24 июля 2015

Итальянские левые ищут выход из кризиса

Руслан КОСТЮК, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ

Те, кто хоть немного знаком с новейшей историей Италии, с историей её левого и рабочего движения, прекрасно видят, что ныне состояние левых сил этой южноевропейской страны весьма печально.

Получив лишь немногим более 3% голосов, партия «Левые Экология Свобода», ведомая известным политиком Ничи Вендолой, дважды избиравшимся президентом региона Апулия, сумела провести 37 депутатов и семь сенаторов

Получив лишь немногим более 3% голосов, партия «Левые Экология Свобода», ведомая известным политиком Ничи Вендолой, дважды избиравшимся президентом региона Апулия, сумела провести 37 депутатов и семь сенаторов

В послевоенную эпоху в Италии действовала сама сильная и многочисленная коммунистическая партия в Западной Европе. В 1970-е годы за неё отдавала свои голоса треть избирателей, а в совокупности итальянские левые пользовались поддержкой свыше 40% граждан. В Италии действовали сильные и многочисленные профсоюзы, студенческие ассоциации и женские организации, находившиеся под влиянием левых сил. В этой южноевропейской республике в послевоенный период было немало кооперативных объединений, представлявших собой целый пласт итальянской «солидарной экономики».

Но развал биполярной системы крайне негативно отразился на итальянской левой. Большая часть старой ИКП трансформировалась в Демократическую партию левых сил, вскоре оказавшуюся на правом фланге европейской социал-демократии. С начала 1990-х годов начался глубокий организационный и идейно-политический  кризис итальянской левой. Левые и левоцентристские партии начали стремительно терять и членскую базу, и избирателей. Резко упал уровень их влияния в рабочем и профсоюзном движении, в идейно-теоретическом плане левые оказались в состоянии тупика.

В итоге посткоммунисты слились в единую партию с бывшими левыми христианскими демократами и во главе нынешней Демократической партии (ДП), считающейся левоцентристской, стоит премьер-министр Маттео Ренци — открытый социал-либерал. Социалистическая партия пребывает в состоянии полной маргинализации и деморализации. Партии коммунистической ориентации, как, например, бывшая в 90-е годы ХХ века на подъёме Партия коммунистического преобразования (ПКП), уже два срока подряд не в состоянии попасть в парламент…

Мы знаем, что в большинстве южноевропейских стран в годы нынешнего глобального финансового кризиса имеет место подъём радикальных левых настроений. Италия пока что здесь является исключением, хотя если судить здраво, оснований для недовольства против политической и экономической в обществе немало. Вот уже несколько лет подряд в экономике наблюдается спад производства, уровень безработицы превышает отметку в 12,5% трудоспособного населения. Недавние реформы рынка труда и системы школьного образования носили отчётливо неолиберальный характер и были в штыки встречены профсоюзами и неправительственными социальными организациями. Выборы разного уровня показывают, что значительное число итальянцев отдают голоса за антисистемные партии; правда, как правило, не левой ориентации.

А вот если посмотреть на тот спектр, что относится к радикальной левой, здесь мы обнаруживаем весьма малосимпатичную ситуацию.  После нескольких лет отсутствия в парламенте сил, находящихся слева от ДП, в 2013-м в парламент прорвалась — в качестве составной части широкого левоцентристского альянса «Италия. Общее благо» — партия «Левые Экология Свобода» (ЛЭС). Получив лишь немногим более 3% голосов, эта партия, ведомая известным политиком Ничи Вендолой, дважды избиравшимся президентом региона Апулия, сумела провести 37 депутатов и семь сенаторов. Но вскоре после выборов ЛЭС оказалась вне парламентского большинства, осудив вступление демпартии в коалицию с правоцентристами и либералами. Партии более левой ориентации и в 2013-мне сумели попасть в итальянский парламент.

Такое печальное положение вещей заставило итальянских радикальных левых в прошлом году договориться о создании общего единого списка к выборам в Европарламент (ЕП). В основе этого списка, включившего в свой состав и представителей различных альтернативных ассоциаций, лежало сотрудничество двух самых многочисленных радикальных левых партий современной Италии — ЛЭС и ПКП. На выборах в ЕП данный левый список под названием «Другая Европа с Ципрасом» (напомним, что нынешний премьер-министр Греции Алексис Ципрас год назад выдвигался Партией европейских левых на пост председателя Европейской Комиссии) получил более 4% голосов, что позволило радикальным левым провести в состав ЕП троих представителей.

Столь скромные маловразумительные результаты, лишь чуть-чуть улучшившие прежние показатели, способствовали усилению унитарной динамики. В открытом письме к союзникам по левому движению Вендола призвал начать кропотливую работу по созданию нового объединённого субъекта итальянской левой. В условиях, когда политика ведущей правительственной силы ДП и в теории, и на практике соответствует социал-либеральной доктрине (хотя в прошлом году де-юре ДП вошла в состав Партии европейских социалистов), потребность в подобном «субъекте» в итальянской политике, в самом деле, имеется.

В разных регионах и провинциях Италии за минувший с европейских выборов год созданы форматы разнообразных дискуссионных столов и координационных комитетов по объединении. В них участвуют не только члены левосоциалистических и коммунистических партий, но и представители профсоюзов, рабочих ассоциаций, неправительственных социальных ассоциаций, отдельные известные общественные деятели и интеллектуалы. С учётом традиционно имеющейся многопартийности на радикальном левом фланге, добиться компромиссов и по организационным, и по политическим вопросам не так уж просто. Но прошедший период показал, что сама убеждённость лидеров ЛЭС и ПКП в неизбежности продвижения унитарного процесса всё же крепнет.

В конце концов, даже исходя из элементарного политического прагматизма и чувства самосохранения двигаться к единству просто необходимо. Возьмём для примера недавние частичные региональные и местные выборы в Италии. Почти во всех регионах, где радикальные левые выступали раздельно, без привлечения известных персоналий, их списки получили в районе одного процента голосов.

Как отмечает политолог Франко Тиридатто, «эти выборы подтверждают слабую электоральную привлекательность списков, называемых альтернативными». Но вот в Лигурии альтернативным левым удалось объединиться, во главе списка встал известный политик, в прошлом член ДП, Лука Пасторино; и в результате радикальный левый альянс получил 9% голосов.

Лигурийский прецедент лишний раз подтверждает, что без успеха интеграционного процесса итальянским антилиберальным левым будет очень сложно. Впрочем, итальянская пословица говорит: собираться сделать — ещё не значит сделать. Мой знакомый депутат итальянского парламента от ЛЭС считает, что «левым предстоит ещё очень много двигаться по пути к вероятному объединению». Существуют серьёзные персональные проблемы, старые счёты, неурегулированные мелкие дрязги, объективно мешающие успеху данного процесса.

Нужно также признать, что ДП продолжает удерживать большую часть левых избирателей на своей стороне. И появление в ДП диссидентов, так же как и мелкие отколы от неё (в мае из партии вышел, например, её бывший секретарь Пьерлуижи Берсани), не особенно льёт воду на мельницу радикальной левой: как правило, выходящие пытаются создать очередную социал-демократическую партию, где левым социалистам и коммунистам нет места.

Учтём ещё и такой фактор: да, значительная часть итальянцев разочарована в традиционных политиках и либерализме, но при этом они охотно голосуют за различные популистские проекты (Движение «Пять звёзд», Лигу Севера, «Вперёд, Италия!»), предпочитая по факту именно правый популизм.

Ещё одна помеха для итальянских левых — слишком сильная ассоциация с греческой СИРИЗА и Ципрасом лично. После недавнего «капитуляционного» для греческих трудящихся компромисса между Афинами и Брюсселем подобная ассоциация вряд ли сыграет на пользу итальянским радикальным левым.

На выборах в ЕП в 2014 году за радикальный левый список в Италии отдали голоса 1 миллион 108 тысяч избирателей. А вскоре после войны только в рядках ИКП насчитывалось полтора миллиона членов. Что же, подобное сравнения явно не в пользу современных антикапиталистических левых на Апеннинах. Сегодня основная их часть настроена на интеграцию и объединение. Способно ли оно само по себе вывести итальянскую левую из глубокого организационно и идейно-политического кризиса — это предстоит ещё увидеть…

Читайте также:

Алексей ЖАРОВ. Итальянский бунт — дело правых

Дмитрий ЖВАНИЯ. ИКП — смерть как расплата за соглашательство

Дмитрий ЖВАНИЯ. Италия по пути к революции

Дмитрий ЖВАНИЯ. Тучи над Средиземноморьем. Или стратегия напряжённости

Дмитрий ЖВАНИЯ. Мара, Барбара, Сюзанна и другие

Руслан КОСТЮК. Наззарено ПИЛОЦЦИ: «Нужна бескомпромиссная борьба за справедливую Европу»

Руслан КОСТЮК. В Италии зажигаются новые звёзды

Руслан КОСТЮК. Италия в кризисе. Европа в заложниках

  • http://kripta.ee/rosenfeld/2015/09/01/xi-levaya-alternativa-krizisu-sovremennogo-obshhestva-v-evrope-stranax-postkommunizma-i-mire-v-celom/ Третий марксизм, XI глава.Левая альтернатива кризису современного общества в Европе и мире.Успех левых партий Европы. | Игорь Розенфельд

    […] левые ищут выход из кризиса, 24.06. 2015, http://www.sensusnovus.ru/featured/2015/07/24/21331.html ) . //До этого Пьерлуиджи […]