8 января 2012

«Слабость демократии»: планизм – идеология французского фашизма

ХХ век породил множество антикапиталистических идеологий. Одна из них – «планизм». Его идеологи пытались найти средний – третий – путь между капитализмом и социализмом. Некоторые из них в своём поиске зашли так далеко, что стали в итоге фашистами. Интересно, что почти все «планисты» вышли из социал-демократического движения. В России об этом течении написано совсем немного и в основном в специальной исторической литературе. Редакция «Нового смысла» предлагает всем тем, кто интересуется историей европейского социализма, ознакомиться с переводом статьи о «планизме», написанной Дени Бонё для французского издания Depius Paris.

Denis Boneau (Дени Бонё)

«Планизм» — доктрина, вышедшая из немецкого ревизионистского социализма – в 30-е годы во Франции была принята на вооружение социалистическими «нон-конформистами» и неосоциалистами, возглавляемыми Марселем Деа, и политехниками из группы «Х-Кризис». После оккупации Франции нацистами и создания режима Виши «планисты» массово вступили на путь коллаборационизма.

На новогоднем съезде 1933 г. Бельгийской рабочей партии (БРП) принимают «планизм» — доктрину, разработанную Анри де Манном – как официальную идеологию. Анри де Манн, номер два бельгийской партии, руководит которой его друг Эмиль Вандервельде, является автором известного в европейских социалистических кругах эссе «По ту сторону марксизма» — книги, излагающей ревизионистские тезисы автора. Де Манн хочет окончательно разорвать с интернационалистским и коллективистским марксизмом, чтобы заменить его «промежуточным режимом», функцией которого, главным образом, является «обуздание» капитализма. Этот «планистский» проект, который исключает перспективу национализации средств производства, должен был быть представлен сначала Германской социал-демократической партии её гамбургским отделением. Но именно в Бельгии, в конечном счёте, де Ману удалось навязать свою доктрину.

Эмиль Вандервельде выступает на митинге в республиканской Испании

 «Планизм» и «нон-конформисты 30-х годов»

Успех «планизма» в Бельгии совпадает с развитием во Франции нового политического течения, диссидентского во Французской секции Рабочего интернационала (СФИО) и воплощаемого будущим коллаборационистом Марселем Деа (1). «Неосоциалисты», недавно вычищенные Леоном Блюмом, видят в «планизме» концепт «промежуточного режима» (политическую систему, при которой власть захвачена технократами) – это риторика, позволяющая оправдать их раскол со СФИО.

Марсель Деа приветствует новую ориентацию Бельгийской рабочей партии (БРП) и поддерживает многочисленные «планистские» инициативы – такие, как «коллоквиум планистских групп», который имел место в аббатстве Понтиньи в сентябре 1934 года. Корпоративистский и национальный социализм, настоящий фашизм, завуалированный при помощи риторики «третьего пути», делается официальным дискурсом неосоциалистов, трибуна которых «Ви сосялист» вдохновляется Марселем Деа и Луи Валлоном. Лозунгом Деа становится «Порядок, Власть и Нация»: «В действительности, социализм был порядком, в оппозиции беспорядку капитализма и анархии кризиса. Социализм должен был появиться как восстановление власти… Также, наконец, социализм более, чем любое другое движение, был способен взять бремя нации, поскольку он претендовал на то, чтобы претворять народные чаяния…» (2). Разрывая со СФИО, Марсель Деа ориентируется на популистский социализм, которого, по сути, нет, если не упоминать фашистское и националистические движения.

Марсель Деа - ведущий французский идеолог "неосоциализма" и "планизма" - за работой

«Планизм» привлекает также многочисленных «нонконформистских интеллектуалов» — таких, как Бертран Жувенель и команда «Борьба молодых» или Молнье, директор «Комба», придерживающихся ориентации на авторитарный, национальный и корпоративистский социализм (3), инспирированный сорелевскими темами. В Понтиньи становятся очевидными эти консервативные тенденции «планистов». Собравшиеся мечтают о сильном государстве, освобождённом от парламентских препятствий; они вспоминают Пьера Жозефа Прудона, Жоржа Сореля и Шарля Пеги. «Планистская» идеология представляет, в реальности, фасад, маскирующий антипарламентские ориентации «нонконформистов», которые отстаивают легитимность учёных и которые желают – против Республики – установить авторитарный режим, постоянными представителями которого они бы стали. Следовательно, логично, что такие люди, как Жувенель или Молинье, очарованы фашистским режимами с их радикальным разрешением «слабости демократий».

«Планизм» объединяет «нонконформистов 30-х годов» и провоцирует кризис внутри СФИО и Всеобщей конфедерации труда (ВКТ). В СФИО Леон Блюм отказался от идеи «промежуточного режима», защищаемого тенденцией «Оздоровление», ведомой Людовиком Зоретти и Жоржем Альбертини (который станет во время войны одним из близких сотрудников Марселя Деа). В ВКТ Рене Белени и тенденция, которую он представляет — «Синдикаты» — добивается принятия «планизма» во время конгресса профсоюзного отделения Тулузы.

В начале 30-х годов «планизм», изобретённый Анри де Манном, выдаёт себя за  средство преодоления традиционных политических расколов, отстаивая этикетку «ни правая, ни левая» и, следовательно, оправдывая присоединение к французской форме фашизма. «Планисты», вышедшие из различных политических кругов, от СФИО до корпоративизма, продолжат идти различными политическими маршрутами. Назовём Юга Гэйтскела, который, будучи главой Британской лейбористской партии, примет активное участие в конгрессах за свободу культуры в течение 50-х года.; Олтмайера, который сделается националистом; будущих коллаборационистов, как Деа, Марион и Зоретти; и людей правительства Виши, как Рене Белен (4).

«Х-Кризис» и «планизм инженеров»

Группы «техников» отстаивают принадлежность к «планитстскому» течению. Наиболее известной является «Х-Кризис», основанная в 1931 г. Жераром Барде и Андре Лойзиллоном. Два человека объединяют команду политехников, включающую Джона Никоети, Жана Кутро, Ролана Бориса (его брат Жорж – близкий сторонник Пьера Мендес-Франса)… Цель «Х-Кризиса» — найти решение экономических проблем 30-х гг., защищая то, что некоторые называют «планизмом инженеров». В 1933 г. они основывают Политехнический центр экономических исследований (ПЦЭИ). Группа распространяет свои идеи, организуя политические собрания, принимая неполитехнических персон. «Х-Кризис» приглашает внешних докладчиков – таких, как Шарль Спинасс, будущий «планистский» министр правительства Народного фронта, Селестин Бугле, директор Центра социальной документации, Рене Белен, заместитель секретаря ВКТ, Робер Лакост, член Административной комиссии ВКТ, Жак Руефф, «либерал, затерявшийся у планистов», который станет одним из основателей общества «Моста Паломника» (5)…

6 февраля 19134 года в Париже французские фашисты подняли путч

«Х-Кризис» — не только объединение политехников; группа функционирует также как место встреч между технократами и политическими или интеллектуальными личностями. Война разделит «Х-Кризис». Некоторые вступят в активное Сопротивление. Так, Луи Валлон примкнёт в 1942 г. к подпольной сети «Нотр-Дам» и после освобождения добьётся должности в кабинете генерала Шарля де Голля. Жюль Мок будет несколько раз министром при IV Республике; радикальный антикоммунист, он подавит забастовки 1948 года, дезавуируя происхождение фондов поддержки; в 1975 г. он уйдёт в отставку, уязвлённый перспективами, открытыми Совместной программой. Напротив, Пьер Пишё, до войны член «Огненных крестов», затем доротист, после событий 6 февраля 1934 г. (6 февраля 1934 года в Париже была предпринята попытка фашистского путча. – Прим. Переводчика) будет назначен государственным секретарём по промышленному производству, потом станет министром вишистского правительства. Он будет подавлять Сопротивление, охотясь за коммунистами, расстрелянными затем в Шатобриане. Близкий Дарлану, после неудавшейся конверсии, он будет казнён в 1944 г. Гибра, член «Нового порядка», станет директором кабинета Пьера Лаваля и будет приговорён к 10-ти годам национального разжалования (лишения политических прав). Другой член «Х-Кризиса» Суле, или Абеллио, будет вовлечён в действия «Кагуля» (одна из французских фашистских организаций. — Прим. Переводчика)вместе с Делонклем, Коррезом, Шелером…  

План 9 июля, коалиция «планистов»

Различные фракции «планистов», течения – вследствие демонстрации 6 февраля, составляют общий фронт. План 9 июля, результат серии собраний, проходивших под шефством Жюля Ромена, имеющего диплом философа и адепта «планизма» Жана Кутро, ставят перспективу альянса между техниками «Х-Кризиса» и «нонконформистами»  9 марта 1934 г. Жюль Ромен планирует дискуссию между Бертраном и Жувенелем, Жоржем Изаром (6), Луи Валлоном и Жаном Заем (7); 16 марта Жувенель встречает Робера Лакоста, Фабра Люка и Жоржа Родити.

Бертран де Жувенель в то время очарован «планизмом», а также Адольфом Гитлером, которому, благодаря своему другу Отто Абетцу (специалисту по пропаганде во Франции и советнику Риббентропа), он предоставляет настоящую трибуну, публикуя в «Миди-Пари» 28 февраля 1936 г. наполненный энтузиазмом репортаж: «Насколько этот человек прост, как мягко, основательно, любезно говорит с юмором! Он ли – грозный предводитель толпы, который поднял яростный энтузиазм всей немецкой нации, и в котором весь мир увидит однажды угрозу войны?.. Он открыто смеётся. Его лицо сближается с моим. Я не чувствую больше никакого запугивания. Я смеюсь так же…» (8). Бертран де Жувенель, защитник «нацистского добродушия», вступает в союз с синдикалистами ВКТ, как Робер Лакост, неосоцилистами, как Луи Валлон или Жорж Родити, и техниками, которые примыкают к «идеологии 9 июля».

Марсель Деа, выйдя из СФИО, в итоге создал фашистское Народное национальное объединение

В соответствии с целями Жана Кутро и неосоциалистов, План 9 июля, который принимает как девиз «Свобода – Порядок – Справедливость», предусматривает конституционную реформу. Речь идёт о том, чтобы продвигать сильную исполнительную власть и сократить парламентскую власть. «Планисты» 9 июля предлагают создание Совета корпораций и Государственного Совета, институтов, которые бы позволили ограничить полномочия парламента. Реформа, безусловно, имеет целью создать новый режим – корпоративистский и оснащённый усиленной исполнительной властью.

Леон Блюм в «Попюлер» отвергает проект от имени СФИО, тогда как коммунисты в колонках «Юманите» отвергают «знаковое сотрудничество, которое идёт от ренегатов а-ля Поль Марьон к «огненным крестам», как Моди, к «Патриотической молодёжи», как Саивр, которые просто представляют среднюю линию буржуазной мысли» (31 июля 1934 г.). Марсель Деа поддерживает «планистский» проект, который широко соответствует его интересам: «Видим, как спонтанно создаётся малая группа молодых под председательством Жюля Ромена, среди которых – многие из наших друзей, и которые пришли к публикации «Плана 9 июля». В целом это было очень близко нашим концепциям, и мы могли только этому аплодировать» (10).

Жан Кутро в Народном фронте

Подлинный мозг Плана 9 июля, Жан Кутро, является ярким политехником, страстно увлечённым научной организацией труда. Он — активный член «Х-Кризиса» и участвует в исследованиях Политехнического центра экономических исследований (ПЦЭИ). После публикации его книги-манифеста «Как жить» он создаёт Исследовательский центр человеческих проблем (ИЦЧП), где члены «Х-Кризиса» соседствуют с Алексисом Каррелем, имеющим репутацию сторонника евгеники, Алдусом Юксли и Андре Сьегфридом, отцом электоральной географии, профессором Свободной школы политических наук. В 1935 г. он станет одним из советников Пьера Лаваля.

Митинг французского Народного фронта, в правительство которого входили некоторые "планисты"

Жан Кутро – центральный персонаж «планизма» 30-х годов, который приходит на властную должность после победы Народного фронта. В 1936 г. Шарль Спинасс получает министерство национальной экономики (МНЭ) и добивается назначения, при поддержке Леона Блюма, Жана Кутро на роль главы «планистского» организма. Новый министр, отвечающий за координацию экономической политики, должен в теории наладить экономические показатели, особенно благодаря статистическому бюро, возглавляемому Альфредом Сови, и осуществлять контроль над всеми декретами, касающимися экономических мер. Спинасс вводит ещё двух «планистов», чтобы оказывать ему содействие: Жака Бранже и Жана Кутро. Жан Кутро создаёт Национальный центр организации труда (НЦОТ), деятельность которого, лишённая значительных средств, весьма ограничена.

Это продвижение Кутро, который принимает властную должность внутри правительства Народного фронта, может показаться удивительным, если учесть колебания Леона Блюма в отношении «планизма». Некоторые рассматривают назначение Кутро как «измену». Так, Жорж Валуа, создатель французского «Пучка» (аналога итальянской фашистской партии), который в этот момент осуществляет переход влево, пишет в «Нувэль Аж» в декабре 1936 г.: «Неокапитализм у власти. Спинасс заставляет назначить Кутро председателем комиссии, ответственной за экономическую организацию. Что вы скажете? Заблуждение или измена?» (11).НЦОТ не переживёт ухода Шарля Спинасса. После поражения Франции от нацистской Германии, Кутро следует за правительством в Бордо, а затем в Виши.

«Планисты» и режим Филиппа Петэна

Режим Филиппа Петэна принимает политические группы, относительно маргинальные при III Республике – такие, как доктринальные корпоративисты или традиционалисты. Техники-«планисты» находят в Виши политический шанс, дотоле невиданный. «Модернизаторы» добиваются ключевых постов: Люсьен Ромье становится министром и советником Петэна, Жерар Варде – высшим чиновником в министерстве производства, Рене Белен – министром производства и труда. Членам «Х-Кризиса» — таким, как Пьер Пушё — доверяют престижные портфели.

«Планисты» делаются творцами вишистского корпоративистского проекта. Перед лицом массовой безработицы, дополняемой демобилизацией войск, традиционный синдикализм распадается и заменяется системой организационных комитетов (ОК), руководимых такими «планистами», как Белен, Барно или Бишелон (12). Выбор экономического дирижизма (от dirigism(e)) — политика активного вмешательства в управление экономикой со стороны государства. – Прим. переводчика) ставит «планистов» в благоприятную ситуацию; компетенции техников востребованы, чтобы повысить уровень производства во Франции. В конце концов, контроль над ценобразованием и производством организационных комитетов приводит к бюрократическому развалу. «Планизм» сползает к корпоративизму в духе Шарля Морраса, как это иллюстрирует проект «Хартии труда», имеющий целью создать пять профсоюзов, соответствующих пяти социальным категориям (патроны, руководящие работники и техники, мастера, служащие, рабочие).

Лидеры режима Виши: маршал Петэн, адмирал Дарлан и Пьер Лаваль

9 февраля 1941 г. адмирал Франсуа Дарлан берёт руководство правительством Виши. Сторонники Лаваля организуют кампанию против нового «хозяина» Виши, отвергая состав его правительства. Для Марселя Деа – Дарлан и его люди представляют интересы «трестов», «финансового мира». Главной целью Деа является Рене Белен, номер два ВКТ, который становится министром труда. С Беленом многие технократы добиваются ключевых постов: Ив Бутилье, Пьер Пюшё, Франсуа Лехидьё, Жак Барно… «Антитехнокртическая» кампания, проводимая Деа и «Л’ёвре», настаивает на весе Банка «Вормс». Жан Барно тут – ассоциированный управляющий, а Пьер Пушё был руководителем одного из главных предприятий группы «Вормс» — заведующим «Жапи». На основе антисемитизма Деа отвергает «руку еврейского банка» на правительство Виши. Эта стратегия позволяет ему, в действительности, бороться за возвращение Лаваля. В действительности, атакуя «Вормс», Деа атакует своего прямого соперника Жака Дорио (ренегата Французской компартии, перешедшего на позиции фашизма. — Прим. переводчика), поскольку «политический» банк «Вормс» субсидирует его партию – Французскую народную партию (13).

Кампания, организованная Деа, не прекращается на этом. Неожиданное событие позволяет кристаллизировать ненависть к «технократам» — таинственная смерть Жана Кутро, найденного 19 мая 1941 г. лежащим в своей крови. Его самоубийство провоцирует широкое движение по осуждению «синархического заговора». Кутро заподозрен в том, что он был Великим магистром тайного общества – Синархического движения Франции. «Л’ёвре» отчеканивает свой месседж: синархи контролируют Дарлана и саботируют национальную революцию (14).

После Освобождения вишистские «планисты» покидают политическую сцену. Но идея «плана» как промежуточного пути между либерализмом и социализмом не отброшена. Рациональный контроль капитализма делается идеологическим инструментом американского интервенционизма. Во Франции распределение кредитов «Плана Маршалла» приводит, по настоянию Жана Моне, к организации Комиссариата плана, персонал которого препятствует всякому демократическому контролю.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Марсель Деа, дипломант философии, вступает в СФИО в 1914 г. Избран депутатом в 1926 г. В 1933 г. он создаёт диссидентскую социалистическую партию. Автор известной статьи «Нужно ли умирать за Данциг», он создаёт в 1941 г. Народное национальное объединение, коллаборационистскую партию. 27 августа 1941 г., тогда, когда он приходит в журнал Легиона французских добровольцев, он, вместе с Лавалем,  становится жертвой покушения. В марте 1944 г. назначен министром труда правительства Лаваля. После Освобождения скрывался в монастыре около Турина. Там он умирает в 1955 г.

2. Deat Marcel. Memoires politiques.Denoel, 1989. P. 279.

3. Защита корпоративизма (профсоюзов, организованных по отраслям деятельности) составляет радикальное взятие под сомнение основных завоеваний Французской революции.

4. Sternhel Zeev.Ni droite, ni gauche, l’ideologie francaise en France. Complexe, 2000.

5. X-Crise, Centre polytechnicien d’etues economiques. De la recurrence des crises economiques, Son cinquantenaire, 1931-1981. Economica, 1981.

6. Жорж Изар являлся адвокатом, участвовал в создании профессионального журнала «Эспри». Депутат от СФИО, он отказался голосовать за предоставление полноты власти Петэну и вступил в Сопротивление. Автор многочисленных эссе, в т. ч. «Европейская федерация», он возобновил свою адвокатскую деятельность после Освобождения. Избран во Французскую Академию в 1973 г.

7. Жан Зай, политический деятель Радикальной партии, еврей и франкмасон, вступил в Сопротивление с 1940 г. В 1944 г. был казнён милиционерами.

8.. Цитируя Зева Штернелла.

9. Dard Olivier. Jean Coutrot, De l’ingenieur au prophete. Presse universitaires franc-comptoises, 1999.

10. Deat Marcel. Memoires politiques. P. 320.

11. Le Nouvel age, dimanche 13 et lundi 14 decembre 1936. N. 133, BDIC.

12. Kuisel Richard. Le capitalisme et l’Etat en France, Modernisation et dirigisme au XXe siecle. Gaillmard, 1984.

13. Dard Oliver. La Syndicale, le mythe du complot permanent. Perrin, 1998.

14. «Я  добавлю, что моя кампания против трестов и тех, кто был в этом лагере, была кампанией против активных элементов вишистского правительства, с упорством нацеленных на возвращение Лаваля, которую мы закончим, чтобы добиться своего рано или поздно». (Deat Marcel, Memoires poilitiques. P. 623).

Depius Paris (France), 3 ноября 2004 г. Перевод Руслана КОСТЮКА