поддержанные рабочими, среди которых важнейшим было вооружить и обмундировать всех мобилизованных на заводе и отправить всех вместе. Большевики приняли все требования, кроме требования о немедленном вооружении (они обещали вооружить всех позже — на станции Агрыз). Рабочие с митинга не расходились. По предложению председателя «Союза фронтовиков» Солдатова рабочие устроили шествие по Казанской улице. Вечером этого дня распространились известия о том, что Солдатов и многие члены «Союза фронтовиков» арестованы.

Рано утром 8 августа загудел заводской гудок, послуживший сигналом к началу восстания. В городе начались митинги. На один из них прибыли три конных милиционера, в том числе заместитель начальника милиции Ижевска Большаков. Митинговавшие напали на них. Большакову после выстрелов в воздух из пистолета удалось вырваться, двое милиционеров были стащены с коней, обезоружены и избиты.

В 9 часов утра толпа направилась на склад завода, где хранились готовые винтовки с патронами. Охрана, состоявшая из пленных австрийцев, была обезоружена, и восставшие начали вооружаться. Офицеры из «Союза фронтовиков» на месте формировали из повстанцев организованные отряды, которые, захватив завод и Заречную часть города, атаковали немногочисленных красноармейцев, закрепившихся за рекой Иж, в Нагорной части Ижевска. Повстанцы обладали значительным численным превосходством. 8 августа в их отрядах насчитывалось до 6 000 человек, в том числе около 300 офицеров, 3 000 фронтовиков и 3 000 рабочих. Понимая, что город удержать не удастся, красные отступили. К исходу 8 августа Ижевск полностью контролировался повстанцами.

8 августа в Ижевск из Воткинска прибыла делегация фронтовиков, просивших как можно скорее прислать в Воткинск оружие. В ответ на их просьбу в Ижевске была сформирована рота из 250 человек, причем каждый боец должен был нести по две винтовки. Командовал этой ротой бывший полковник Власов. 17 августа повстанцы подошли к Воткинску. Ижевская рота обошла Воткинск и атаковала с того направления, откуда оборонявшиеся красные нападения не ожидали. Кроме того, после начала боя, воткинские фронтовики, вооружившись револьверами и захватив винтовки, напали на красноармейцев с тыла. Уличный бой продолжался три часа. Красные были разбиты и бежали. В Воткинске началось формирование собственного правительства из социал-демократов и социалистов-революционеров.

Тем временем в Ижевске восставшие в первом же обращении к населению объявили, что они признают единственной и законной верховной властью в России Комитета Всероссийского Учредительного собрания, размещающийся в Самаре. Местный Совет объявлялся «только классовой рабочей организацией». Тем самым предполагалась легитимная передача власти от Совета к новообразованной структуре — Комитету Учредительного собрания. Для этого в состав Исполкома Совета 10 августа 1918 года были кооптированы члены будущего местного Комуча.

В духе «непосредственной демократии» произошло формирование власти в Воткинске — на «митинге жителей г. Воткинска» было принято постановление: «политическая власть Советов кончилась», «единственной законной властью в России на данный момент является Комитет Всероссийского Учредительного собрания, временно организованный в Самаре», «в г. Ижевске и Воткинске и их окрестностях вся полнота власти временно, впредь до установления связи с органом Учредительного собрания, сосредотачивается в руках членов Учредительного собрания».

Прикамский Комуч провозглашал развернутую программу устройства центральной и местной власти. Упразднялась «политическая власть Советов и их Комитетов». Признавалось, что «Советы могут существовать лишь как добровольные классовые организации пролетариата и трудового крестьянства». «Во всех своих правах» восстанавливались органы городского и земского самоуправления, «организованные на основе всеобщего, прямого, равного и тайного избирательного права». В отношении их сохранялись в силе законы Временного правительства 1917 года.

Замена советов земствами и городскими управами должна была проводиться поэтапно, в форме «сдачи дел» и ревизии советской финансовой отчётности. Одновременно с этим следовало приступить к подготовке «правильных перевыборов волостных и уездных гласных, согласно положению Временного правительства о волостном и уездном земстве». Упразднялись, с «передачей дел» земскому самоуправлению, также местные земельные и продовольственные комитеты.

Военная власть в повстанческой республике, имевшая не меньший вес, чем гражданская, всё это время принадлежала сначала штабу «Союза фронтовиков», а затем, после создания Народной армии, её штабу. Повстанческие власти начали принимать меры по созданию регулярной армии с первых же дней восстания. 10 августа Исполком Совета принял решение о создании собственной народной армии. Прикамским КОМУЧем было принято постановление, по которому и офицеры, и солдаты, и рабочие должны были получать одинаковое денежное довольствие.

Одним из первых мероприятий новых ижевских властей стало разрешение свободы торговли, запрещённой при большевиках, отмена осадного положения и смертной казни. Многие меры, проведённые большевиками в рамках своей рабочей политики, новые власти не стали отменять, учитывая настроения рабочих. Были оставлены прежние ставки оплаты труда, оставлены в силе прежние декреты Советской власти об условиях работы, социальных гарантиях. Уравнительные тенденции прослеживаются во многих мероприятиях повстанческой власти.

Ижевский оружейный завод производил до 2 500 винтовок в сутки. Основная их часть шла на вооружение повстанческой армии, значительное количество доставлялось в окрестные села восставшим крестьянам в обмен на хлеб. Воткинский завод, в свою очередь, производил снаряды для артиллерийских орудий (до 2000 в сутки), также на заводе занимались бронированием поездов и пароходов. Кроме того, на заводах производились штыки, орудийные замки, отдельные части к пулеметам, холодное оружие, выделывалась колючая проволока для строительства заграждений.

Повстанческие власти начали принимать меры по созданию регулярной армии с первых же дней восстания. 10 августа Исполком Совета принял решение о создании собственной народной армии. Основой для неё послужил отряд полковника Дмитрия Федичкина (участника Русско-японской и Первой мировой войн), численностью в 300 человек, созданный 9 августа для отражения контратаки красноармейцев. 14—19 августа численность отряда увеличилась на 800 человек за счёт пополнения добровольцами, и в его составе было сформировано несколько рот.

24 сентября на ликвидацию мятежа ижевских и воткинских рабочих из Петрограда был послан 7-ой Бауский латышский стрелковый полк, Латышский артиллерийский дивизион и кавалерийский отряд. 29 сентября латышские стрелки высадились в 100 км севернее Воткинска, на станции Чепца, откуда, соединившись с частями Особой Вятской дивизии, двинулись в наступление на Воткинск.

В то же время на Ижевск наступала 2-ая Советская сводная дивизия под командованием старого латышского коммуниста Валдемара Азина. Во входящем в эту дивизию 247-м полку были две латышские роты. Историк Алексей Шепталин утверждает, что «на подавление восстания были брошены самые верные и боеспособные силы Красной армии, половину которых составляли отличавшиеся особой жестокостью “интернационалисты” — части латышских и китайских стрелков, а также наёмников из бывших военнопленных венгров, австрийцев, немцев и турок».

7 ноября комдив Азин бросил свою дивизию на штурм Ижевска. В городе ударили в набат. Ижевские рабочие бросились в контратаку. Приблизившись к позициям красных, повстанцы вступили в рукопашный бой, используя штыки и ножи. В результате атаки части Красной армии на этом участке фронта были опрокинуты, а Второй мусульманский полк бежал с поля боя, оставив позиции. Повстанцы потеряли  в первом же бою потеряли свыше 800 убитыми. Современники так описывали сокрушительные атаки рабочих-ижевцев: «Они не признавали штыка и, когда наступала минута рукопашной схватки, они закидывали свою винтовку на ремень за спину и вынимали свои длинные рабочие ножи. По свидетельству многочисленных очевидцев этих решающих моментов атаки, красные не выдерживали одного вида этой манипуляции и бросались в бегство, дабы избегнуть рукопашной схватки со столь решительным врагом. Интересно здесь отметить, что Ижевская и Воткинская дивизии оставались непобедимыми на протяжении всей Гражданской войны» (см. Воробьев А. Восстание на Ижевском и Воткинском заводах в августе 1918 года. — «Часовой» (Брюссель), 1987, № 663, С.10).

Военный историк Александр Петров отмечает: «Ижевским рабочим не оставалось ничего другого, как только утром 7 ноября по заводскому гудку предпринять массированную беспатронную штыковую атаку. От совершенно неожиданного и сокрушительного разгрома Азина спасла лишь стойкость латышского полка Чеверёва».

Сражение длилось три дня, но ижевцы не смогли сдержать обильно снабжённые пулемётами и артиллерией красные полки.

«Из Петрограда на наш фронт были двинуты эшелоны, главным образом были посланы отряды латышей и мадьяр, но было и несколько рот состоящих исключительно из китайцев. Теперь, смотря в то далёкое прошлое, становится понятным, почему именно такие отряды были посланы к Ижевску и Воткинску из красного Петрограда; посылать русские отряды против восставших русских же рабочих было опасно, а мадьяры, латыши и китайцы – всё это была наёмная армия, готовая идти против кого угодно. Латыши и мадьяры держались очень стойко, китайцы же в боях буквально никуда не годились, много их погибло во время боёв, потопленных в Каме», — вспоминал рядовой участник Ижевского восстания Наумов (см.: Наумов В. М. Мои воспоминания. // Ижевско-Воткинское восстание. С. 83).

9 ноября сам Азин на бронепоезде бросился на прорыв обороны, кося из пулемётов защитников города. 10 ноября, под покровом ночи, рабочие отряды вместе с частью населения оставили город.

Утром комдив Азин приступил к кровавой расправе над оставшимся в Ижевске населением. Бывший журналист повстанческих изданий «Ижевский защитник», «Народовластие» и др. Анатолий Гутман-Ган записал: «Кровавый террор господствовал и в Ижевском заводе». Родственники непокорных рабочих, в том числе старики и женщины, по его приказу были расстреляны в первый же день. Всего было убито в день захвата города около 800 человек. Тела убитых возили на подводах несколько дней и зарывали в огромных ямах в лесу близ заводского озера. На следующий день начала действовать Чрезвычайная комиссия. Ловили всех, на кого указывали местные коммунисты. Через несколько дней тюрьмы и все арестные помещения оказались переполненными. Арестованные валялись в погребах и сараях.

«Главный контингент арестованных: рабочие и служащие завода. Расстрелы продолжались более месяца. Главное участие в расстрелах принимали китайцы, мадьяры и латыши. Квартиры рабочих семей, члены которых служили в Народной армии, совершенно разграбили. Семьи ушедших рабочих убивались», — пишет историк Ефимов», — вспоминал один из командиров ижевцев Авенир Ефимов (см.: Ефимов А.Г. Ижевцы и воткинцы. Борьба с большевиками 1918-1920. М., 2008. С. 56). За взятие Ижевска Азин удостоился ордена Красного знамени.

Факт Ижевского восстания произвёл в советских рядах замешательство. Это был страшный удар по престижу большевистской власти. Ведь в Ижевске против «рабоче-крестьянской власти» восстали не офицеры и генералы старой армии, мелкие лавочники, подкупленные крупными капиталистами, а рабочие и крестьяне.

Отступившие за Каму войска повстанцев в дальнейшем воевали с большевиками в составе Ижевской и Воткинской дивизий Русской армии адмирала Колчака, но уже не за демократическую социалистическую республику, а за «белое дело». После поражения белых большая часть сражавшихся в их войсках ижевцев осела в Маньчжурии и США.

Подготовлено редакцией Sensus Novus