7 декабря 2014

«Пуля» — это «На дне» двадцать первого века

Михаил ПУЛИН

По своей атмосфере повесть «Пуля» - это «На дне» двадцать первого века, приправленная авантюрным духом произведений Джека Лондона

По своей атмосфере повесть «Пуля» — это «На дне» двадцать первого века, приправленная авантюрным духом произведений Джека Лондона

Наверное, нет такого человека, который в юности не мечтал о путешествиях, экстриме, рискованных авантюрах, о жизни, наполняющей кровь адреналином, о судьбе, постоянно напоминающей тебе, что ты не существуешь, а живёшь. С годами люди, как правило, забывают о своих мечтах, превращаясь в стандартизированные винтики общества потребления, всё бытие которых можно выразить в трёх словах: «потребляй — работай — сдохни».

Однако среди плывущей по течению массы всегда находятся те, кто плюют с высокой колокольни на уготованную им современным миром судьбу и живут сами, не оглядываясь на стереотипы и навязанные обществом модели поведения. В нашей стране таких личностей принято презрительно называть «маргиналами». Честно говоря, в этом презрении — всего лишь зависть человека, привязанного невидимыми цепями к своей работе и привычному укладу жизни, к тем, кто может, бросив всё, отправится за тысячи километров без гроша в кармане навстречу своей судьбе.

Живущему в четырёх стенах обывателю всегда тяжело признаться себе в том, что он фактически находится в положении связанного по рукам и ногам бесконечными кредитами, работами и пресловутым «социальным статусом» крепостного.

Людей, не желающих плыть по течению, более всего ненавидят даже не власть имущие, а такие же братья по несчастью, выбравшие кажущийся им уютным путь конформизма. Так происходило во все времена и эпохи, во всех коллективах, где существует расслоение на классы-антагонисты. На режимных зонах самые лютые каратели отнюдь не менты, а такие же зеки, выбравшие кривую дорожку служения администрации. Ещё в Древнем Риме над каждым десятком рабов был поставлен надсмотрщик из числа таких же подневольных. В общем, как говорил Гёте: «Нет рабства безнадёжней, чем рабство тех рабов, кто сам себя считает свободным от оков». Впрочем, настало время поговорить непосредственно о книге.

Людей, не желающих плыть по течению, более всего ненавидят даже не власть имущие, а такие же братья по несчастью, выбравшие кажущийся им уютным путь конформизма.

Англия, Франция и другие страны старушки-Европы, Россия, Украина — вот лишь некоторые из локаций, в которых разворачивается сюжет повести Антона Буллета. Ирландская республиканская армия, Национал-большевистская партия, группировки скинхедов и футбольных хулиганов — и это ещё далеко не все формации и движения, упоминаемые на страницах книги. Панки, неформалы, криминалитет, наркоманы и прочие обитатели социального дна…

По своей атмосфере повесть «Пуля» — это «На дне» двадцать первого века, приправленная авантюрным духом произведений Джека Лондона. Каждому, кто не понаслышке знает о жизни в чужих незнакомых городах, когда в кармане лишь вошь на аркане, о путешествиях, наполненных историями одна увлекательней другой, об обстоятельствах, когда приходится рискнуть свободой или головой за пачку денег или какие-либо другие более возвышенные ценности, невозможно будет не узнать самого себя в ситуациях, в которые попадает главный герой по мере развития сюжета.

Но, как говорится, «Платон мне друг, но истина дороже»; буду объективен и не обойдусь без некоторой товарищеской критики. Есть один нюанс, на который хотелось бы обратить внимание. Книга оставляет некоторое впечатление недосказанности, хотя, учитывая, о чём идёт речь на её страницах, возможно, это сделано намеренно. Всё-таки автору приходится частенько путешествовать, а спецслужбы «полицейского интернационала» неминуемо заинтересуются как им самим, так и книгой. Ещё бы — все средства от её продажи идут на нужды добровольческих батальонов Украины.

В любом случае, для дебютного произведения книга получилась более чем достойной. С интересом буду следить за творчеством нашего украинского камрада. Остаётся только пожелать Буллету не останавливаться на достигнутом, и хотя бы раз в годик-другой радовать читателей очередной книгой.