17 июня 2015

Сильный дух женского демонизма

Дмитрий ЖВАНИЯ

«Сильные души» — это кино о страшной силе женской красоты

«Сильные души» — это кино о страшной силе женской красоты

Иногда, если не знать, что художник — человек левых убеждений, по его произведениям его можно принять за правого. И наоборот. Взять, например, фильм Рауля Руиса «Сильные души», снятый им в 2001-м (Les âmes fortes — допускается перевод и «Сильные духом»). Это — кино о страшной силе женской красоты. О «женском демонизме», о котором любят рассуждать крайне правые вслед за Фридрихом Ницше и Юлиусом Эволой. А ведь Рауль Руис был советником по вопросам культуры  президента-социалиста Чили Сальвадора Альенде, и бежал из Чили после переворота, совершённого в сентябре 1973 года военными во главе с Аугусто Пиночетом.И тем не менее…

Что мы видим в этом фильме Рауля Руиса?

Поминки. Несколько пожилых уже женщин, сидя за столом, разговаривают о жизни. Одна из них, Тереза рассказывает собеседницам, историю времён своей молодости.

Казалось бы, что может рассказать старуха в 30-е годы 20 века о своей молодости? Уже скучно. Влюбилась, вышла замуж, родила ребёнка, тот рос, муж работал, они старели, и вот — финал. Кстати говоря, мы не знаем, кто умер. Чьё тело лежит в соседней комнате… «Самые несчастные те, кто умирают», — преподносит свою мысль Тереза своим престарелым подружкам. «Вам нравится жизнь, Тереза?» — замечает одна из них не без доли сарказма. И мы узнаём о жизни Терезы. С её слов. Она бежит из своей деревни со своим парнем Ферменом (Фредерик Дифенталь). Фермен — обычная деревенщина, но себе на уме. И мы вскоре понимаем, что не ради него Тереза бежит из своей деревни. «Я его не любила», — признаётся она в старости. Что движет ею? Наверное, жажда нового.

Молодая пара оказывается в небольшом провинциальном городке Прованса и устраивается работать в придорожный трактир. Тереза скоро понимает, что девичья красота — это не только и не столько преимущество, сколько источник опасности для самой её, красоты, обладательницы. Тереза — красавица. Недаром роль её играет Летиция Каста. Но главное: правильно распорядиться этим орудием — женской красотой. «Будь с ним поосторожней. Он распускает руки», — напутствует Терезу её напарница Шарлотта (Натали Бутфо), говоря о пожилом мужчине, Рамполе (Йохан Лейзен), который — «главный на строительстве железной дороги». Плотоядно посматривает на Терезу о немой кучер Эмиль (Карлос Лопес).

 Тереза манипулирует людьми не материальной корысти ради. Ей нравится сам процесс. Она получает удовольствие, губя людей

Тереза манипулирует людьми не материальной корысти ради. Ей нравится сам процесс. Она получает удовольствие, губя людей

В городе живёт семейная пара Ньюмансов. Наверное, это случайность. Фильм французский. Как и писатель, по чьей книге он снят — Жан Жионо. Но с английского «ньюманс» можно перевести как «новый человек». Что нового в месье Ньюмансе? Он (Джон Малкович) — либерал и меценат. Он сделал большой взнос на нужды светской школы. Наверное, и отношения с женой о строит на новый лад. Не так, как принято. О чете Ньюмансов мы узнаём, когда в кадре появляется неприятный рыжий мужчина — ростовщик Ривелар (Шарль Берлинг). «Мерзкий тип» — отзывается о нём Шарлотта.

Она же рассказывает, что он приехал взыскивать долг с госпожи Ньюманс (Ариель Домбаль), которая влезла в него, чтобы обеспечить своего любовника — «благородного, но бедного молодого человека». И зритель уже ждёт поворота сюжета в стиле «Мадам Бовари». Но мадам Бовари жила в 50-е годы, при второй Империи. А чета Ньюмансов в 70-е годы XIX века. На дворе 1877-й. Третья республика. Парламентская демократия. И французские женщины уже не травятся из-за того, что наделали долгов ради любовников. Правду рассказала Шарлотта или сплетню — зрителю остаётся только догадываться. Но то, что чета Ньюмансов имеет проблемы с ростовщиком — это точно.

Мадам Ньюманс обращает внимание на Терезу. В ней просыпается нереализованное материнское чувство.  Тем более Тереза беременна и нуждается в опеке.  Мадам Ньюманс приглашает Терезу и Фермена жить рядом с господским особняком — в доме садовника. Мадам Фермен даже обещает подарить им этот дом. Фермен своим крестьянским умом чувствует подвох, а Тереза решает, что нужно воспользоваться любовью к ней благородной и бездетной мадам. Деньги как таковые Терезе не нужны. Это не её цель. «И что мне надо в этой жизни? Деньги можно грести лопатой. Но они мне не интересны», — рассуждает она. Мы-то ждём развития сюжета по той линии, как ушлые простолюдины пользуются филантропией аристократов, а — нет. Терезе деньги не нужны. Это не её цель.

И мы до конца так и не понимаем, зачем она манипулировала госпожой Ньюманс. А она манипулировала. Чувствуя, что та видит в ней дочь, она извлекала из этого пользу: новые платья, пальто, шляпки… Уже можно не обращать внимание на старую приятельницу Шарлотту, встречая её по дороге из церкви. Но всё это для Терезы мелочь. Когда её муж оказался в финансовом капкане всё того же ростовщика Ривелара, она обращается за помощью к мадам Ньюманс. Чета Ньюмансов по каким-то своим соображениям даёт вексель на необходимые 50 тысяч франков. И всё заканчивается плачевно. Месье Ньюманс умирает, когда приезжает ростовщик. Госпожа Ньюмас исчезает, оставляя через пастора Терезе сообщение, что та причинила ей боль. Линия «ушлые бедные против благородных мечтателей» обрывается.

Настоящим новым человеком оказывается Фермен. Он предлагает Терезе остаться друзьями, но при этом не хочет с ней разводиться. Почему деревенщина Фермен принял такое решение? Руис нам не объясняет. В итоге Тереза рожает ребёнка от немого кучера. А Фермен радуется будто это его собственное дитя. Странное поведение для не слишком изысканного человека конца XIX века. Правда, временами его всё же гложет чувство унижения. Однажды он заявляет Терезе: «Хватит ломать комедию!» А та, улыбнувшись, отвечает: «Кто тебе поверит, что ты не спишь со мной? Попробуй — расскажи». «А если расскажу?» «Опозоришь себя. У тебя духу не хватит». Фермен набрасывается на Терезу с ножом, но та обливает его горячим супом. Мир в псевдосемье восстанавливается. Некоторое время спустя Фермен, играя с ребёнком, рождённым Терезой от любовника, признаётся ей, что «никогда не был так счастлив». И Тереза приходит к мысли, что «теперь его надо было убить». Причём эта фраза произносится старой Терезой, отчего в ещё большей степени возникает ощущение, что она — ведьма.

Естественно, Тереза убила Фермена не сама, а руками кучера Эмиля, который сбрасывает его со скалы во время вьюги, думая, что избавляется от более счастливого на данный момент соперника. А Тереза тем временем соблазняет Рамполя, который, как мы помним, — «главный на строительстве железной дороге». После гибели Фермена острожный, повидавший виды Рамполь умывает руки…

В Терезе есть что-то демоническое, и оно проступает не только в её поведении, но и в её красоте. Мужчинам, которые общаются с Терезой, только кажется, что они главные, что они сильные. На самом деле Тереза, как ловкий дзюдоист, обращают силу соперника против него самого… «Режиссёр показывает сложность и неоднозначность женской души, раскрывая внутреннюю борьбу на фоне утонченной красоты Прованса. Истину о Терезе мы, возможно, никогда не узнаем», — читаем мы в одной из рецензий.

Вряд ли стоит искать в картине Рауля Руиса «Сильные души» какого-то одного смысла. Как и ответа на вопрос — а кто в фильме сильны души? Люди, показанные в картине, все сплошь ординарные. Лишь Тереза неординарна. Но есть у неё душа — большой вопрос. А дух есть — злой. В картине заключено несколько смыслов. Один наслаивается на другой. И в этом — жизненная правда Руиса. Ведь если у истории один смысл — это не жизненная история. Это притча. В реальной жизни всё, как в торте «Наполеон» — одно наслаивается на другое. В картине «Сильные души» есть сочувствие к людям из высших классов, которые, исходя из своих филантропических убеждений, дали обвести себя вокруг пальца. Мы видим, насколько так называемый простой человек непрост — на самом деле это хитрое, себе на уме, животное, которое порой превращается в дикого зверя. Женоненавистники наверняка увидят в фильме подтверждение тезиса о «демонизме женского начала»…

Наверное, многослойность и  есть фирменный приём Руиса. «Фантасмагории Руиса основаны на принципе множественности интерпретаций, причем сама эта множественность становится сюжетообразующей» — так охарактеризовал стиль Руиса кинокритик Андрей Плахов. «Сильные души» богаты скрытыми смыслами, но в этой картине нет сюрреалистической образности, фантасмагорий и абсурдизма, как, например, в более ранних картинах Руиса «Хроника похищенной картины», «Город пиратов», «Три кроны для моряка», «Остров сокровищ».

Сам Руис  в одном из интервью, рассуждая о своём творчестве, сказал: «Один из моих друзей дал точное определение, сказав, что мои фильмы — это заметки на полях прочитанных мною книг…» Однако в отличие от литературных произведений в руисовских картинах не всегда присутствует классическая трёхчастная структура: завязка, кульминация и развязка. Поэтому-то и сложно оценивать морально-нравственные установки героев или мотивацию их поведения. Почему Фермен отказался от близости с женой? Заболел? Перегорел? Или зачем Ньюмансы берут на себя обязательства перед ростовщиком по долгу Фермена, зная, что это их разорит?

Если бы не экспериментальное повествование, то «Сильные души» можно было бы определить как нуар, ибо это история о женщине, которая, никого не любя, обводит всех вокруг пальца, используя свои чары. Однако если в классическом нуаре женщина делает это, чтобы обрести «чемодан с долларами», то Тереза манипулирует людьми не материальной корысти ради. Ей нравится сам процесс. Она получает удовольствие, губя людей.