20 сентября 2012

Грузия: 11 лет спустя

Дмитрий ЖВАНИЯ

Автор текста — Дмитрий Жвания

Далеко не все страны так изменяются за 50 лет, как Грузия изменилась за 11 лет, которые я не был на «исторической родине». Это заметно сразу. Выходя из самолёта, вы попадаете не в сарай, вроде «Пулково-2», и не в морально устаревший аэровокзал, вроде «Пулково-1». Новый тбилисский аэропорт напоминает барселонский и ничем не уступает аэровокзалам ведущих европейских городов. Стоя в небольшой очереди перед паспортным контролем, я немного волновался: вдруг меня будут спрашивать на грузинском, а я не уловлю, о чём. Но красивая брюнетка-пограничница в ответ на моё «Дила мшвидобиса» спросила меня на русском языке: «Откуда вы прилетели?» — «Из Петербурга транзитом через Минск». Девушка улыбнулась и поставила в мой паспорт штамп: «Добро пожаловать в Грузию!»

Тбилиси в огне

Я помню Тбилиси 11-летней давности. Это был мрачный город в прямом смысле этого слова. Ночью лишь кое-где горели огни. Ни о какой подсветке памятников архитектуры и речи не было. Сейчас ночной Тбилиси – весьма красивое зрелище: подсвечены средневековые церкви и остатки крепостной стены (Нарикала), а также президентский дворец, новый мост через Куру, музыкальный фонтан и даже памятник, установленный Зурабом Церетели в честь грузинских царей на холме недалеко от Тбилисского водохранилища. Да и вообще: в городе всё нормально с освещением и подачей электричества, а не так, как раньше – один фонарь на целый квартал.

11 лет назад ночью лишь кое-где горели огни. Ни о какой подсветке памятников архитектуры и речи не было. Сейчас ночной Тбилиси – весьма красивое зрелище

11 лет назад стены немалого числа домов в старом Тбилиси подпирали балки – чтобы не упали. В разваливающихся домах продолжали жить люди, рискуя погибнуть под обломками. Сейчас основные улицы старого города отреставрированы, а сами улицы вымощены плиткой. Я находился в Тбилиси в конце августа и начале сентября. Везде идёт какой-то ремонт, отчего создаётся впечатление, что город готовится принять какое-то важное общемировое мероприятие типа Олимпиады или футбольного Мундиаля. Естественно, эта «большая работа» затрудняет жизнь обычного человека. Я жил у родственников в той части проспекта Давида Агмашенебели (центр Тбилиси), который ещё реставрируется (половина этого исторического проспекта, где в XIX веке жили тбилисские немцы, уже полностью восстановлена, на что ушло 30 млн долларов). Мне и моим родственникам приходилось вставать не позднее 7 утра, так как рабочие начинали кричать друг на друга, видимо, обсуждая, кто и что будет делать. Конечно, есть недовольные этой реставрацией, из-за которой вырубаются платаны (которые, надо сказать, цветя, вызывают аллергию), отчего проспект облысел, и летом негде спрятаться от палящего солнца. Однако тот, кто помнит, что собой представлял проспект Агмашенебели (бывший проспект Плеханова) 11 лет назад, скорее будет сторонником его восстановления. В конце концов, лучше потерпеть зной, чем погибнуть под обвалившейся лепниной.

Фоторассказ о Тбилиси-2012:

Причём памятники архитектуры восстанавливаются не только в Тбилиси, но и в стране в целом. Существует целая государственная программа по возрождению наследия. Некоторые старые городки полностью превращаются в туристические центры, например, как Сигнахи в Кахетии. 11 лет назад мы с моим петербургским другом, с которым я тогда посетил Грузию, побывали в расположенном над Алазанской долиной, в предгорье Кавказского хребта, монастыре Некреси – это один из самых древних христианских монастырей Европы (появился в IV веке). Мы взбирались в гору по разбитой дороге, а сам монастырь пребывал в плачевном состоянии. Нас тогда встретил один монах, русский по происхождению. Он провёл для нас экскурсию фактически по руинам. Сейчас Некреси очень бережно восстановлен. Как и замок, который в древности служил столицей винодельческой Кахетии – Греми.

Замок Греми — средневековая столица Кахетии

По дорогам Грузии сейчас ездить просто приятно. Практически все основные трассы отремонтированы. В стране развивается индустрия туризма. На проспекте Руставели – главной магистрали Тбилиси – множество агентств, которые предлагают туры по стране: как обычные автобусные, так и для любителей горного туризма и офф-роуда. Я едва не вписался в тур на джипах по горным дорогам Тушетии. Жаль, не хватило времени. Но в следующий раз обязательно съежу в какой-нибудь такой тур. Пока же я ограничился поездкой по Военно-грузинской дороге в Хевсуретию, где взобрался на гору, на которой стоит Гергетский монастырь (Цминда Самеба) – у подножья горы Казбеги (на высоте 2170 метров) – прямо над селом Степанцминда. Во время нашествия на Тбилиси персов в Гергети укрывали крест святой Нино. В советское время церковь (памятник грузинского зодчества XIV века) была закрыта, а ныне возвращена Грузинской православной церкви.

Выпить и закусить в безопасности

Везде в Тбилиси идёт какой-то ремонт, отчего создаётся впечатление, что город готовится принять какое-то важное общемировое мероприятие типа Олимпиады или футбольного Мундиаля

Рассказывая о Грузии, нельзя не коснуться темы виноделия. В начале 2000-х ситуация в этой традиционной и обожествляемой отрасли (чего стоят изображения виноградной лозы на грузинских храмах) было ужасным. В магазинах под видом вина продавали какое-то пойло – те самые фекальные массы, о которых вёл речь Ираклий Окруашвилив в 2006-м. Хозяевами винзаводов становились сомнительные бизнесмены из дальнего зарубежья, в частности, из Испании и Франции, которые производили на них дешёвые столовые вина, скупая у местных крестьян виноград за копейки. Сейчас отрасль возрождается. В Кахетии на базе частных виноградников появилось множество небольших винзаводов, где производят традиционные грузинские вина. Каждый небольшой частный винзавод пытается найти какой-то свой рецепт, чтобы добиться особенного оттенка вкуса и, тем самым, привлечь покупателей. Одни держат вино в дубовой бочке несколько месяцев или лет (традиционно в Грузии вино хранят в больших глиняных кувшинах в земле – квеври), другие ищут своё винодельческое слово путём оригинального купажа. В Тбилиси работают большие винзаводы, где производство поставлено на поток.

11 лет назад нечего было и думать, чтобы пойти посидеть в какое-нибудь кафе в центре города на средневековой улочке. Кафе не работали, а в тёмное время суток слоняться по лабиринтам старого Тбилиси для туриста было просто небезопасно – могли ограбить, а то и похитить. Сейчас Тбилиси по вечерам похож на все города Южной Европы: работает множество кафе со столиками на улице, люди неспешно гуляют. Безопасность на улицах – новая гордость грузин. Даже противники президента Михаила Саакашвили признают: у нас полностью безопасно. По данным Евросоюза за 2011 год, Грузия – самая безопасная страна Европы. Я даже не знаю, хорошо ли это – такая «полная безопасность»? Не приведёт ли она к расслабленности? Конечно, утомительно быть всё время настороже, как у нас в России. Но иногда мужчинам подраться даже полезно. «Хорошая вещь — драка… Вроде чистки Авгиевых конюшен. Это просто великолепно — вся ненависть, злоба, отчаяние, которые терзают душу, вместе с кровью и внутренними соками организма устремляются в кулаки. Потасовка — отличная терапия, на некоторое время она успокаивает мозг, в игру снова вступают инстинкты, принадлежащие тому времени, когда выбор стоял между смертью и выживанием. Наверное, поэтому мир таков, каков он есть… Мужчины перестали драться, потому что это как-то неприлично, вот и начали потихоньку сходить с ума» — мне нравится эта мысль испанского писателя Артуро Переса-Реверте. Однако грузинам превращение в овощи, наверное, не грозит, учитывая то, как сейчас в стране поставлена система формирования армии: все мужчины проходят военное обучение в резерве. Почти как в Израиле.

Что касается уличной преступности, то её действительно нет. 11 лет назад моя близкая родственница предупреждала меня: будь осторожен в метро, а то обворуют карманники. Сейчас, если ты даже сам что-нибудь потеряешь, тебя найдут, и вернут тебе потерю. В метро на каждой станции дежурит наряд полиции. Когда поезд останавливается, чтобы высадить и принять пассажиров, полицейский проходит вдоль него, заглядывая в вагоны. На улицах тоже немало полиции. Но от этого не возникает ощущения полицейского переворота, как у нас в дни манифестаций оппозиции. Полицейские прогуливаются просто, следя за порядком. И ты понимаешь, что в случае чего они тебе помогут. Я не люблю полицию. Но почему-то в Грузии она меня совершенно не раздражала. Может быть, потому что я не участвовал в акциях протеста. Кстати, итальянские карабинеры у меня тоже не вызывают негативных эмоций – бравые парни всегда вежливо отвечают на вопросы туристов. Что касается грузинского преступного мира, то его представители либо сидят в тюрьмах (они переполнены), либо эмигрировали в Россию или страны Евросоюза.

11 лет назад стены немалого числа домов в старом Тбилиси подпирали балки – чтобы не упали. В них продолжали жить люди, рискуя погибнуть под обломками

О победе Саакашвили над коррупцией сказано и написано много, и я не буду повторяться. Взятки в Грузии не берут, об этом я слышал от многих людей. Как этого Саакашвили добился? Загадка! Я прекрасно помню те времена, когда в Грузии все вопросы решались либо за взятки, либо на основе принципа «ты мне – я тебе». Система «откатов» и магарычей была укоренена в Грузии так сильно, что казалось – от этого не избавиться никогда. В советские годы для любого человека, приехавшего в Грузию из России, обычный поход в магазин заканчивался стрессом – продавцы сдачи не давали. А если и возвращали деньги после настойчивой просьбы, то не особенно любезно – мол, подавись, крохобор. Правда, у этой традиции была и обратная сторона: в Грузии никто не жмотничал. Я служил в армии на территории Грузинской ССР (командование решило, что мне будет приятней отдавать священный долг на «родине предков»). Помню, грузинские продавцы считали ниже своего достоинства брать с нас, солдат, деньги за продукты или сигареты. Однажды наша армейская машина на выезде из Тбилиси остановилась у фруктовой лавки. В часть мы вернулись, будто ездили на базар: привезли штук десять арбузов, гранаты (в смысле – фрукты),  ящик слив и столько же груш, несколько блоков сигарет и, наверное, 20 лавашей. Для нас это был отличный подарок, ибо в части с едой была проблема: из-за жары ломались холодильники и продукты портились. Порой перед обедом командиры нас строили повзводно, чтобы сообщить: «Товарищи солдаты! Сегодня второго блюда не будет! Дежурный по кухне прапорщик в мясе обнаружил червей!»

Реальность за презентацией

Некреси – это один из самых древних христианских монастырей Европы (появился в IV веке)

В принципе, я перечислил положительные сдвиги в Грузии, которые сразу бросаются в глаза. Однако грузины недовольны своей жизнью. 11 лет назад я не услышал ни одного положительного отзыва об Эдуарде Шеварднадзе, как и сейчас о Михаиле Саакашвили. Один пожилой грузинский художник в разговоре со мной привёл один образ, который я не решусь здесь воспроизвести – настолько он жёсткий. Касается он оценки внешнего и внутреннего: мол, снаружи всё хорошо и красиво, а вот внутри… Однако при Эдуарде Шеварднадзе Грузия и накрашенного фасада не имела. Я помню репортажи о дезертирах, которые бежали из армии из-за голода. При Саакашвили грузинская армия стала самой мощной в Закавказье. Трезвые враги Грузии признают, что в августе 2008 года грузинская армия показала себя весьма неплохо. К нынешней грузинской власти можно относиться как угодно, но нельзя не признать, что она пытается сделать из Грузии европейское государство, а это весьма непросто по многим причинам.

Что касается желания Саакашвили придать стране внешний лоск, то оно очень органично для грузинского характера: страсть к «хорошей презентации» — национальная черта грузин. Ради того, чтобы пустить пыль в глаза, грузин готов год сидеть на сыре и хлебе. Это только народная поговорка разрешает признаться в бедности: «Квели, пури да сули» (что в смысловом переводе означает «Сыр и хлеб, но зато от чистого сердца»). В реальности грузины влезут в самые жуткие долги, лишь бы показать, что их дом – полная чаша. Не Саакашвили начал приукрашивать действительность. Так было в Грузии испокон веков. С этом смысле Саакашвили – плоть от плоти своего народа, не более. Он открывает в Тбилиси музыкальный фонтан, зная прекрасно, что на деньги, затраченные на это чудо, можно было бы решить какой-нибудь социальный вопрос, пусть и небольшого масштаба. Грузины, ругая Саакашвили, гуляют у этого фонтана и показывают его туристам – вот, мол, есть у нас такое развлечение.

Если кого и будут сегодня боготворить грузины, так того человека, который сумеет ликвидировать безработицу. Безработица – бич Грузии. И он хлещет её всё постсоветское время. Саакашвили не смог занять соотечественников. Да и было бы наивно ждать от него победы над безработицей, учитывая его приверженность неолиберальным принципам. «Безработица в Грузии приняла тотальный характер. Несмотря на то, что в стране нет точной статистики по безработице, все хорошо знают, какие она приняла масштабы в условиях нынешней власти», — заявил «Новости-Грузия» представитель «Союза безработных за трудоустройство» Александр Шаламберидзе ровно год назад.  В Грузии из-за экономической политики команды Саакашвили безработица побила все рекорды, возмущался один из лидеров «Свободных демократов» Гия Цагареишвили во время дебатов в парламенте. По словам депутата, «заслуга президента в том, что население страны не в состоянии купить даже китайский лук за 9 лари, турецкие помидоры за 5 лари и армянскую капусту за 2 лари, а хлеб, который стал для многих единственным продуктом питания, с каждым днём дорожает». По сведениям оппозиционного депутата, безработица в стране достигла 40%, внешний долг Грузии превысил 4 миллиарда долларов, прожиточный минимум достиг 150 лари, а инфляция более 12%.  Отмечу, что прожиточный минимум, обозначенный Гией Цигареишвили, на 50 лари выше грузинской пенсии, которая составляет 100 лари (1 лари = $ 0,6 или 20 рублей).

Гергетский монастырь (Цминда Самеба) – находится у подножья горы Казбеги (на высоте 2170 метров) – прямо над селом Степанцминда. Во время нашествия на Тбилиси персов в Гергети укрывали крест святой Нино. В советское время церковь (памятник грузинского зодчества XIV века) была закрыта, а ныне возвращена Грузинской православной церкви

«Многие люди торгуют и в глаза не могут смотреть — учителя, врачи, профессура. Кто-то думает, что эти люди трудоустроены, а им просто приходится выживать. Им стыдно, что они делают то, что не по их специальности. И есть ещё никому не нужные люди после 50-ти лет. Они могли бы пойти даже на минимальную зарплату. Они с утра не знают, куда деться, и сидят дома. Самоубийств в таких количествах в Грузии никогда не было. Грузинская нация падает духом», — говорит лидер движения «Тетреби» Темур Шашиашвили. По официальным данным, безработица составляет 16 процентов населения. Но эта цифра заставляет оппонентов Саакашвили горько усмехнуться. «16 процентов — это смешная цифра. Конечно, их гораздо больше. Во-первых, не все зарегистрированы. Во-вторых, кого они считают безработными? Например, у нас любой человек, который имеет домик в деревне и огород, уже не считается безработным, он занят в сельском хозяйстве», — сетует лидер Республиканской партии Давид Зурабишвили.

Фоторепортаж о поездке по Военно-грузинской дороге:

Да, действительно, деревенское население Грузии по официальной статистике к безработным не относится. И оно, действительно, работает. Мои деревенские родственники встают в 4 утра и идут в сад или виноградник, где работают до 12-ти часов – до того времени, когда солнце начинает палить нещадно. В 16 часов они вновь идут работать – и до ночи. Кто посмеет сказать, что они безработные? Да они сами! Ибо то, что они вырастят, ещё надо продать. Если им повезёт, их виноград купят на ближайшем винзаводе по бросовой цене: один килограмм винограда саперави (из которого делается сухое грузинское вино) за 50-70 тетри. Виноград сорта ркацетели идёт ещё дешевле. Хорошо, если крестьянин продаст тонн пять-семь винограда – считай, он богач. Значит, он выручит 2.500 – 3.500 лари (50.000 – 70.000 рублей). Разделите потом эти деньги на всю семью (в среднем пять-шесть человек, учитывая стариков, которые довольствуются пенсией в 100 лари в месяц), и вы поймёте, сколько выпадает на одного человека в год. Вы в России сможете прожить на 15-20 тысяч рублей не в месяц, а в год? Конечно, люди, которым повезло устроиться на винзавод, получают больше. Но их мало. На одном небольшом винзаводе работает не больше десяти человек.

Фруктовая лавка в Тбилиси

Виноградари с надеждой смотрят на север. Мол, когда откроется российский рынок, всё наладится. Я, как мог, пытался разубедить их в этом мнении. Хорошее грузинское вино стоит недёшево, и на российском рынке оно будет конкурировать с дешёвыми итальянскими, французскими, испанскими винами, а также винами Нового света. Да и не пьют в России пока много вина.

Тбилисцы очень недовольны нововведением в сфере ЖКХ. Суть реформы описала в своём материале на сайте «Рабкор» Кетеван Амиреджиби: «Решением мэрии налог на уборку улиц и вывоз бытового мусора, который до этого являлся семейно-подушным, т. е. исчислялся по количеству людей, зарегистрированных в одной квартире, отныне привязывался к расходу электроэнергии — на каждый израсходованный киловатт отныне “на мусор” начислялись 5 тетри (3 цента). Любопытно, что мэр города Гиги Угулава, разъясняя тбилисцам пользу нововведения, упирал на то, что подобное исчисление “социально гораздо более справедливо, поскольку семьи с низким достатком, экономящие на электричестве, будут платить меньше”. Возможно, семьям, которые не пользуются компьютером, телевизором, холодильником и стиральной машиной, это нововведение налоговое бремя и облегчило, но уже в сентябре поступления в казну от “платы за мусор” возросли на 80%. А во сколько обойдётся это зимой, когда люди будут вынуждены включить электрообогреватели (поскольку о т. н. “центральном отоплении” в Грузии давным-давно забыли), предоставляю судить читателю. Хочу только заметить, что семьям, не имеющим возможности разориться на газовое отопление, придётся платить больше тех, кто может позволить себе эту роскошь».

При Михаиле Саакашвили много строится. Но вот беда: иностранные компании, которые выигрывают тендеры, привозят своих рабочих. Народная молва утверждает, что китайские строительные компании привозят в Грузию тех, кто в Китае получил тюремный срок. В принципе, Грузия – страна, открытая для иммиграции. Получить вид на жительство в этой стране гораздо проще, чем в России. Другой разговор, что далеко не каждый устремится в Грузию в надежде поправить своё социально-экономическое положение. Но китайцы едут. По мнению моего знакомого грузинского политтехнолога, если так дело пойдёт дальше, то Грузия превратится в провинцию Китая: китайцы скупают землю в Грузии и работают по 20 часов в сутки. Грузинские крестьяне не в состоянии конкурировать с такой неимоверной работоспособностью, хотя назвать их лентяями язык не повернётся. Причём присутствие китайцев якобы наблюдается даже в винодельческой отрасли – священной для грузин.

В Кахетии на базе частных виноградников появилось множество небольших винзаводов, где производят традиционные грузинские вина. Каждый небольшой частный винзавод пытается найти какой-то свой рецепт, чтобы добиться особенного оттенка вкуса и, тем самым, привлечь покупателей

Тбилиси восстанавливается – это факт. Но делается это крайне медленно. Стоит свернуть с отреставрированной улицы в квартал, и ты попадаешь в XIX век, а то и в XV. Традиционные тбилисские дома выглядят, конечно, очень мило, старые кварталы могли бы послужить отличным фоном для съёмок исторического фильма или декорацией для спектакля о средневековье. Но жить в домах, где ещё топят дровами, наверное, не очень комфортно. В приморском Батуми строятся небоскрёбы, открываются казино. Но это тоже – выставочный проект.

Новая мечта

В приморском Батуми строятся небоскрёбы, открываются казино. Но это тоже – выставочный проект

Сейчас многие грузины свои надежды связывают с победой на парламентских выборах (состоятся 1 октября) партии бизнесмена Бидзины Иванишвили «Грузинская мечта» (по данным “Forbes” его состояние составляет 6,3 млрд долларов).  После «революции роз» Бидзина  вошёл в окружение Саакашвили. Долгое время Иванишвили находился в тени, предпочитая заниматься меценатством. На его деньги реставрировали памятники архитектуры, театры (в их числе – драматический театр имени Шота Руставели, театр Оперы и балета), учебные заведения (например, главный корпус Тбилисского университета), возводились церкви (в частности, он финансировал строительство нового кафедрального собора в Тбилиси), строили больницы и школы; деятели науки и культуры получали от него денежное вспомоществование, прозванное в народе «пенсией Иванишвили». Только в 2005-2010 годах на благотворительные нужды Бидзина израсходовал 700 млн долларов. Саакашвили не препятствовал этой деятельности до той поры, пока Иванишвили не раскритиковал его за жестокий разгон митинга оппозиции 7 ноября 2007 года.

Вот как описывает Иванишвили историю своего разлада с президентом Грузии: «Народу не простили, что он вышел на улицу… Он раньше меня увидел правду… К сожалению, я поздно осознал, с кем имел дело. Думаю, что причиной этому была моя чрезмерная занятость… С самого начала я помогал им, как мог — советом и финансами… Время шло, кое-что всё-таки до меня доходило и это мне не нравилось, но 7-го ноября я напрягся до предела и позвонил Мише. Он мне сказал: “Я покажу тебе все материалы, Мерабишвили (тогда – министр внутренних дел, а сейчас – премьер – Д. Ж.) приедет и привезёт”. Тем временем начались события вокруг “Имеди” (оппозиционный телеканал – Д. Ж.). В ярости я вновь позвонил Мише и потребовал, чтобы он остановил это. А он мне в ответ: “Ты не знаешь, что происходит, это настоящий государственный переворот… потом объясню”. На другой день я приехал и потребовал, чтобы мне всё объяснили. Как и предполагалось, не было у них ничего реального, чем бы они смогли меня убедить».

Якобы Иванишвили несколько раз порывался уехать из Грузии: «дважды отсылал обратно заказанные самолёты». Но семья его убедила остаться на родине, чтобы «бороться за её счастье и процветание». В ответ власти начали кампанию против Иванишвили, убеждая жителей Грузии, что он – «проект Кремля». В частности, в доказательство этого тезиса приводился тот факт, что разбогател Иванишвили, живя в России в «лихие 90-е» и до сих пор имеет устойчивые бизнес-интересы в России (так, он один из акционеров «Газпрома»). У Иванишвили и его жены, Екатерины Хведелидзе, отобрали грузинское гражданство (жене потом вернули). В итоге Иванишвили, который формально является гражданином Франции, не имеет права участвовать в политической жизни Грузии. Но фактически, конечно, участвует. Сейчас перед выборами по телевидению крутят рекламные ролики его партии, где он выступает с речью, в которой призывает к переменам. Без всякого сомнения, партия Иванишвили имеет хорошие шансы стать весомой силой в грузинской политике. В принципе, она уже стала такой силой. Однако в самой партии Иванишвили – лишь одно новое в политике лицо – футболист Каха Каладзе, который долгое время играл в Италии за «Милан», а потом два сезона – за «Дженоа». Собственно говоря, сам Каха – тоже человек не бедный – долларовый миллионер. Он возглавляет список партии «Грузинская мечта», а вот некоторые другие персонажи в этом списке вызывают вопросы.

Грузинским крестьянам о модернизации приходится пока только мечтать

Так, за певцом Георгием Гечечиладзе (жестоко избитым полицией на одной из акций протеста) маячит тень его брата – оппозиционного политика Левана Гечечиладзе, о встрече с которым на радио «Свобода» рассказал российский либеральный оппозиционер Андрей Илларионов: «Несколько лет тому назад я находился в гостинице “Мариотт” на улице Руставели – известная гостиница, в которую очень многие известные люди ходят из правительства, из парламента, политические деятели, дипломаты. Это как бы центр политической жизни. Классический центральноевропейский отель, куда все ходят, все дружелюбны, безопасны и так далее. И вот в один вечер ситуация внезапно изменилась. В холле гостиницы появилось больше дюжины спортивного вида мужчин, в чёрных кожаных куртках, с бритыми затылками. Все заняли достаточно агрессивные позы по этому отелю. Я спросил: “А что происходит?”. Я ничего такого в Грузии не видел. В это время подъехало около десятка “Gelandewagen” к гостинице, заняли полукруговую позицию. Я продолжаю интересоваться у своих собеседников: “А что это такое?”. Мне говорят: “Да вы не волнуйтесь, сейчас увидите”. И действительно, через несколько мгновений в холле появился человек, окружённый, наверное, полудюжиной охранников, в такой же форме, с таким же видом. Я грузинских политиков тогда не знал и спросил: “А кто это?”. Мне сказали: “Это Леван Гачечиладзе, один из лидеров оппозиции”. Я с разными действующими политиками Грузии встречался, и из исполнительной власти, и из парламента, и я ни у одного из них не видел охранников. Только на официальных мероприятиях у президента Саакашвили есть охранники. И по городу ходят, и в гостиницы ходят, достаточно всё свободно. А здесь была достаточно яркая картина того, какую альтернативу Грузии и грузинскому народу предлагает оппозиция».

Фоторассказ о Батуми-2012:

То, что простым грузинам живётся весьма непросто, не вызывает сомнений. Что говорить, если, по данным geostat.ge, среднемесячный доход в Грузии на человека составляет 178,6 лари (100,2 доллара), а размер пенсии – 100 лари! Люди недовольны. Однако Саакашвили вызывает недовольство ещё и тем, что радикально поменял привычный грузинский уклад, который своими корнями уходит во времена персидского владычества. Собственно в ряды оппозиции входят те, кто что-то потерял в результате реформ Саакашвили. «Все уволенные милиционеры остались не у дел, и они, а также члены их семей и родственники, пополнили ряды оппозиции. А это большое количество людей. Ведь каждый такой милиционер, когда состоял на службе, кормил по 10-15 человек», — сказал в интервью мне грузинский политтехнолог, а в прошлом – театральный режиссёр Малхаз Жвания. Юлия Латынина выражается ещё крепче: «Безработные менты и уволенные чиновники, обитатели незаконно построенных и потому снесённых домов, бизнесмены, у которых жёстко и небрезгливо отобрали то, что они получили даром при Шеварднадзе, а пуще всего грузинская интеллигенция, величественная, коррумпированная и бесполезная, как всякая отживающая аристократия; профессора, которые были уверены в своём наследственном праве принять сына друга в университет просто так, а сыновей простолюдинов – за деньги, – все они вдруг обнаружили себя в оппозиции, и все они не могут вербализировать свои требования. Не могут же они написать на знамёнах “Даешь взятки!”. Вот и пишут “Долой Саакашвили!”. Единственная их надежда – вести себя так, чтоб побили. Ведь тогда это будет признаком отсутствия демократии в Грузии».

Памятники архитектуры восстанавливаются не только в Тбилиси, но и в стране в целом. Существует целая государственная программа по возрождению наследия. Некоторые старые городки полностью превращаются в туристические центры, например, как Сигнахи в Кахетии

Я слишком мало пробыл в Грузии, чтобы проверить эти утверждения. Однако у меня сложилось такое впечатление, что страна сейчас расколота надвое: на тех, кто хочет победы оппозиции, и тех, кто, видя все проблемы современной Грузии, боится, что она вновь скатится в тёмные времена (в прямом и переносном смысле), если партия Саакашвили – Единое национальное движение – потерпит поражение. Саакашвили играет на этом страхе. В рекламном ролике партии Саакашвили просто показываются картинки жизни Грузии в 90-е годы: люди ломятся в очереди за хлебом, едут на крыше переполненного троллейбуса, полицейский берёт магарыч у водителя разбитой «копейки»… И задаётся вопрос: «Хотите жить, как прежде?»

Раньше в Грузии политической конкуренции не было. И не потому, что её запрещали. Когда к власти шёл Звиад Гамсахурдиа (виновник многих бед Грузии, в частности, конфликта с осетинами) – за него проголосовали около 90 процентов. Столько же голосов получил Эдуард Шеварднадзе после того, как  Гамсахурдиа свергли, после «революции роз» и Михаил Саакашвили заручился такой поддержкой. Грузин часто бросает из крайности в крайность, они очень быстро преодолевают путь от любви до ненависти. Они слишком, я бы даже сказал – по-женски, эмоциональны. Наверное, история знает только одного грузина, который умел скрывать эмоции – Иосифа Сталина (Джугашвили). Запредельная грузинская эмоциональность весьма привлекательна, если речь идёт о застолье или театре, но в политике она порой оборачивается плачевно. Так, Гамсахурдиа давно нет на этом свете, а грузины всё ещё платят за то, что когда-то, а точнее – 6 мая 1991 года, проголосовали за него «всем составом». Кажется, сейчас, несмотря на то, что многие ждут благодеяний от Иванишвили, политический процесс в Грузии развивается на конкурентной основе.

Один килограмм винограда саперави (из которого делается сухое грузинское вино) винзаводы покупают за 50-70 тетри. Виноград сорта ркацетели идёт ещё дешевле. Хорошо, если крестьянин продаст тонн пять-семь винограда – считай, он богач

Первой двадцатке «Грузинской мечты» гарантировано получение депутатских мандатов в парламенте нового созыва, считает руководитель неправительственной организации «Центр исследований выборов и политтехнологий» Каха Кахишвили. «В начало списка попали лица, которые в течение многих лет проявляли себя на политической арене. В список внесены лидеры разных партий и по своей сути коалиция разношёрстная, у неё только один сдерживающий фактор – Иванишвили. Внесение лидеров партий в партийный список не означает их популярность у населения, лидер коалиции – Иванишвили, и у него популярность», – отметил Кахишвили в беседе с корреспондентом «Кавказского узла». Однако большинство экспертов не сомневаются в победе партии Саакашвили на предстоящих выборах.

 ***

В Грузии я отвлёкся от политической ситуации в России, в частности, от всей этой истерии с “Pussy riot”. Кстати, я убедился, что в Грузии нет русофобии, к русским относятся как к дорогим гостям, но есть фобия в отношении государства российского, и она после пятидневной войны августа 2008 года вполне объяснима. И вот, когда я вернулся домой, с удивлением и отвращением узнал, что какие-то идиоты нарисовали на стене грузинского храма Святого Георгия (Кашвети) оскорбительное изображение христианской просветительницы Грузии, святой Нино, и написали «Free “Pussy riot”». Чем Грузинская православная церковь, которая отстояла свою самобытность и право на существование в нелёгкой борьбе с мусульманским окружением, провинилась перед новыми иконами взбесившегося либерализма?

Тбилиси восстанавливается – это факт. Но делается это крайне медленно. Стоит свернуть с отреставрированной улицы в квартал, и ты попадаешь в XIX век, а то и в XV. Традиционные тбилисские дома выглядят, конечно, очень мило, старые кварталы могли бы послужить отличным фоном для съёмок исторического фильма или декорацией для спектакля о средневековье

Забавно, что незадолго до этого Михаил Саакашвили предоставил осуждённым участницам “Pussy riot” грузинское гражданство. «В 1992 году я с отличием окончил факультет международного права института международных отношений Киевского университета им. Тараса Шевченко. Долгое время работал юристом-консультантом в Государственном комитете по защите прав человека. Поэтому могу говорить как юрист, как профессионал. Всё это дело яйца выеденного не стоит. В том, что было совершено участницами группы “Pussy riot”, отсутствует состав преступления. Это абсолютно политическое дело, за которым стоят лично патриарх Кирилл и Владимир Путин. Они дали команду показательно наказать девчонок, чтобы другим неповадно было. И их наказали. Поэтому недовольные теперь станут вести себя гораздо осмотрительнее, чтобы не получить сроки заключения.

Фоторассказ о Сигнахи (Кахетия):

Поэтому я, исходя из интересов свободы и демократии, принял решение предоставить гражданство осуждённым в России участницам коллектива “Pussy riot”. У меня есть такое право, которое мне, как президенту Грузии, предоставляет Конституция нашей страны. Как освободятся пусть приезжают к нам. Могут даже выступить где-нибудь с песней “Богородица, Саакашвили прогони!”. Я не обижусь. Мне это даже польстит. Потому что это и есть — свобода слова, слова совести и свобода волеизъявления», — заявил грузинский президент в интервью.

Фото автора

  • Мироненко Виктор

    Верю. Хорошо написано — честно и с любовью. Храни Бог Грузию и ее наро.д